«Галактическая одиссея Никиты Бочарова»

Васильев Николай

ГАЛАКТИЧЕСКАЯ ОДИССЕЯ НИКИТЫ БОЧАРОВА

Глава первая

Странный медосмотр

Тот день начался для Никиты Бочарова, студента третьего курса института Азии и Африки МГУ, вполне тривиально. Он проснулся в половине восьмого и ринулся в туалет — пока его не захватили шустрые соседи числом три. Из него он сунулся в ванную, но обломался: там уже фыркал под душем чистоплюй Нео. Тогда он вернулся в свою комнату, включил чайник и стал сооружать пару бутеров (для себя и для сонули Санчо), чутко прислушиваясь к звукам в ванной. Вот плеск воды прекратился, но дверь не открылась — значит, Нео будет подбривать свою чахлую бородку и усишки. «Как бы Омара не прозевать» — заопасался Никита, вышел из комнаты и точно: из туалета нарисовался невысокий, но жутко высокомерный араб. Никита ласково ему улыбнулся и чуть виновато развел руками: извини, мол, брат. Омар пронзил его взглядом, но молча ретировался в свою фатеру. Наконец, дверь ванной открылась и выпустила в коридор высокого худощавого африканца лет 25, который тотчас улыбнулся Никите и сказал: — Добри утро, малшик!

— Nzuri asubuhi, Neo, — сказал Никита на суахили. — Je, wewe ndoto kuhusu msichana leo? (Доброе утро, Нео. Ты видел сегодня во сне девку?)

— Si leo. Mimi itabidi kuangalia mbebe kwa kesho (Сегодня не довелось. Буду надеяться на завтра).

— Окэ, Нео, — благосклонно кивнул Никита и вошел в ванную.

Совершая гигиенические процедуры, он хмыкнул по поводу произошедшей пикировки: «На фик ему эротические сновиденья, к нему сегодня наверняка Вика прикатит. А если ее не будет, то Нюся или Ляля какая-нибудь заявится. До чего же падки наши бабы на экзотику! Даже Омар, метр с кепкой, им в радость, а нас с Сашкой они в упор видеть не желают!» Войдя в комнату, он рассвирипел: Санчо до сих пор давил ухом подушку.

— Вставай, гад! — заорал Никита и дернул приятеля за руку. Тот мигом принял положение сидя, но глаз не открыл.

— А ну три зенки! — продолжил яриться Бочаров. — У тебя уже были опоздания! Еще одно-два и ты окажешься на платном обучении! То есть сразу за порогом института, ибо 300 тыщ у твоих родителей нет! Или я чего-то не знаю о твоем благосостоянии? Сашка рванул на выход, забыв скинуть с ног одеяло, запутался в нем и врезался в итоге башкой в дверь. После чего совсем пришел в себя, ругнулся матом и исчез — чтобы вернуться обескураженным через минуту.

— Там этот Омар!

— А ты что хотел? Нас здесь четверо и всем на первую пару нужно!

— Да им когда угодно можно приходить, — зло сказал Сашка. — Их-то всяко не выгонят!

— За них институт хорошие денежки получает, — на тон ниже сказал Никита. — Ладно, придется тебе умываться и завтракать шиворот-навыворот: сначала кофе и бутер, а потом лакировка зубов и личика…

До «Академической» сумели добежать за шесть минут. По эскалатору почти слетели (благо, что идиотов, стоящих слева, на проходе, в этот раз не оказалось) и успели втиснуться в отходящий состав. Потом был бег по по переходу от Третьяковской до Новокузнецкой и вот он, Охотный ряд и Манежная площадь, где гордо высится их компактный институт, зорко поглядывая на Кремль и Сенат, в недрах которого спрятан кабинет Президента.

— И чего бежали? — спросил Сашка. — До занятий еще десять минут…

— Эх, люди, — дурашливо свесил на грудь голову Никита. — Твари неблагодарные…

После третьей пары (перед обедом) староста группы, Нелли Вербжицкая, сделала сообщение, что вместо четвертой пары будет проведено какое-то медицинско-психологическое обследование, которое необходимо пройти всем.

