«Карта первого круга»

Влад Серафимов

Карта первого круга

Бегать я не любил, но умел. А сейчас очень жалел, что не посвящал этой достойнейшей спортивной дисциплине достаточно времени. Если бы я занимался в последние пару лет ей, вместо английского, мое положение сейчас было намного лучше. Да что там, без английского я бы смог спокойно прожить, а без бега существование скоро закончится!

Ребята, которые пыхтели в десятке метров за спиной бегом тоже не увлекались. Но они были моложе, злее и лучше приспособлены к этой жаре. Я убегал от них уже минут пять и за это время успел осознать, что череда случайностей и ошибок всегда готова растоптать твою жизнь за секунды.

В сорок лет я с семьей перебрался в Канаду. Это произошло неожиданно и для меня, и для них, но работа за границей обещала приличные деньги и перспективы. Отпахав два года, я взял отпуск на десять дней и по настоянию жены рванули в теплые края. Главное, выбрал же не Флориду или Калифорнию в соседних США, да хотя бы и Доминикану, а взял Мексику. Но новый курортный комплекс на берегу залива обещал фантастические условия отдыха по демократичной цене. А кредиты психологически давили на непривыкшего к ним меня, поэтому лишнего тратить совсем не хотелось.

Прикинул риски, подробно ознакомился с отзывами и предлагаемой охраной территории, и счел поездку вполне безопасной. В принципе, исходные данные были верные, ошибаться я начал уже здесь. Ну как ошибаться… У младшего сына температура поднялась, дернулись в местный медпункт, а он закрыт до завтра. С двенадцати дня, ага.

Местный портье посоветовал аптеку за стеной комплекса и даже сказал, где можно выйти за охраняемую территорию без проволочек, потому что там шла стройка. Я на минуту засомневался, а потом решил, что русских не испугать живущими здесь мексами. Сменил свой айфон на затертый смартфон старшего сына, оставил в номере брендовые солнцезащитные очки и бумажник. В простой одежде и полтинником долларов в кармане я побежал в аптеку. Только забыл эппловские часы снять, даже внимания на них не обратил — это была первая ошибка.

Аптеку нашел быстро, а вот на пути назад проход к комплексу мне перекрыла пара помятых латиносов. Видимо, срисовали часы, когда я шел за жаропонижающим и решили поинтересоваться, что это я здесь забыл. Их речь я не понял и ответил на хорошем американском, ведь я его упорно тренировал после переезда, и он сильно облегчал коммуникацию с англоязычными работниками. Это была вторая ошибка.

Вот после первой же моей фразы один из мексов бросил другому: «Гринго» и спокойно достал приличных размеров нож. Мне казалось, что взять у меня нечего, бандит даже не попросил денег, а сразу решил зарезать. Я запаниковал и не стал ждать дальнейшего развития событий — это была третья ошибка.

Если бы я вспомнил о долбаных часах, отдал сразу, а также всю сдачу с аптеки. Конечно, это ударило бы по самолюбию, но удар стали в живот — гораздо хуже. Однако, мне показалось, что сейчас станут убивать, а не пугать, поэтому я аккуратно подшагнул к вооруженному латиносу ближе и вбил костяшки своих пальцев четко в кадык. Абсолютно не сдерживался, поэтому хрящ от моего удара ушел куда-то очень глубоко.

Увидев круглые от удивления глаза второго бандита, я подумал, что может они не хотели ничего плохого, но эта мысль не задержала меня ни на секунду. Шагнув к нему, провел двойку в голову, от которой он практически защитился, рефлекторно вскинув руки. Но инициатива была на моей стороне, и я добавил еще пару ударов руками, а затем удачно отбил ему яйца. Начавшего складываться мужчину добил несколькими пинками в голову. Нельзя же оставлять дееспособных противников. Однако, из-за этого я потерял время на бегство, и это была четвертая ошибка.

Бросив взгляд на корчащихся врагов, я осмотрелся и увидел спешащих к нам парней. Не понимая, что делать дальше я застыл посреди улицы, наблюдая, как один из бегущих поднимает в мою сторону руку. Резкий треск быстро прочистил голову, и я рванул в ближайший переулок, уходя от следующих выстрелов. Небольшой пистолет не было видно сразу, но шум стрельбы обострил зрение, внимание и реакцию. Проскальзывая на горячем асфальте, я влетел под защиту угла и что есть сил помчался вперед.

Здания шли по бокам сплошным потоком, двери закрыты, проходов нет. Пробежав очень быстро метров тридцать, я услышал сзади выстрелы и стал метаться в стороны, стараясь сбить прицел. Когда стрельба прекратилась, бросил на ходу взгляд назад, увидел с полдесятка мужчин, сосредоточенно преследующих меня. В руках у них были ножи и арматура, бежали они быстро и что-то кричали вслед. Я не стал вслушиваться в мексиканские ругательства, а просто сконцентрировался на дороге.

