«Боги Авроры»

Евгений Гарцевич Боги Авроры

Я вдавил кнопку «ВЫХОД», перед глазами пронеслось несколько зеленых вспышек и строчки системного кода. Картинка мигнула еще раз и выключилась. Я смотрел на внутреннюю подсветку капсулы, слышал звук включившихся приводов и даже зажмурился от света, полившегося в щель открывающейся крышки. Я не верил! Но! У меня получилось! Выкусите, уроды! Легендарные гении, вас переиграл какой-то пацан!

Но что-то было не так. Я ощущал себя в реальном мире, но не чувствовал тело. Не так, будто нервные окончания не откликаются или что-то онемело, но будто с задержкой.

Я вспомнил четыре силуэта в темноте, и флешбеком всплыли слова, услышанные однажды: «У него была сестра-близняшка Аннелиса. Они были не так уж сильно похожи внешне, но мозг у них работал одинаково».

Аннелиса, больше известная как Алиса…

А если «одинаково», то…

Крышка уже открылась полностью и можно было выбираться наружу. Я открыл глаза, вздрогнул и выругался.

Над капсулой возвышался человек. На которого я когда-то каждый день смотрел в зеркало. Человек в моем теле явно был перевозбужден, дышал резко, даже скорее жадно, и главное, замахивался на меня какой-то дубиной, похожей на ножку от стула.

— Сучка, ты кто такая? — рявкнул человек в моем теле голосом, который всегда казался мне чужим.

— Я Данила, а ты что за… — я осекся на полуслове, когда услышал истеричный сейчас женский голос Алисы. — Ты Уокер? Какого хрена происходит?

Я с трудом выдавил последние слова, пытаясь тупо не заорать матом. Как это все происходит? Как? И главное, почему со мной? Это же не Эфир уже с его приколами, хотел тело — получите и распишитесь. А какое — это уже вопрос десятый. То, что передо мной не Эйп, было понятно по отломанной от стула ножке. Хозяин дома сейчас не так бы меня встречал.

— Докажи, — Уокер перекинул дубину в левую руку и чуть отошел, оглядываясь на дверь в комнату, — и быстро!

— Да мы ведь даже не знакомы! — я не мог управлять чужим голосом и почти перешел на визг. Что такого могу знать я, чего не знает Алиса? Думай-думай! — Подожди, подожди! У Фрисби скоро свадьба со Жгучей.

— Сойдет. Не мешай мне, — сказал Уокер и вырубил меня ударом кулака.

— Данила, очнись, — я услышал женский голос и вроде знакомый, это была Ника. Я открыл глаза и понял, что лежу на полу, что меня вынули из капсулы и, судя по мягкому пледу под головой, заботливо положили на пол, а теперь трясут за плечи, — Да, очнись же ты! Времени нет!

— Ника? Я не понимаю…

— Ты должен это посмотреть, — сказала девушка и впихнула мне в руки планшет.

На экране застыло игровое видео из Эфира с Алисой, а точнее с ее персонажем. Ника нажала на кнопку воспроизведения.

«Данила, слушай меня внимательно. Если хочешь жить, то выслушай! И это не угроза из виртуального мира, не гневные проклятия из-за того, что произошло. Это реальный факт. Слушай и запоминай!

Организация, скорее всего известная тебе под названием Тринайти, в которой мы состоим с братом, это не клуб по интересам, и уж тем более не дружественная тусовка старых друзей. Тут жестко, только бизнес и ничего личного. Есть протоколы на случай утечки. Лакки Эйп потерял контроль над своей оболочкой в реале. Рисковать никто не будет — спасать, возвращать, просто устранят угрозу.

Есть договоренности и протоколы на случай смерти акционера в реальной жизни. Нет ножек, нет и скакалки, как бы тупо это не звучало.

Братишка налажал. Он не только допустил ситуацию, что вы с Уокером поменялись сознанием с нами, но главное, что о нем узнал Найтгард. Может растерялся, может запаниковал, не знаю пока. Но знаю, что уже сейчас к нам домой едет группа зачистки, и если ты мне не подыграешь, то мы все умрем. Про меня пока не знают, а я очень хочу еще пожить. Я не бросаю брата, не предаю своих, но, когда ты получаешь доступ к по сути бессмертию, по-другому начинаешь смотреть на многие вещи. А я очень хочу выжить, и ты, надеюсь, тоже».

Алиса в кадре была в какой-то лесной локации, все время перемещаясь между деревьями. Лицо сосредоточенное, никаких улыбок или хитрых подмигиваний, во взгляде смесь страха и надежды.

«Я понимаю, что ты сейчас не в себе. Черт, как-то двусмысленно это прозвучало. Но поверь моему опыту, привыкнешь быстро. Не переживай, что попал в женское тело, притворяться мной очень легко. У меня уже сложилась определенная репутация. Тебе даже разговаривать ни с кем не придется, смотри на всех, как на пустое место, и уже поверят, что ты — это я. Приставать к тебе никто не будет — все знают, что меня не интересуют мужчины. Были давно какие-то полунамеки, но пара сломанных рук быстро расставили все на свои места.

У тебя есть выбор сейчас: ныть, что попал в женское тело, или воспользоваться ситуацией и поучаствовать в интересной истории, да еще и время отлично провести с Никой, если ты понимаешь, о чем я! А потом и тело свое вернуть! Я не могу без реала, Эфир для меня вторичен. Мне земная жизнь нужна!

Но сейчас важно другое! В дом едет группа захвата. Скорее всего это группа Итона. Ты с ними не сталкивался, они в реале работают. Это полные отморозки и преданы только Найтгарду. Меня будут проверять. Как — не знаю, может, спросят что-то такое, что знаю только я.

Угадать, что спросят, нереально, поэтому нападай сам — я бы именно так и сделала. Итону просто напомни, что знаешь о том, что произошло в Праге пять лет назад. Этого должно хватить, если придет кто-то другой, то просто посылай на хер. Не тот у них уровень, оправдываться перед ними я бы не стала. Так, что еще? Итона ни с кем не перепутаешь, он лысый, а на щеке старый шрам. На мою охрану просто наори за то, что допустили побег Уокера, и то, что не уберегли меня. Ника сказала, что у меня лицо разбито, обидно, конечно, но нам на руку. Как разберешься со всеми, прими ванную, я всегда отмокаю после рейдов. А потом приходи в Эфир, многое обсудить нужно — я знаю, как обеспечить условия перехода независимо от релиза игры».

Ника выключила планшет, отложила его и помогла мне подняться. На Алисе был тонкий облегающий спортивный костюм, специально разработанный для капсул, трехслойный для улучшенной вентиляции, но я все равно обливался потом. Левый глаз заплыл и сильно болела щека. И только я начал осматривать себя, как послышался звонок в дверь.

Звонили настойчиво, только трель обрывалась, как сразу же истерично возобновлялась. Длинный, три коротких, опять длинный. В комнату вбежал мужчина в черной форме и бронежилете, в руках компактный пистолет-пулемет, а на лице смесь тревоги и возбуждения.

— Аннелиса, там люди компании, впустить? — он покосился на мое лицо и робко добавил, — Как вы? Может, врача вызвать?

Ника напряглась и замерла, да и сам я словил волну адреналина и только и думал, какие бы слова подобрать. Так, что там Алиса бы сейчас делала? Хамила и ругалась? Я попробовал выдавить нечто грозное, но язык будто отказался поворачиваться. Так что я просто махнул рукой. Получилось нечто среднее между тем, как принцессы протягивают ручку для поцелуев и жестом «делайте, что хотите».

— Понял. Мы будем рядом, если что, — кивнул боец и ушел открывать дверь.

Когда я вышел в гостиную, в тот самый зал, в котором когда-то играл в шахматы с Эйпом, там уже набилась толпа народа.

Ближе ко мне, а также на втором этаже стояла охрана дома. Я насчитал пятерых, все крепкие ребята, вид собранный, минимум растерянности. Да и ребятами они казались только на фоне вошедших, а так крепкий трехсотый уровень. У входа же стояло всего трое, но уже под пятисотый уровень. Я улыбнулся от мысли, что оцениваю их критериями игры, а потом скривился от боли в щеке.

Первым стоял тот самый Итон, про которого говорила Алиса. Крепкий высокий мужик, с гладко выбритым подбородком и лысой блестящей головой, одет в черный костюм с белой рубашкой и тонким галстуком. Спортивное тело, пиджак расстегнут, видна кобура. Этакий Джеймс Бонд на подработке телохранителем. В чем-то даже приятный, если бы не лицо уголовника, плюс шрам создавал впечатление презрительной ухмылки. За его спиной стояло два космонавта в военных экзоскелетах со штурмовыми винтовками в руках.

— Где он? — спросил лысый, и я даже моргнуть не успел, как быстро и при этом плавно он оказался рядом со мной, поднес палец к моему подбородку и чуть повернул голову, будто на свету хотел рассмотреть наливающийся фингал. — Красиво получилось.

Я отшатнулся. Холодное прикосновение, будто меня зомби погладил, а еще взгляд. Я не знаток грустных мужских взглядов, но в этом было столько сожаления, что не он расквасил мне лицо, а кто-то другой, что стало страшно. Алиса похоже действительно тут многих бесит.