— Попробуйте только сорваться с него, каждому отсутствующему собственноручно такую трепку устрою! — зловеще пообещала Нелли.

— Из твоих ручек примем даже яд! — пообещал Никита. — После ночи любви, естественно…

— Пфф! — фыркнула эффектная (что там говорить!) дева. — Тебе, Бочаров, прыщики с чела сначала свести бы надо…

— Поверь, милая, сами сойдут — после любви-то…

— Ты доостришься у меня, Бочаров! Вы с Вольским и так на липочке висите — и острят еще! В общем, всех буду ждать в кабинете медсестры и ставить галочки в журнале.

Впрочем, от медкабинета студентам сначала пришлось пройти в обычную аудиторию, где какой-то малоразговорчивый тип в белом халате раздал всем листики с 20 вопросами (явный тест на определение Ай Кью) и попросил на них ответить. Присевший рядом с Никитой Сашка скосил взгляд на его листок, понял, что вопросы у них разные и чуток скис. Но, ответив на первый вопрос, приободрился и ушел в опросник с головой. Никита же отвечать на эти тесты давно наловчился и сдал листок минут через десять, то есть первым. Тип, принимая листок, скривился, но пробежав ответы и поставив оценку в своем кондуите, посмотрел на Никиту с интересом и сказал:

— Идти в медпункт, не удивляться.

В медпункте вместо привычной медсестры среднего возраста прием вела женщина-вамп! Подобных дам Никита видел лишь в кино или анимациях, но никогда в реальной жизни, да еще так близко! Высокая, статная, крутобедрая, пышногрудая, высоковыйная, луноликая, с гривой черных блестящих волос и ясными карими очами, которые стали внимательно вглядываться в вошедшего студента. Под этим взглядом Никита сначала побледнел, а потом стал краснеть и смущаться. Тотчас он стал себя корить за это и засмущался еще больше. И вдруг услышал легкий женский смех, за которым последовал и голос:

— Как ты робок! Как олень! Мне до сих пор казалось, что я не страшная! Имя и фамилия?

— Никита Бочаров.

— Снять одежду! Так… Так… Трусы тоже!

— Я не могу, — сказал сдавленно Никита, прикрывая руками проклятый торчок.

— Руки назад! — скомандовала дама. И после исполнения студентом команды, сдернула последнюю одежку. Торчок прыгнул к животу и застыл перед ним, глядя в зенит.

— Великолепно! — восхитилась дама. — То, что надо!

Тут она повернулась в сторону и спросила явно по связи:

— Сколько у Бочарова? Неужели? Удивительно, причем вдвойне. Да, да, и это тоже. Отлично. Повернувшись вновь к Никите, дама мягко, с воркующими интонациями сказала: — Какой ты молодец, Никита! И дополнила фоническое поощрение тактильным, огладив волосы на затылке парня. Эмоции Никиты зашкалили, и он чуть было не вцепился в чудесную женскую плоть, но дама тотчас восстановила дистанцию и сказала:

— Одевайся и зови следующего.

После приема Санчо стал возбужденно рассказывать Никите, как врачиха чуть его не опарафинила.

— Представляешь, заставляет снять трусы, а хер-то лезет вверх и все. Я его уговариваю и так и сяк, а он лезет. Тогда я отвернулся от нее, закрыл глаза и представил, что лежу в горячей ванне — он и обмяк. Я опять повернулся, но глаз открывать не стал: она ведь вон какая краля! В общем, прошел-таки этот дурацкий осмотр! Ну, а ты как, справился с собой?

— Нормально. Она даже меня похвалила, сказала, что я молодец.

— Странно. Кому понадобилось это устраивать? С определением Ай Кью понятно, без него сейчас в серьезную фирму не берут, но эта пародия на осмотр? Ничего не померила, не заставляла ни приседать, ни нос доставать…

Глава вторая

Трансляция во сне

Ночью Никите вдруг стал сниться совершенно фантастический сон.

Перед ним возникло зыбкое лицо той самой прекрасной дамы, которая вгляделась в раскрывшиеся будто бы глаза спящего, опознала его и сказала:

— Выслушай меня Никита и ничему не удивляйся… Мы — жители Галактического содружества и явились к вам, на Терру за помощью.