«Чёрные лебеди»

Вадим Ларсен

Чёрные лебеди

— Земля! — кричала Хельда, вглядываясь в серую полоску горизонта.

Она стояла на носу лёгкого парусника и ветер-северяк, солью набивая волчью накидку, осыпал холодными брызгами её разгорячённое лицо. Корабль с изображением ворона на парусе нёсся вперед. Под утренним бризом полосатое полотнище звонко гнулось молодым месяцем, а чёрный ворон пророчил удачу. Вскоре массивный штевень врезался в песок и бритоголовая команда, втащив судно на сушу, выстроилась перед лесом с луками на изготовке.

— Кто первым заметит южан, получит награду, — гаркнул Эрик Красноголовый. — От меня ни на шаг, — строго наказал Хельде.

Все, молча по очереди, поклонились Лесному Деду, оставили на поваленном дереве подношения — вяленую рыбу и хлеб — и вошли в лес.

Хвастались, что в прошлый поход добыча попалась сразу. Местные чинили сети, а завидев островитян, пытались бежать. Тут же убили троих, четверых взяли в плен. Войдя в селение, забрали много добра — лисьих и заячьих шкур, другой пушнины. Много утвари. Забрали одежду и снасти. Нашли серебро. Тот поход удался, и команда уверилась — рыжий Эрик везучий.

Они шли сквозь лес, голодные и злые, жаждущие добычи, словно в песне:

Красноголовый шёл первым. Хельда едва поспевала за ним. Сверкающими от возбуждения глазами всматривалась в чащу. Она опьянела от предчувствия схватки.

А началось всё в самый долгий день лета — в праздник Луны — когда ей исполнилось шестнадцать.

— Хочешь сыто перезимовать? — спросил тогда Эрик.

Молодой и бесшабашный, он не отличался взвешенными решениями. Лишь знал, на руках у Хельды, старшей в семье, три малолетние сестрёнки и брат, и все хотят есть.

Они рано остались сиротами. Отец, Бородач Борн, чьё тело бездыханным привезли из зимнего набега, был последним бликрокским пиратом и настоящим добытчиком. С двенадцати лет вплоть до подписания мирного договора ходил в походы. Все знали Бородача Борна как медведя, вселившегося в двухметровое волосатое человеческое тело. Но отакийское копьё пробило могучую грудь, и уже полгода Медведь пьет вино и веселится с предками в Лунном саду, рядом со своею женой и матерью Хельды, луноликой Уной что, не перенеся смерти мужа, быстро сгорела от неизвестной болезни.