— Убежал, — я попытался произнести это слова максимально холодно и даже голос не дрогнул, но понять, какой эффект это произвело, я не смог.

— Передайте ориентировку, — он обернулся на космонавтов, а потом опять на меня, и сказал шутливым тоном, — Аннелиса, ты ли это?

Тон, манера речи, надежда в глазах, рука, опустившаяся к кобуре на поясе, — все говорило о том, что он хочет, чтобы это была уже не Алиса. Он реально хочет меня пристрелить, и пусть не меня, а ее, но легче от этой мысли не стало. Похоже, приплыл котенок, можно было так не стремиться в реал. Я покосился на защитников, которые еще несколько минут назад обещали меня прикрыть, а теперь стояли и усиленно делали вид, что разглядывают все что угодно, кроме меня и лысого отморозка. В голове что-то переключилось, может след сознания Алисы, а может понимание, что терять уже нечего. Я мысленно включил пассивку «импровизация», не зря же мне ее в Эфире дали, еще раз улыбнулся, и понеслась.

— Итон, ты охренел? — тяжело далось только имя, а потом будто плотину прорвало, — Проверки мне будешь устраивать? Ну, давай, рискни! Давай поиграем в игру, ты спрашиваешь что-то такое, что знаю только я, а я отвечаю. Не тупи, спрашивай! Хотя стой! Поиграем по моим правилам. Есть классная тема, называется «я знаю, что вы сделали прошлым летом». Ну-ка, ну-ка! О, может, тебе напомнить, что произошло в Праге? Думаешь, пять лет прошло, и все забыто?

Я разошелся так, что уже начал бояться, не переигрываю ли я, но заметил легкую улыбку на лице Ники и чуть расслабился. Голос Алисы скакал в диапазоне между хамством и презрением, как по крайней мере я себе его представлял. Итон пару раз пытался вклиниться в мой стремительный монолог, но, когда я упомянул Прагу, его будто ударили. Лицо скривилось, а рука легла на рукоять пистолета.

Черт, так ведь и пристрелит, чтоб про эту гребаную Прагу больше никто не узнал. Надо было Алисе что-нибудь попроще мне подсказать. Но он сдержался, снял руку с пистолета и поднес ее к уху, похоже, там был микрофон. Замер на пару секунд, а потом кивнул невидимому собеседнику.

— Найтгард рад, что ты еще с нами, — он обернулся к своим помощникам и покрутил пальцем в воздухе, мол, сворачиваемся.

— Что с братом?

— По последним сведениям, он словил окончательную смерть персонажа, попал на контракт НПС недалеко от Динасдана. Потом встретил отряд Хранителей, с которым отправился в клановую штаб-квартиру. Но до туда не дошел. Отряд уже респанулся, их допрашивают.

— С… — я чуть было не сказал «спасибо», но вовремя себя одернул, — Солдатиков своих забирай, и приберите там, наследили.

Конечно же, ничего они не убрали, но я понял, что злить Итона мне понравилось. Я разогнал домашнюю охрану, презрительно обозвав их защитничками и приказав не попадаться мне на глаза. Шепнул Нике, что хочу сначала в ванную, а потом есть, и позволил увести себя, дабы не палиться изучением планировки дома.

Ванна, а точнее трехметровое джакузи так меня расслабило, что я с трудом воспринимал рассказы Ники. Но пытался. Знал, что это важно, как для меня, так и для Ники. Я не понимал ее, не понимал ее мотивов и отношения к ситуации. Предложил снять крупную сумму денег со счета и купить ей билет в любую точку мира, куда она захочет. Она заплакала и отказалась.

Возможно, какой-нибудь профи назвал бы ее состояние стокгольмским синдромом, возникшим в доминантных отношениях (как я погуглил позже), я же видел подавленного человека с перепадами настроения, и острым, даже жертвенным желанием помочь. Вот только совершенно не понимал, мне в теле Алисы или настоящей Аннелисе.

Вся ситуация была странной. Против кого теперь дружить-то? «Враг моего врага — мой друг» уже не работало. Тринайти, Хранители, Эйп, Алиса, Уокер, Орда…

Я полез на игровые форумы за новостями. Отвык уже от тактильного управления гаджетом, да и пальцы от воды набухли, так что только с пятого раза смог нормально доскроллить до нужных новостей. У Орды все получилось. Даже без помощи основных сил Легиона, варвары взяли плацдарм, высадились и заняли все побережье. Хранители под постоянными нападками мурлоков отступили к Динасдану. Судя по восторженным комментариям с одной стороны и гневным отзывам с другой, многие заново открыли для себя расу мурлоков. Прям персоны года, два часа назад битва закончилась, а уже половина интернета в мемах и гайдах.

Про стычку на Утесе Черепа информации почти не было, только легкая истерика репортеров. Кто-то из гильдии картографов-блогеров создал тему, пытаясь призвать Хранителей к ответственности, но ее быстро заминусовали, а автора зачмырили флудеры.

То, что я вернулся в реал, не только не меняло планы по поиску Слезы, а, наоборот, еще больше подстегивало ее заполучить. Мне нужна сила в Эфире, очень много силы и очень быстро. Второго Утеса Черепа у меня нет в загашнике, чтобы завалить игрока на порядок более сильного, чем я. А валить теперь нужно не просто легенду, а топ-один из топа всех топов!

Я прогнал все мысли, которые противно шептались в голове, рассказывая, что я не успею еще раз провернуть двойное убийство до выхода релиза в Эфир и, что придется ждать следующего крупного ивента. Но рано пока делать выводы, надо будет с Алисой обсудить. Как бы мне не хотелось завалить эту дрянь, сейчас у нас общие интересы. Мы оба хотим, чтобы это тело было в безопасности ближайшее время, а потом я его освободил. Дальше наши цели расходятся в диаметрально противоположные стороны, и если я хочу разрушить Тринайти, то сделать я смогу это только изнутри.

Пока я размышлял над ситуацией, от Алисы пришло несколько видео сообщений с заголовками: «что нужно знать, чтобы не спалиться».

Первый урок базовый — привычки, поведение, имена охранников и прислуги, логины и пароли. Что заказывать на завтрак, куда ходить, как гулять, какую книгу дочитать, кого избегать, — любые мелочи, на которые могли обратить внимание. Список того, что Алиса ела и пила, напомнил мне китайскую грамоту — все эти парфе, смузи, кейл детоксы, так даже хипстеры в начале века не говорили. Потом Алиса перешла к перечню косметических процедур и где-то на ультразвуковом три-д лифтинге я подумал, что могу и не справиться даже с максимально прокачанной импровизацией.

Все видео Алиса транслировала из личной комнаты в игре, не выходя наружу. Опасалась, что в ее собственном доме могут быть шпионы Найтгарда. Точнее была уверена, что они есть среди прислуги или охраны, а может и там, и там. Чтобы не спалиться на рассинхроне — я тут смузи пережевываю, а она там на баррикадах Орду месит, установили простые правила входа и выхода в Эфир. Точнее я согласился с ее аргументами, свои идеи и предложения озвучу ей при встрече.

От потока информации, меня начало клонить в сон, но при этом выходить из джакузи не хотелось. Я раскинул руки на краю, откинулся и под бубнеж Алисы в наушниках начал дремать. Вздрогнул, когда услышал шаги, все еще никак не мог почувствовать себя в безопасности. Все время казалось, что фарс закончится, сюда ворвется Итон или местные и начнут палить до контрольного в голову. Но это оказалась Ника. Принесла два темных коктейля и приглушила в комнате свет. Увеличила темп струй гидромассажа, разделась и погрузилась ко мне в воду.

Я не смог оценить ни вечерних водных процедур с Никой, ни в принципе осознать и прочувствовать себя в женском теле. Уснул будто наэлектризованный, даже не пытаясь пересчитать все новые ощущения, которые испытал. Решил подумать обо всем завтра, но уже с пяти утра словил такой приступ головной боли, что единственная мысль была — когда же это прекратится.

Но становилось только хуже. Болели глаза, казалось, что еще чуть-чуть и просто лопнут, волнами подступала тошнота, а мышцы ныли будто я ночью вагоны разгружал, а не в джакузи с девочкой плескался. Что-то подобное я испытывал только в детстве, когда в Таламусе всех совершеннолетних вакцинировали и у меня появились побочные эффекты.

Встать я не мог, свернулся калачиком на огромной кровати и только скрипел зубами. Ника, посмотрев на мои мучения, куда-то ушла, но быстро вернулась со стаканом, в котором шипела, растворяясь оранжевая таблетка. Подождала, когда я выпью, и протянула мне планшет с очередным видео от Алисы.

«Привет, милый!

Головные и прочие боли первый признак того, что тело не принимает сознание. Дерьмово, но такое бывает. Обычно, конечно, позже, но прецедентов по смене пола еще не было. Исследований нет. Дыши глубоко, спокойно, пей микстурку. Просто времени у нас меньше, чем я предполагала. Погружайся в Эфир, там проще терпеть».

Я с трудом удержал выпитое, но чуть отпустило. От завтрака отказался, принял контрастный душ и затупил в гардеробной, пытаясь понять, что же мне одеть. Выручила Ника и подкинула мне спортивный костюм наподобие вчерашнего, только абсолютно новый. Для погружения самое то, да и в реале оказалось удобным, все что нужно держит, нигде не давит. Еще раз проделал дыхательную гимнастику и морщась от боли поковылял по лестнице в игровую комнату, как ее тут называли.