Вот такая череда событий и привела меня к настоящему моменту, когда я задыхающийся от недостатка кислорода и жары, судорожно раздумывал, что можно сделать. Попытки свернуть к гостиничному комплексу не помогли, наоборот, я оказался в каких-то трущобах. Кричать, звать на помощь или пытаться на ходу звонить было бесполезно, даже если она придет, то несомненно опоздает, преследователи висели за плечами. Людей на улице не было, самый солнцепек разогнал всех по домам, пара встреченных по пути стариков только вжались в стены, стараясь не мешать нашим развлечениям.

А враги хорошо сократили расстояние и мне было необходимо решить, где дать последний бой. В том, что он завершит мою жизнь, я теперь не сомневался ни секунды. Разобраться с преследователями — это полдела. А вот выжить после полученных в процессе разборок ранений — это вряд ли. Даже подхваченный на ходу кусок кирпича не поможет.

Обливаясь потом, выплевывая из себя воздух на каждый выдох, я собрался с силами и вломился в ближайшую картонную дверь, которая показалась достаточно хлипкой. Переход в полумрак с яркой улицы ослепил, но, ориентируясь по силуэтам мебели, я продрался в следующую комнату, метнулся сквозь циновку, завешивающую проход, и оказался в обширном зале.

Взгляд выхватил пустоту помещения, двух человек, сидящих в углу на подушках друг против друга и большое количество свечей, используемых для освещения. Пробежав мимо людей, я врезался в противоположную стену и с наступающей паникой осознал, что других выходов нет.

— Они хотят вас убить! — закричал я присутствующим в комнате, глядя, как вслед за мной в помещение вваливаются бандиты.

Получив лишь недоуменный взгляд от жильцов, я судорожно пытался восстановить дыхание, надеясь, что присутствие свидетелей как-то повлияет на забегающих бандитов. Но уставшие преследователи даже не стали заморачиваться разговорами с кем-либо, а бросились на меня. Дальше начались страх, боль и ярость.

Куда делись одышка, усталость в ногах и зашкаливающий пульс? Я забыл о них совершенно, сфокусировав внимание на своем выживании и на врагах. Оттолкнувшись от стены, стремительно метнулся навстречу бандитам, проскочил от первых двух с левой стороны, оставив их ножи подальше и впечатал кирпич прямо в зубы третьему. Удар был хорош, человека просто снесло на входящих в комнату за ним, а я перепрыгнул через падающее тело, крутанулся назад и вновь сорвался вперед. Время тянулось медленно, голова успевала обдумать множество лишних вещей, а ноги исправно несли навстречу первой паре противников, которых я проскочил раньше.

Они растерялись от моего стремительного прохода мимо и активного сопротивления и встали на месте. У переднего в вытянутой руке был нож, у заднего какая-то металлическая труба. В два шага добравшись до них, я схватил чужое предплечье с ножом и дернул на себя, одновременно ударив кирпичом в локоть. Хруст сустава прорвался через крики и шум, а осколки кости выскочили наружу, отливая бело-желтым в свете свечей. Не пытаясь оценить реакцию этих двоих, я рванул назад к выходу, откуда навстречу уже двигался еще один ноженосец. Запоздавший вопль боли и ужаса от покалеченного сзади мне здорово помог, и новый противник отвлекся на него.

Не приближаясь вплотную, я метнул свой кирпич, и он вскользь задел лоб мекса, окончательно сбивая его внимание. Мой прыжок к нему он не заметил, а прямой удар ногой столкнул его назад на последнего входящего в комнату. Образовавшийся затор из тел дал секунду, чтобы быстро взглянуть назад и здесь ко мне уже летела труба, которой управлял оставленный в тылу целый бандит.

Отскочив в бок и избежав удара по голове, я за длинный шаг приблизился вплотную к противнику, получил слабый удар в висок, положил ладони ему на щеки и вдавил большие пальцы в глаза. Захват оказался неудобным и серьезно повредить зрение не вышло, но мекс, схватив меня за руки с визгом завалился назад, и повалил меня за собой. Бросив его голову, вырвался из хватки и катнулся под стену, прихватив по пути трубу.

Поднявшись на ноги, я увидел перед собой пару бодрых латиносов, которые распутались, уже отошли от входа внутрь и хотели разобраться со мной. На полу валялось три тела: один с проломленным лицом, второй с перебитой рукой лежал без сознания от болевого шока, а третий усиленно тер глаза, пытаясь убедиться в их целостности. Врагов стало меньше, но ситуация сильно ухудшилась. Я вновь почувствовал усталость и собственное судорожное дыхание, а напротив стояло два настороженных противника, которые уже убедились, что меня нельзя недооценивать. У обоих были ножи.

— Господа, это какая-то ошибка, — громко сказал я, делая шаг вперед и кладя трубу на левый бок.

— Мы можем обсудить и как-то решить недопонимание, — продолжил, выбирая момент между собственными вдохами и сближаясь еще больше.