Хорошо они тут устроились, одна игровая метров под тридцать и тут капсула только для Алисы. У Ники комнатушка была по соседству, а Эйп, как истинный вампир, обитал где-то в подвале. Здесь же огромные окна, цветы вдоль стен, половину из которых я даже на картинках не видел. Вчера толком ничего не разглядел, и сейчас не получится, за окном прогуливались охранники с доберманами, которых я когда-то видел с Алисой. М-да, как бы они проблемой не стали, собаку-то сложнее обмануть, одним презрительным взглядом не отделаешься. Однако на охрану он сработал: вроде и не смотрели в мою сторону, а как ветром сдуло, стоило на них покоситься.

Я прикинул, что может случиться, пока я буду в Эфире, и решил, что если к Алисе в игре не приближаться, то смысла ей террорить мое тело нет. И полез в капсулу.

«В Эфире! Добро пожаловать на Аврору!»

«В Эфире! Вы можете войти в игру у ближайшей к месту вашей гибели стелы возрождения или выбрать другую привязку при наличии дома или оплаченной комнаты в гостинице».

Аренда номера в Ханагге уже закончилась, да и делать мне там было нечего. Так что я выбрал ближайшую точку и возродился на лесной полянке километрах в пяти от Утеса Черепа, только погрызенную верхушку было видно над деревьями. На полянке оказалось довольно людно. Человек двадцать игроков разной степени потасканности, кто без оружия, кто-то в частичном доспехе, а парочка так вообще в одежде для новичков. Я узнал эмблемы Хранителей и несколько значков гильдии наемников. За кругом действия защиты стелы стояли ордынцы. Немного, пятеро спереди и еще трое растянулись по кругу. Не самые крутые в сравнении с теми, кого я наблюдал в трансляции. Но держались нагло, громко шутили над ожившими, но боящимися выйти за круг, то предлагали сдаться в плен, то опять ржали, отпуская сальные шуточки.

Один из Хранителей подскочил ко мне, потянул за стелу, чтобы скрыться от взглядов варваров, и прошептал:

— Друг, давай с нами! Эти черти гасят каждого, кто здесь возрождается, и пройти к своим не дают. Ты из какого клана? Не вижу знака.

— Из самого лучшего, — я отцепился от Хранителя, что-то бесили меня уже эти временные партнерства, и если в реале вариантов других я не видел, то тут возникло желание сначала Орду перебить, а потом и остальных, которые на радостях из защитного круга выйдут. Смогу ли перебить? Ну так сейчас посмотрим, как говорится, подержите мое пиво.

Головная боль и правда прошла или по крайней мере не пробивалась в игру. Чувства и ощущения притупились, никакого уже цифрового оргазма, никакой плавности и контроля каждой клеточки тела. Острые, будто рубленые команды нервной системе: неприятный запах от Хранителя — пот, понижение температуры затылка — ветерок подул, пониженные характеристики силы, выносливости и ловкости — прион заканчивается. М-да, даже цвета вокруг потеряли пару тонов, а в пении лесных птиц будто битрейт порезали. Насколько в реале все стало ярким и настоящим, настолько тут превратилось в унылую серость. Все, конечно, познается в сравнении, и когда-то такое качество я считал верхом реализма. Но с другой стороны играют же как-то в Майнкрафт уже почти сто лет и похоже еще сто будут играть. Не понимаю этого, но будем привыкать заново.

«Хоукмун» на месте, удавка «Медноголовка» на месте, дневник Магнуса в кармане, доспех с минимумом прочности, но еще один запасной в инвентаре лежит. Яйцо драйка чудным образом сохранилось, но похоже скоро треснет. Надо бы его отдать, если оно, конечно, сиротой не стало после извержения вулкана. Маска, взятая с чихуатетео осталась, кольцо-ключ от Утеса, не работающий до релиза свиток телепорта на Аквилон, пара склянок здоровья, горсть патронов, несколько книг из библиотеки Охирры и все. Не считая мелочевки, утерян клинок Тиутококана, сердце Вендиго и вся бижутерия. За клинок обидно, но с учетом прионовых лезвий пережить можно.

Потерянный опыт было больше жалко, все-таки почти сотню тысяч сняли. Зато пропали прионовые язвы, счетчик заражения обнулился и сняли штрафы опыта для оцифрованных. Я полез в систему смотреть, что осталось.

Имя: Дантекуачитлан

Уровень: 124

Раса: Аврорианин

Племя: Изгой (в прошлом Дубовокожие)

Расовый бонус: плюс одно очко запаса сил за каждый уровень.

Класс: симбионт

Классовые навыки: трансформация — 5-й уровень

Пассивные навыки: жажда приона, защита от яда, защита от мороза, защита от огня, ускоренная перезарядка, экономия боезапаса, тихий выстрел, твердая рука, отсвет вспышки, ночное зрение, импровизация…

Ремесленные навыки: механическое дело, кузнец, травник, шкуродер, охотник.

Достижения: равный среди первых, изгой Уасиока, живец, консервный нож, один выстрел — один труп, резня трупоедов, живучесть, подводный охотник, гурман, трофейщик…

Питомец: механический огненный пес Ку-Кулек — 8 уровень.

Кажется, я готов. Облачился в новый доспех, дозарядил «Хоукмун», по старой привычке поводил плечами, разминаясь, но знакомого хруста не услышал. Зато мои действия заметили окружающие, варвары из Орды притихли и поглядывали с интересом, но без опаски. А осажденные Хранители зашептались. Жалкое, конечно, зрелище — их в три раза больше, в среднем по уровням не уступали Ордынцам, а только шепчутся и боятся. Самые крутые парни во дворе, топовый клан, который всех в страхе держал, а как пришли соседские ребята, так хвост поджали. Я не то что помогать им не собирался, меня даже совесть не мучала от того, что я сделать хотел.

Я подозвал Хранителя, который набивался в друзья. Оружия у него не было, но судя по еще целым доспехам, парень отыгрывал в роли танка. Самое то!

— Ты помочь хотел, герой?

— Ну, че ты сразу начинаешь, — обиженно протянул танк, — Это же Орда, они же больные.

— Ясно все с вами, — я чуть обошел парня, чтобы он оказался между мной и границей круга и положил руку ему на плечо, — Как там у вас говорят, ничего личного…

Резко развернул его и со всей дури пнул в сторону Ордынцев. Заданного разгона хватило чуть больше, чем на метр, но ни упасть, ни упереться он уже не успел. Я применил рывок и, пихая живой щит плечом, ломанулся в сторону Орды. Толкнул вопящего парня на варваров и, пока те не опомнились, начал палить из «Хоукмуна».

Я стрелял исключительно в головы, возвышающиеся над телом моего импровизированного тарана. Когда он, вопя и размахивая руками, налетел на варваров, часть из них развернулась, а висок — это зона потенциального критического урона. С такого расстояния я не промахнулся, выбив сразу два хэдшота.

Я прыжком ушел в сторону, уходя от метательного топора, и услышал крик боли за спиной. Хранители все же не протупили, подорвались толпой, чтобы поддержать мою атаку и теперь неслись в разные стороны. Кто-то отсечь ордынцев с той стороны круга, а кто-то за мной, желая завалить и меня, и варваров. Я еще больше ушел в сторону, оттолкнул рейнджера из наемников, бросившегося на меня с ножом, и выстрелил. Пришлось потратить на него три пули — тощий и верткий оказался.

Несмотря на меньшинство, варвары держались более чем, уверенно. В две секиры и двуручный меч, не подставляясь под удары друг друга, не только держали толпу на расстоянии, но и каждую минуту, сокращали ее поголовье.

Я подстрелил еще одного здоровяка, выцелил в момент замаха слабо защищенную подмышку и всадил туда три разрывных пули, частично оторвав руку. И опять сменил позицию, держась в зоне эффективного действия «Хоукмуна», но не приближаясь к бойне. У Хранителей тоже оказались игроки с дальнобойным оружием и даже парочка магов, они как раз спешили к нам с другой стороны стелы.

С поддержкой магов картина боя сменилась на классическую: варваров теснят танки, дамагеры лупят издалека, плюс и лекарь среди наемников нашелся. Алые, огненные росчерки полетели в ордынцев, а зеленые и фиолетовые с баффами и лечением в Хранителей. В меня прилетело заклинание замедления, но стоило направить «Хоукмун» в толпу и продолжения атаки не последовало. Еще один варвар упал.

Главарь ордынцев, оставшись в одиночестве, заревел не слабее механического гризли. Раскинул руки, зарычал и покрылся магическим сиянием, а потом будто схлопнулся и горой упал на землю. Кажись, отбились! Но, к моему удивлению, Хранители стали орать совсем не победно. Толпа расступилась и понеслась в разные стороны, то и дело слышались крики «берсерк», «оборотень», «валим скорее», «щас будет, как на Утесе!», «бежим!» А в меня прилетело еще одно заклинание, теперь заморозка. Без урона, не больно, но тело перестало слушаться.

Шустрые, однако, все оказались. Пока я в непонятках хлопал глазами и ждал, что спадет заморозка, вокруг уже никого не оказалось. Только черная туча всплывала над горой трупов. Хм, и правда ведь оборотень, да похоже еще и берсерк сразу. Не иначе мама варг согрешила с гризли, а выросло то, что выросло, и сейчас смотрит на меня горящими огнем глазами.

Оборотень опустился на четвереньки, вздыбил шерсть, выпрыгнул из кучи тел и помчался на меня. Я несколько раз выстрелил из «Хоукмуна», но приличный урон прошел только от последнего патрона, сработала пассивка, остальные же просто вязли в шерсти оборотня. Когда до морды варга оставалось меньше метра, я, чувствуя себя неопытным тореадором, сместился влево, выставил револьвер рукояткой вперед и активировал рывок. Коготь на рукоятке пробил шкуру, зацепил глаз монстра, разорвал ухо и, погрузившись на пару сантиметров, прошел вдоль всего тела оборотня, оставляя кровавую борозду. Монстра закрутило, он рычал и пытался достать меня когтистой лапой, но я уже разрывал дистанцию, перезаряжаясь на ходу.

Крепкий зараза, визуально всего процентов пятнадцать здоровья потерял, хотя наверняка и критический урон прошел, и дебаффы кровотечения повесились. Может глюк, но показалось, что рана на боку уже начала затягиваться. Хреново, с такой регенерацией я тут его до вечера гонять буду. Наша коррида повторилась, только на этот раз варг, зная о моем маневре, заранее сменил направление в сторону, куда я должен был сместиться, но меня там уже не было. Я не полез в ближний бой, а сделал сальто, уходя дальше и расстреливая монстра в полете. И опять нормальный урон прошел, только с последним выстрелом. Пуля попала в пострадавшее ухо и, как тараном, откинула оборотня на несколько метров, но он встал. Зарычал, тряся головой и разбрасывая капли крови во все стороны.

Вся правая сторона морды превратилась в одну сплошную рану, глаз вытек, а ближе к уху сквозь мясо белели обломки черепа. Я стал обходить его слева, стараясь оставаться в слепой зоне. Он вертелся на месте, рычал, а в момент, когда я начал заряжать револьвер, прыгнул в мою сторону. А потом еще раз и еще, я уворачивался, он прыгал зигзагами то стараясь достать меня, то приземлиться на опережение. И, наконец, у него получилось. Я кувырком ушел в сторону, но уперся в тело одного из Хранителей, и черная туша налетела на меня сверху. Будто мешок с песком на хребет уронили, а в плечо вгрызлись клыки. Меня спас воротник доспеха, дав драгоценные доли секунды на активацию трансформации до момента, как челюсти сомкнулись на моей шее.

Вкус приона оборотню не понравился. Не то чтобы он начал плеваться, давиться ядом и кислотой, но один клык точно подломился, и оборотень подвис на мгновение. Может, системные сообщения читал, не важно. Запаса приона у меня было мало, так что вся трансформация продлится не больше десяти секунд. Я дернулся из-под туши, чуть отбросив его в сторону, и напал на него сам. Увернулся от лапы, сформировал прионовый клинок и пырнул варга в уже начавшее заживать ухо, оборотень взвыл первый раз за время боя, рана от клинка зашипела, будто туда кислоты налили, и вместе с легким дымком в нос шибанул запах разлагающейся плоти. Ну, сволочь, где там твоя регенерация? Какая-то у них непереносимость что ли, будто качка зожника покурить заставили.

Я разошелся, бил в одну точку, уворачивался от клыков и слабеющих лап, сам вцепился в шерсть, когда оборотень попробовал выскочить, и кричал. Сидите в своем экологическом регионе, не фиг у нас на районе делать, мы тут плохому научим! Добро пожаловать на Аврору, козлина!

Когда трансформация вырубилась, оборотень был уже мертв. Я сполз на землю и развалился, как в кресле, на еще теплом боку варга. Сил хватило только на то, чтобы оглядеть поляну и убедиться, что Хранители сбежали, а я остался один.

Полез читать системные сообщения и присвистнул. Столько опыта за такой короткий промежуток времени я еще не получал ни разу. Даже подумал, баг какой-то, но потом вспомнил, что меня теперь не штрафуют, как оцифрованного. Но все равно было как-то много. Покопался в руководствах и обнаружил, что еще десять процентов опыта накидывают именно за модель капсулы. Вот и верь потом разработчикам, что у донатеров нет преимуществ в игре, а только скины для красоты и небоевые петы для понтов. Ладно, тут скорее партнерство с «Эдисоном» для повышения продаж новых моделей, а для меня отличный шанс быстро прокачаться.

Я восстановил здоровье и попытался починить покоцанный доспех. Вышло не очень, навык не прокачан, но хоть не разваливалось. Не везет мне с доспехами что-то, не приживаются на мне, душа туземца нагишом, видимо, хочет ходить.

Лута с варваров выпало много, только совершенно бесполезного в теплом климате Авроры и не подходящего мне по классу, так что все что нашел, сразу выставил на аукцион. Меховые накидки, снегоступы, огромная секира, охотничий лук, рогатый шлем — неплохие трофеи класса не ниже редкий, но мимо. Мне нужен прион!

Я ушел с поляны, выбрал направление на Серые Горы и, подгоняемый прионовой жаждой, побежал в чащу леса.

Часа через три, когда забрался в такую чащу, что там не только свидетелей не было, а даже птицы не летали, открыл почтовый ящик с кучей сообщений от Алисы.

Пролистал очередные бытовые инструкции, посмотрел видео с жестами, походкой и гримасами, которые можно было строить в различных ситуациях, и написал сообщение. Алиса прислала запрос на подключение видео и обмен данными геолокации, мол так удобнее. Первое я подтвердил, предварительно еще раз оглянувшись, а на второе поставил строжайший запрет. Хотелось бы, конечно, всегда знать, где она, но не ценой таких данных в ответ.

Судя по картинке, она была в какой-то мастерской, а точнее в кладовке с материалами. За ее спиной стояли стеллажи с запчастями механических монстров. Руки и лицо перепачканы машинным маслом, похоже у них там всеобщая мобилизация, всех кого могли на производство отправили.

— На связи. Расскажи мне, какой план?

— О, какой деловой подход, прям так сразу и к делу! А поговорить? Как я там провожу время?

— Давай не будем его тратить. Как мы совершим обмен, если не успеем до релиза?

— Скучный ты, но ладно. До релиза мы точно не успеем. Если, конечно, чудо не произойдет какое-нибудь. По нашей информации Уокера нет в игре, он не появлялся в Орде с того самого момента на Утесе черепа.

— Так, а если он вообще не придет?

— Придет, конечно. Главное повод ему дать. Столько лет человек тут свою империю строил, таких результатов достиг. Поверь моему опыту, такое не бросают. Но сейчас делать ему тут нечего. Орда высадилась, у Орды все получается, Динасдан уже осадили.

— Так, а что с обменом? Год после релиза ивент ждать? Ты сможешь, как акционер, продавить идею нового ивента пораньше?

— Интересный ход мыслей, но нет, — Алиса задумалась, — Ивенты расписаны на несколько лет вперед, сдвинуть или запустить внеочередной не получится. Когда обновление выходит в релиз, сторонние наблюдатели получают доступ к коду Андреаса и Людвига. Находят баги, хоть и не понимают, что они дают, но выпускают патч и все фиксят. Не скажу за Андреса, но Людвиг искал лазейку, как все это обойти. И придумал! В теории можно создать микрообновление в рамках некого тестового сервера и пропихнуть его на основу.

— Это как?

— Ну вот представь, Аврора — это огромный новый материк на отдельном сервере, и в рамках этого сервера происходит обмен сознанием, капсулы нестабильны и перегружены и происходит ошибка, — Алиса подождала, пока я кивну, — Так вот, Людвиг считал, что если создать тестовый сервер, ну, типа небольшой остров в океане, то можно создать такую вот локальную зону для перехода.

— И что же пошло не так? Почему Эйп не сделал это?

— Не успел. Он начал разрабатывать эту идею до выхода Авроры в альфа-тест. Хотел иметь возможность не зависеть от обновлений, но не успел закончить, а потом все и так прошло, как надо и уже не до этого было. Все его разработки в доме, явки и пароли я тебе скину.

— То есть я должен написать код, создав некий необитаемый остров, потом каким-то чудом залить его на сервера DRUGA, заманить туда Уокера, убить всех и выскочить в свое тело? И как ты себе это представляешь? — действительно вроде все просто, но, когда я это проговорил вслух, показалось невыполнимым.

— Ну, в целом да. Прям писать код не надо, я не вдавалась в подробности, но знаю, что он почти готов. Как залить на сервера так, чтобы никто не заметил, сам придумаешь. Доступ в офис у меня есть, в моем теле пройдешь мимо охраны. С остальным разберемся! — Алиса улыбнулась, — И да, я не говорила, что будет легко!

— Еще какие-нибудь рекомендации будут?

— Нет, дай мне еще пару часов и выходи в реал, доступы и все заметки, которые были в работе брата, я тебе скинула, — Алиса протерла ладонью лицо, оставив новый масляный след на щеке, вздохнула, будто собираясь с мыслями, и продолжила, — По поводу Ники. Я могу только догадываться, что ты обо мне думаешь. Но мы действительно стали с ней хорошими друзьями, даже больше. И она дорога мне, и я думаю, тебе лучше от меня узнать, кто она и кто ее отец. Потому что, когда он или Найтгард это поймут, то будут проблемы.

— Уокер ее отец?! — я вспомнил, как мурлоки рассказывали, что варвар оставил в реале беременную жену и в основном ради семьи и хотел вернуться, — Какие же вы все-таки мрази!

— Позже — да, в тот момент — это был несчастный случай. Когда брат поменялся сознанием с Уокером, это была случайность. Никто тогда не понимал, что происходит. Жена Уокера так и не оправилась от исчезновения мужа, и я взяла Нику на воспитание, а когда открылась академия Таламус, то отправила туда, — не дождавшись от меня никакой реакции, но явно или демонстративно смутившись, Алиса продолжила, понижая голос, — Потом все изменилось. Но в начале я, правда, хотела, как лучше. Я не оправдываюсь. Но подумай, эта информация может на многое повлиять и использовать ее можно по-разному. Из наших в курсе только Ишутина, пришлось рассказать, когда мы с братом отправляли ее академикам.

— Ника знает? — как же мне было противно. Никогда не возникало желания поднять руку на женщину, но образ, как я избиваю сейчас некромантку, стоявшую по ту сторону экрана, сам всплыл в голове. Действительно, оправдываться не надо. Просто поздно уже. Вы все приговорены, и мной, и Уокером. Я ни разу не верю, что тебе жаль, особенно, когда ты пытаешься навязать мне идею выманить Уокера на наживку в виде дочери. Но вслух я всего этого не сказал, стиснул зубы и занес в свой дневник мести дополнительные жирные пункты.

— Не знает. Она не всегда стабильна после той передозировки в логове этого дебила недобандита, забыла, как его зовут — Руслан? Я не хотела вносить в ее жизнь еще большую сумятицу и…

— Да пошла ты… — я вырубил трансляцию.

Понял, что сорвусь сейчас на мат, понял, что отвращение и злость пересилят здравый смысл. Надо чуть-чуть потерпеть. Не спалиться в реале перед группой зачистки и не дать облапошить меня тут.

Из размышлений меня вывела система, заверещав, как резанная. С противным писком замигал значок инвентаря, и стоило только прикоснуться к нему, как на землю выпало яйцо драйка. Шар пульсировал, сокращаясь как сердце, светился ярче прежнего, а молнии внутри уже не били по стенкам, а сжимались в тугой клубок в центре. Я зажмурился от света, но отчетливо расслышал звук трескающейся скорлупы.

«В очередной раз приветствую вас, дорогие зрители! И начнем мы сегодня с рубрики „Рекорды“. Орда высадилась на Авроре, высаживалась громко, с фейерверками и оркестром, сметая все на своем пути. Битва у Утеса Черепа не попала в историю Эфира по численности одновременно задействованных войск, не стала самой быстрой битвой в хрониках и даже не побила рекорд по числу задействованных топ игроков! Но! Собрала самый высокий рейтинг по количеству полученного опыта в столь краткий промежуток времени. „Избиение машин“ — только так теперь называют эту битву на форумах, и в очередной раз поднимается тема, не чересчур ли имбовый класс варваров и не налажали ли разработчики с балансом?

Время покажет. Силу Орды знали и ранее, но с такой концентрированной атакой столкнулись впервые. При этом стоит заметить, что лидер клана — Уокер, практически не принимал участия в битве. Засветился на берегу, а потом скрылся в неизвестном направлении. И если Орда, как на ладони, чекинится и крушит все в каждом поселении побережья, так что игроки аж воют от ее беспредела, стягивается к Динасдану и берет его в кольцо, то о Уокере нет никакой информации.

Хранители еще не проиграли, а при поддержке НПС могут еще долго сидеть за крепкими стенами Динасдана в ожидании релиза, когда, наконец, заработают порталы и с Теллуса придет помощь. Так что ждем релиз и запасаемся попкорном!»

Яркий свет пробивался даже сквозь плотно закрытые глаза. Прозвучало еще несколько тресков, потом раздался взрыв. Будто под ногами сдетонировала светошумовая граната, а по земле ураганом пронеслась взрывная волна, очищая поляну не только от мусора и веток, но и вырвав несколько деревьев. Меня отбросило на несколько метров, в полете еще припечатав стволом дерева. Я не успевал читать сообщения с уроном и дебаффами. Но было весело! У меня родился драйк! Получите и распишитесь! Вот вам оглушение, вот вам дезориентация и полное непонимание происходящего. Интересно, настоящие отцы что-то похожее испытывают, когда детей из роддома забирают?

Я еще не разлепил глаза, как почувствовал, что мою левую руку что-то щекочет. Было приятно, но интенсивность стала возрастать, и если сначала трогали будто перышком, то теперь поскребывали иголками, а потом и вовсе так долбанули током, что судорога проскочила по всему телу. Я как заправский футбольный фанат прошлого века волну пустил на стадионе, только лежа и в одиночестве, и, наконец открыл глаза.

На ладони сидел лохматый шарик, размером с теннисный. Сожми я руку, мог бы полностью скрыть его пальцами. Когда дебаффы отступили, и я смог приглядеться, понял что, то что я принял за взлохмаченную шерсть, на самом деле было плотной завесой из тончайших электрических импульсов. Микро-молнии длиной не более сантиметра окружали шарик со всех сторон. Я попробовал стряхнуть его, взмахнув кистью, драйк подлетел на несколько сантиметров, зашипел, на мгновение принял свою вторую форму не то птицы, не то дракона, и, снова став шариком, прилип обратно к ладони. Ну хоть током не ударил, а только защекотал.

И что с тобой делать-то? Я сфокусировался на электрошаре в надежде прочитать описание, но ничего полезного не нашел. «Детеныш драйка, 1-й уровень, голоден».

Полез в системные уведомления, мало ли пропустил что-то за дебаффами. Но и тут информационный вакуум, ни уведомлений о новом пете, ни квестов в духе «верните дитятко к маме». Что делать-то? Ведь так не бывает на свете, чтоб были потеряны дети? Хоть на форум бета-тестеров иди. Уже собрался сворачивать систему, как заметил подсветку в разделе со спутниками.

«В Эфире! Вам доступен найм нового спутника — детеныш драйка,1-й уровень. Доступных спутников — 2. Количество спутников в привязке — 1 (Ксоко, женщина Аврорианка из племени „Шепот ветра“, 237-й уровень)».

Даже не понял сразу, что меня больше удивило. То, что Ксоко уже на сотню уровней меня выше и соплеменница Часового, или то, что драйк определился системой как разумный персонаж.

Я подтвердил, что хочу такого спутника, пусть сейчас это всего лишь мячик-щекотило и толку от него будет мало, но говорят, дети быстро растут. Описания веток развития, способностей и интересов толком не было, только советы, как улучшить репутацию у спутников. На первых уровнях все как-то совсем банально — хвалите, любите, разговаривайте, будьте вовлечены и внимательны. Из конкретики только предложили дать персонажу имя.

— Ну что, мой юный спутник, как мы тебя назовем? — я вытянул ладонь, разглядывая сгусток молний на свет, — Ммм, Щекотило?

В ответ руку ощутимо кольнуло током. Ясно, не нравится.

— Электровеник? — ток стал бить больнее, а я начал перечислять имена, которые лезли в голову, — Смешарик? Ай! Молния? Эй, нормальное же имя! Ну не Девастатор же?

Девастатор драйку понравился, ток сменился на щекотку, но не понравился мне. Минут пять мы еще поиграли в игру «ток и щекотка», чем-то даже напомнило детство. В Таламусе были такие наборы, где, когда нажимаешь в правильное место, загорается лампочка. В итоге сошлись на имени Чаки.

Я не стал вдаваться в подробности, почему у меня возникла такая ассоциация, а он не уточнял, но остался очень доволен и несколько раз повесил на меня дебафф «слепота», а в голове раздался неуверенный детский голосок: «спасипа».

Ладно, с именем определились, а степень родства пока под вопросом. То ли он хотел сказать «спасибо, папа», а может и просто «спасибо». По ходу разберемся, сейчас главное, что в моем личном отряде прибыло, будет проще до Слезы добраться.

Я вызвал Ксоко. Надо пользоваться отсутствием штрафов к опыту и скорее прокачаться. Плюс Шепот Ветра по карте ближе всего к Серым Горам, с них и начнем.

Я уже видел, как Ксоко, будто всегда тут гуляла, вывернула на тропинку из-за толстого дерева впереди, как пришло давно забытое системное уведомление.

«В Эфире! Внимание, вы находитесь в игре без перерыва 7 часов 30 минут. По рекомендациям ВОЗ длина сессии не может превышать 8 часов. Рекомендуем найти безопасное место и выйти из игры. В противном случае выход будет осуществлен автоматически через 30 минут. За сохранность персонажа администрация ответственности не несет».

За оставшиеся полчаса мы успели завалить несколько диких кабанчиков, разогнали стаю волков и нашли гнездо ангиаков, но внутрь не успели. Пришлось отступить на безопасное расстояние и выйти из игры.

Здравствуй реал, здравствуй боль. Добро пожаловать в наш маленький магазинчик по прокату тел. Сегодня у нас в ассортименте… Я вспомнил книжку, которой зачитывался в детстве, постоянно брал ее в библиотеке Таламуса, а когда подходил срок сдачи, сдавал и тут же брал обратно. «Видоизмененный углерод» с их мафами и переносом сознания сейчас сильно помогал не впадать в истерику от всего того, что со мной происходило.

Пробуждение в реале получилось каким-то дерганным. Сначала нервным — казалось, а вдруг, опять не сработает, а потом и болезненным. Голова гудела, но хоть не так сильно, как в первый раз. Можно было потерпеть, а вот чувство голода буквально вытолкало меня из капсулы. Я тут же забыл все инструкции Алисы, куда звонить, кого звать и что заказывать, и, превозмогая болевой приступ, побрел на кухню.

Под неодобрительные взгляды прислуги, а шеф повар так вообще показалось сейчас заплачет, я прошел прямо к холодильнику, открыл створки и завис. Никогда еще в жизни не видел так плотно набитого едой холодильника. Хотя едой ли? Контейнеры с голографическими этикетками, баночки и пробирки с мутной жижей, будто в лаборатории какой-то, а не на кухне, из знакомого только фрукты и овощи, хотя знакомым был только факт, что это именно фрукты и овощи.

— Все закуплено согласно списку и графику, — сказал мужчина лет пятидесяти в голубом костюме, больше подходящем врачу скорой, а не повару, — Приготовить вам что-то особенное?

— Спасибо, Анри, — я захлопнул дверцу и обернулся на повара, в руководстве, как выдать себя за Алису, шеф повар был единственным, с кем можно было быть вежливым, а «Р» в имени надо было тянуть на французский манер, — Просто смотрю. Покормите меня. Тяжелая игровая сессия.

— Понимаю, — Анри подошел к холодильнику, вывел панель управления, пальцы замелькали по иконкам, будто пианист какой-то, что-то там мигнуло и загорелся пятиминутный таймер обратного отсчета, — Скоро будет готово, куда подать?

Я махнул рукой, мол не беспокойтесь, здесь подожду, и подошел к окну. Меня и в самый первый раз поразил участок возле дома Эйпа, а сейчас, когда можно было все разглядеть в подробностях и без спешки, так вообще в голову закралась предательская мысль, а не остаться ли мне тут жить. Послышался лай, и на аллею из-за деревьев выскочил доберман, а за ним неспешно вышел второй, посмотрели в мою сторону и начали лаять уже вдвоем. Я отшатнулся от окна, хоть и понимал, что с такого расстояния они не могут меня видеть. В инструкциях от Алисы было сказано довольно лаконично: зовут Бони и Клайд, обучены, натасканы, как тебя воспримут «ХЗ», лучше не рискуй. И что вот с этим делать? На улицу не выходить? Так их на ночь в дом запускают.

Из раздумий меня вывело вежливое покашливание, повар выставил композицию из дымящейся пробирки в центре подноса, обложенной двумя веточками с листиками, плюс отдельно что-то зеленое и посыпанное черными семенами.

— По вторникам у нас молекулярная кухня, — сказал он, глядя на мое удивленное лицо, — Ваше любимое, микс из сельдерея, спаржи и легкий акцент из семян асаи.

— Конечно, просто вылетело из головы, что сегодня вторник, — я улыбнулся и очень надеялся, что улыбка получилась не такой кислой, как может оказаться эта жижа. Больше не буду на кухню ходить, Нику отправлю. Как это пить-то? Кислота какая-то шипучая. Мне бы мяса, душу бы отдал сейчас за синтетический чизбургер.

Мне потребовались все мои навыки импровизации, чтобы взять эту пробирку и с важным видом покинуть кухню. Будто змею держал, хотя пахло довольно приятно — свежей травой. На вкус, впрочем, оказалось таким же. Трава с горчинкой и акцент в виде застрявшей в зубах семечки, вероятно, асаи, чем бы это не являлось. Но эффект дало поразительный! Плюс десять к силе, плюс пятнадцать к выносливости, плюс не знаю сколько, не знаю к чему, но меряй я игровыми терминами, мог бы сейчас горы свернуть — и голод прошел, и энергия пополнилась, даже головная боль отступила. За такие баффы можно и потерпеть горчинку.

Я отсалютовал пробиркой основателям на картине в гостиной. Ждите, я иду за вами! Поморщился, но допил, впитывая растекающееся по телу тепло, бросил пустую склянку на шахматный столик (все по инструкции) и пошел в подвал, искать кабинет Эйпа.

Назвать кабинетом то помещение, куда я попал, язык отказался наотрез. Парк развлечений, ангар безумного геймера, олдскульный гараж игромана — любое словосочетание подходило больше, чем кабинет. Я попробовал прикинуть, какую часть под домом занимал этот «стадион», но сразу забил на эту затею и просто, раскрыв рот, пялился по сторонам. Свет стал зажигаться автоматически, видимо от датчика движения, по очереди включались панели, освещая помещение вглубь. Я присвистнул!

Вдоль стен выстроились игровые автоматы из прошлого века, от стрелялок и гонок до вполне безобидных танцевальных. Одного пинбола было десять штук — настоящее стекло, хромированные блестящие окантовки на бортах, внутреннее содержание, отображающее игры, фильмы и целые вселенные из прошлого. Индиана Джонс, Терминатор, Звездные войны — все это так же, как и свет, включалось автоматически, светилось, мигало и звучало спецэффектами. Я не удержался и сыграл партейку, все-таки с Эйпом мы были похожи, и тот детский восторг, который я испытал от увиденного, напомнил мне, за что люди любят реал. С трудом взял себя в руки и буквально пронес мимо гоночных и спортивных симуляторов. Два спортивных мотоцикла, миниатюрная кабина пилота истребителя со штурвалом, клетка с вмонтированным сноубордом — да тут музей развития игровой индустрии! Но кого я обманываю, все та же симуляция.

В дальнем конце зала стояла капсула, очередной «Эдисон 2067», без каких-либо украшательств — просто черного цвета с карбоновыми вставками. Крышка открыта, а на полу темнело подсохшее пятно, похоже Уокера стошнило с непривычки, когда он выбрался.

Но меня интересовало не это. Я проигнорировал капсулу и пошел к рабочему месту Эйпа. Я подобное только на картинках видел, до капсул такие установки могли позволить себе только очень обеспеченные геймеры и профессиональные киберспортсмены. Передо мной стояло черно-красное кресло, на порядок круче и эргономичней, чем у пилотов в Формуле. По задней стенке шла черная конструкция, будто скелет дракона шею нагнул, в пасти которого крепилось три монитора. Удобный столик с клавиатурой и мышкой свободно перемещался между подлокотниками, а сбоку на полу стоял системный блок, больше похожий на космический корабль. На задней стенке мониторов светился логотип «HYPER STATION». Когда-то за такое отдавали душу, а сейчас, конечно, дремучее старье.

Включилась станция мгновенно, хотя может просто из спящего режима вышла. И первое, что я увидел — кабинет персонажа «В Эфире». Только вот персонаж был совсем не тот, которого я ожидал встретить.

На меня смотрел гном, не какой-то там абстрактный, а очень даже знакомый, которым играл мой «хороший друг», блогер Макс. Значит, опасения насчет Макса подтвердились, только непонятно, откуда у Эйпа два персонажа, что четко запрещено правилами игры. Я посмотрел дату регистрации аккаунта и прифигел, да он старше меня! Возможно, один из самых первых, когда о виртуальной реальности только восторженно шептались, пуская слюни от предвкушения. И если он гномом играл только через комп, то вполне мог сохранить второй аккаунт. Я переключился на браузер и наткнулся на открытую админку того самого блога, который помогал редактировать.

Так обидно стало.

Не столько из-за того, что Эйп меня и тут развел и годами втирался в доверие, а скорее от понимания, что друзей-то в реале у меня и нет совсем. В Таламусе я друзей не заводил, Руслан — скорее приятель, а Крысу без году неделю знаю, про Нику вообще молчу.

Головная боль вернулась с острым приступом, я чуть не выпал из кресла, не смотря на всю эргономичность. Надо было ускоряться. Я не стал углубляться в дебри жестких дисков, хотя названия некоторых папок так и притягивали внимание. Все потом, сейчас надо разобраться с кодом.

По наводке Алисы нашел программу DRUGA DEV, созданную специально для разработчиков Эфира, залогинился от имени Эйпа и стал вникать, периодически сверяясь с руководством пользователя.

Побродил по разделам, как-то все оказалось двояко, вроде возможностей полно, доступ максимального уровня, но реально повлиять на что-то в игре было нельзя. Стало понятно, почему Хранители не знали, как выглядит настоящая Слеза и где ее искать. По сути можно было создать какие-то новые объекты, модели, сюжетные истории, но дальше в действие вступала нейросеть и на пару с искусственным интеллектом генерировала конечный продукт и, закодировав, встраивала его в игру. Взломать, расшифровать или как-то иначе узнать детали было невозможно. Точнее технически это было возможно, но палевно и привело бы к огромному скандалу и неминуемому обвалу акций компании.

Почему генерацию контента реализовали именно так, для меня большой вопрос. Может, иначе не успевали генерировать тонны увлекательных историй и мобов, а может, все современные игры только так и делают. Моим задачам это не мешало.

Я нашел локальный проект Эйпа, в котором тот работал последний раз, и посмотрел, что было сделано. К процессу он подошел творчески, из базовых параметров собрал только сам остров — размер, форму, флору и фауну, добавил опцию рандомайзера по монстрам и сундукам с сокровищами, а дальше уже вручную правил мелкие детали.

В одном месте подправил ущелье, создав вероятность обвала скалы, в другом месте устроил кислотное болото, а в третьем, так хитро спрятал логово под пока неизвестного монстра, что заметить его можно было только оказавшись внутри. Я насчитал как минимум пять локаций, в которых могли умереть за секунду даже не два игрока, а целая группа, и все это на каких-то десяти квадратных километрах. А нет, шесть — нашелся еще частично не доделанный спящий вулкан.

Сам удивился, а руки, как чужие, хрустнули пальцами и набросились на клавиатуру. По вулканам-то я теперь эксперт, а факт недоделанного сработал как морковка для ослика. Что и как делать я разобрался быстро, головная боль отступила, и очнулся я только когда спина затекла.

А вулкан был готов! Мелкий по меркам Охирры, но злющий насколько позволили опции настройки. Конец света с глобальными сдвигами тектонических плит не вызовет и цунами на материки не отправит, но остров к чертям снесет за несколько мгновений после извержения. Внес правки в настройки Эйпа, чтобы в сундуках генерировались предметы не ниже класса «редкий». А то, кто его знает, как сложится? Хотел, правда, легендарки, но система выдала ERROR с пометкой, что площадь острова слишком маленькая.

В принципе остров был готов, сейчас все финально отрендерится, скомпилируется, и останется самое сложное. То, с чем собственно Эйп не успел справиться — продумать, каким образом превратить этот микро-патч в некое подобие вируса и интегрировать в игру так, чтобы хотя бы несколько дней его никто не выпилил. А потом заманить туда Уокера…

Думать было тяжело, я постоянно тер виски и морщил брови, чтобы хоть как-то отогнать головную боль. Попробовал дыхательную гимнастику, и в момент очередного глубокого вдоха понял, что дышу в комнате не один. Я обернулся и в паре метров от себя увидел обоих доберманов. Псы высунули языки, тяжело дышали и с интересом разглядывали меня, чуть повернув головы на бок. Ближайший ко мне, оскалившись, зарычал.

— Хорошие ребятки, все в порядке, это ваша хозяйка Аннелиса, — я старался говорить как можно спокойнее, при этом, не делая резких движений, выбрался из кресла с другой стороны, — Бонни, девочка моя, Клайд, зубастый ты мой убийца. Идите погуляйте!

Лесть не помогла. Да и умные черти оказались, не переставая рычать разделились и, глядя на меня сквозь преграду из кресла и мониторов, стали обходить с разных сторон. А я все говорил и говорил, менял интонации, то просил, то ругался, но псов это не остановило. И когда они оказались за креслом, практически по бокам от меня, я рванул вперед. Прыгнул, сбивая столик с клавиатурой, зацепился за системный блок и кубарем полетел вперед.

Поднялся, поскользнулся и, с трудом удерживая равновесие, неуклюже побежал к игровым автоматам. Я не оборачивался, но цокот когтей по гладкому полу за спиной гнал меня вперед. Я стал бегать вокруг симуляторов, закрываясь от собак то гоночными кабинами, то мотоциклами. Я хоть и был в кроссовках, и практически не скользил, чужое тело жило какой-то своей жизнью, меня занесло и больно ударило о руль спортбайка. В итоге я забрался на один из пинболов и, стараясь держаться поближе к стенке и не наступать на стекло, пробежал почти до выхода. Прыгнул, но приземлился неудачно, подвернул лодыжку, сам взвыл не хуже любой собаки, и тут меня первый раз достали зубы добермана. Впиться в бедро у пса не получилось, челюсти сжались на штанах, и меня потащили назад. Я рванул и под треск рвущейся ткани выскочил из комнаты, врезался в стену и с пробуксовкой побежал к лестнице, моля чтобы не встретить никого по пути.

Вбежав в гостиную и захлопнув за собой дверь, выпрямился, кивнул горничной, вытиравшей пыль на шахматном столике. Попытался успокоить дыхание и, прикрывая дыру на заднице, бочком по стеночке пошел в игровую Алисы.

Уже стандартное томительное ожидание с мыслями, а вдруг что-то пошло не так и Эфир меня не примет, сменилось на «В Эфире! Добро пожаловать на Аврору!»

Первым делом залез в почтовый ящик, где прямо на моих глазах статус Ники с серого сменился на зеленый. Следит она что ли за мной? Отправил ей сообщение с просьбой разобраться с доберманами и встретить меня на выходе с новыми штанами. Боль в заднице пробивалась даже в виртуальную реальность, и пока сознание не вытеснило ее, я не выходил из личной комнаты.

В почтовом ящике было непрочитанное сообщение от Фрисби:

«Даня, братишка! Ждем тебя на свадьбу! Считай это официальным приглашением! Скидываю координаты. Мы, наконец-то, выбрались из болот, так что в меню будут не только салат из тины и шашлычки из слизней!»

«Ты серьезно? Да пошел ты на хер, тварь хладнокровная» — фильтр мата активировал автозамену и сгладил накал сообщения. Прям бесит, настолько заигрались, что уже берега не видят.

«Вау, а вот сейчас обидно было! Тебя гремлины покусали что ли?»

«Фрисби, я ведь действительно считал тебя другом, но после того, что вы сделали, не вижу смысла в дальнейшем общении».

«Стой! Что мы сделали? Я слышал, что все отлично прошло. Эйпа не только выперли из твоего тела, да еще тут в виде непися отловили и сейчас Джагг с Уокером везут его на Аквилон. Засунут его там в клетку, не давая выполнить контракт и отрезав от всех внешних контактов, и будет он там очень долго сидеть. Ты, кстати, форумы не смотрел еще? Мы такую деятельность развернули, чтоб он в техподдержку не пробился. Его же оружием работаем, по тысячи в день обращений, что мол в плену Орда держит, вмешайтесь, спасите-помогите! В общем та еще ржака».

«Ну не обманывай», — чертова автозамена мата, надо будет покопаться в настройках «Эдисона», а то я в жизни не смогу передать, что чувствую. Конечно, хотелось бы, чтобы Фрисби действительно был не причем, иначе вообще полный мрак. — «У Уокера все получилось, не знаю, когда вы все это задумали, но он теперь в реале в моем теле».

«Я не знал», — в чате повисла пауза, было только видно, что Фрисби что-то печатает, — «Или не хотел знать и не замечал ничего. Мне надо понять, что происходит, и со Жгучей обсудить. Вернусь позже».

Может, и есть лучик света в этом болоте. Не хочу верить, что и Фрисби такой же, как остальные, или подлый как те ангиаки, которые уже меня заждались.

Гнездо мы вынесли минут за двадцать. И то больше привыкали взаимодействовать. Получилась нелепая, но действенная связка. Драйк выступил в роли поддержки, вырывался вперед в узких норах, ослеплял и вешал оглушение. Дальше подлетали мы с Ку-Кульком и рвали все, что вяло трепещется, а Ксоко прикрывала тылы и дамажила через наши головы. Я получил уровень и немного ушел в плюс по приону. Но мне все равно было мало.

К моменту, как система позвала меня в реал, мы разогнали всех монстров на протяжении двадцати километров в направлении племени «Шепот Ветра». Толку от Ксоко в плане информации о родном племени не оказалось вообще. То, что с ней было в детстве, конечно, не по-настоящему, а по легенде персонажа, раскрыть она не могла. Мол, правила племени такие, а свежих новостей она не знала, так как давно уже примкнула к Вождю, когда отправилась искать лечение.

Главное, что процесс пошел. Точнее я упорно двигался к цели, еще неделя такого темпа, и я уже постучусь в ворота племени. Слежки я не чувствовал, хотя игроки из разных кланов попадались довольно часто. К нам подходить опасались, а сам я сагрился только на отряд орков-разведчиков Орды. Но хоть и рванул в их сторону, драйка обогнать не смог. Зато посмотрел классное кино, как Чаки и Ку-Кулек на пару избивают обалдевших гостей нашей глубинки. Прям молния и пламя, один шарашит током, а второй плавит доспехи.

В реал я старался не выходить, тянул до последнего, пока система меня сама не выкидывала. А там короткими перебежками от угла к углу, избегая камер и доберманов, протоптал дорожку от капсулы до ванны, от ванны до игрового кабинета Эйпа, от кабинета до спальни, от спальни до капсулы. Контактировал по возможности только с Никой, и один раз с шеф-поваром, попросил сельдерей готовить чаще. Оказалось, что подсел на эту гадость. И на периодическое эксклюзивное общение с Никой тоже подсел, не могу не признать. Не так много вещей в реале могли отвлечь от головной боли.

Неделя ушла только на изучение документации по устройству серверов игры. Все, во-первых, было сложнее, чем я себе представлял, а во-вторых сильно продвинулось в технологиях с моего последнего обучения подобным штукам. Одно дело капсулу взломать, а другое разобраться с инфокластерами, в которых взаимодействовали группы серверов, обеспечивая игрокам бесшовный процесс переходов с материка на материк. Но вроде разобрался и даже соорудил небольшую тестовую модель, к которой начал писать червя.

Племя «Шепот ветра» поселилось на плато, которое мы смогли разглядеть за пару дней до того, как туда добрались. Издалека гора выглядела, как каноэ, которое вытащили на сушу и перевернули. Вот только, видимо, это было каноэ богов-гигантов, потому что совершенно плоская вершина поднималась примерно километра на два, а в длину гора тянулась километров на десять.

Со стороны, откуда мы пришли, в горе виднелось углубление — огромная по высоте километровая ниша, в которой помещался целый город. Ксоко пыталась мне объяснить всю прелесть подобной архитектуры и особенно рассказать про загадочные щели, проходящие гору насквозь и издающие звуки, похожие на шепот, когда дует сильный ветер. Но меня больше интересовал отряд всадников, сорвавшийся в нашу сторону из-за ограды.

— Говорить буду я, — Ксоко подтянула кожаную ленту, поддерживающую хвост на затылке, провела руками по волосам, поправила перышки, вынула из-под жилетки простенький амулет в виде камушка с дырочкой и повернулась ко мне, — Как я выгляжу?

— Да, откуда это у тебя? — само вырвалось, а Ксоко надула губки и наклонила голову, — Ну, вообще-то супер! Прямо лучи солнца заиграли, не могу глаз оторвать.

— Прогиб засчитан, — улыбнулась НПС, еще раз заставив меня вздрогнуть, — Поддержку нашу отзови и стоим, ждем, готовим подарки. Кажется, я их знаю.

— Кажется, я тоже…

Взбивая легкую пыль, по равнине к нам неслось пятеро всадников. Первым ехал старый шаман, за ним три воина. Они походили друг на дружку, как братья из одной семьи, разнился только возраст и степень прионовой запущенности. У кого-то покрылись язвами руки, у других, наоборот, ноги или туловище. Тела раскрашены на манер поздних североамериканских индейцев. Скорее всего у такого боди-арта была какая-то логика, и чем ближе они подъезжали, тем больше деталей удавалось рассмотреть, а может, таким образом просто маскировались прионовые язвы. Точный уровень персонажей понять я пока не смог, но они явно были не слабее Ксоко.

Пятым всадником оказался Часовой, он же Десятый, он же активный член группировки безумных оцифрованных «Первые люди», и пока было непонятно, дружим мы с ними или сейчас придется воевать.

По указке Ксоко я стал сгружать подготовленные дары. Взятка, не взятка, а печать изгоя нужно было как-то компенсировать. Получилась небольшая горка: доспехи с оружием Ордынцев, шкуры зверей, трофеи с ангиаков и парочка небольших кристаллов на самом верху кучи. Все, что собрал за неделю и не успел выставить на аукцион, с облегчением вывалил на землю. Не люблю хлам с мусором коллекционировать, забитый инвентарь хоть физически и не ощущается, но на мозг давит. Только зубы ангиаков оставил, уж очень патроны из них мне понравились.

Два всадника притормозили и приблизились к нам, остальные стали наматывать круги вокруг, размахивая копьями и выкрикивая какие-то странные звуки. Первым подошел явный шаман — пожилой лысый мужик с язвами на лице и шее, закрашенными синим цветом, весь обвешанный каменными амулетами с отверстиями, свистящими на ветру. За ним шел Часовой. Прионовые призрачные щупальца топорщились в воздухе, будто сканировали местность, а самый длинный лежал на плече у лысого.

— Здравствуй, Самая Младшая Сестра, — обратился лысый к Ксоко, переведя ее имя в соответствии с местным значением, на меня даже не взглянул, зато щупальца Часового тянулись только ко мне, — Я рад, что ты вернулась домой, но огорчен видеть, с кем ты проделала этот путь.

— Приветствую тебя, Говорящий с Предками, и незнакомого мне брата, — Ксоко едва заметно поклонилась, а потом указала на меня, — Мой спутник не виноват в своей судьбе, злые духи похитили его душу и отвернули от него родное племя. Он готов доказать чистоту своих помыслов, а также принес дары в знак дружбы.

Не фига ж себе, запомнила историю, которую я ей сочинял, да еще и оценивает, что и как говорить для достижения цели. Надо будет покопаться в файлах Эйпа, понять, как они такого уровня ИИ добились.

— Племя «Шепот Ветра» принимает дары и не убьет тебя за наглость, с которой ты проник на территорию племени, — шаман поднес к губам одни из камней, висевший в связке на шее, и дунул в него, — Изгой не войдет в поселение. Слово прошепчено.

— Но, отец… — Ксоко дернулась к шаману, но тот остановил ее взмахом руки.

— Даже не пытайся! Ты сделала свой выбор, когда покинула племя. А теперь заявляешься сюда с каким-то отребьем и просишь принять его в семью.

— Ээ, уважаемый, Говорящий с Предками, вы не так все поняли, — я смотрел на шамана, и хоть внутренне меня распирало от смеха в этой ситуации, прям анекдот получается: возвращается блудная своенравная дочь к отцу и плохого парня приводит, — Я не по этой части, мне бы только спросить.

— Ни я, ни предки не будут говорить с изгоем, — чувства юмора шаману похоже не завезли, — У тебя один час, чтобы покинуть наши земли, и вся жизнь, чтобы никогда не возвращаться. Слово прошепчено. Ксоко, пойдем, мать соскучилась.

Шаман демонстративно плюнул мне под ноги, только постарался не задеть своих соплеменников, перетаскивающих дары в седельные сумки. Развернулся и уже собрался уходить, как одно из щупалец Часового уплотнилось и будто сдавило старику плечо.

— У него есть право на испытание шептунов, — огоньки в глазах Часового вспыхнули, а шаман вздрогнул, будто его ударили.

— Нет! Шептуны безумны, они больше не говорят с нами. Они несут только смерть.

— Так это же прекрасно, — усмехнулся Часовой, — Ты ничего не теряешь, Говорящий с Предками. Если изгой пройдет испытание, значит он достоин разговора с тобой, а если нет, шептуны сами накажут его за наглость.

— Пусть будет так, — в голове у шамана явно произошла небольшая борьба, в которой победил тот, кто желал смерти изгою, — Готовьтесь к испытанию.

Я посмотрел на лица окружающих и что-то мне расхотелось идти в гости к этому племени. Контраст между испуганным лицом Ксоко и кровожадными мечтательными улыбками остальных довольно толсто намекал, что шептуны мне будут не рады.

Надо бы взвесить все плюсы и минусы. В дневнике Магнуса была информация, что «Шепот Ветра» пошли по следу изгоев, укравших Слезу. И, добыв эту информацию, я в разы сокращу зону поиска артефакта. Но может, оно того не стоит, если эти загадочные шептуны меня прикончат? Что нам горы прошерстить, пусть и серые!

Отсюда их уже даже видно. Я вгляделся вдаль, где горизонт будто вырос на несколько сантиметров, да и стал не линией, а синусоидой — сплошняком шли горы, где-то возвышаясь пиками, а где-то впадая в ущелья. Если глазомер не подвел, то километров сто в длину, а в глубину даже предположить страшно.

Додумать я не успел, шаман свистнул в очередной камушек и, как по команде, в меня прилетело три болос, сильно не ударили, но спеленали крепко. Я стал заваливаться на бок, но щупальца Часового подхватили меня и положили поперек лошади за спиной одного из туземцев. Ксоко забралась к отцу, и под улюлюканье всадников мы сорвались в сторону плато.

Глаза мне не завязали, мешок никакой на голову не надели, так что я жадно впитывал любую информацию, которую мог разглядеть. И если чуть извернуться, то кроме копыт, земли и пыли взору открывалось поселение Рорайо, как подсказала моя карта.

Мы притормозили у ворот, кто-то из стражников приветствовал Ксоко, а кто-то спросил про меня. И при слове «испытание» голоса сменялись с шутливых на испуганные, а в чем-то даже сочувствующие.

Войдя в поселение, туземцы спешились, оставили часть лошадей и повели под уздцы ту, на которой лежал я. В поле зрения стали появляться каменные постройки, одноэтажные овальные домики, цветом сливающиеся с горой. Похоже, где жили, из того и строили. Большой площади, как в Уасиока, здесь не было, но тут и там располагались небольшие пяточки перед домами, где кучковался народ, занятый торговлей или делами по хозяйству.

Мастеровые трудились прямо на улице, тут же пытаясь продать или обменять то, что сделали. Пахло в Рорайо соответствующе, то мокрой кожей, то жареными лепешками, то краской, в отдалении звенели молот с наковальней. Уютненько тут, только ветер сильный и шум, будто действительно кто-то шепчет постоянно.

На меня обращали внимание, бросали свои дела, что-то эмоционально обсуждали и шли за нами. Я разглядел несколько «слепых», как Часовой, мужчин, похоже, это у них какая-то племенная фишка. Только эти на вид были слабенькие еще, в основном не больше трех прионовых щупалец, а чаще вообще одно, мельтешившее перед ногами, на манер палочки у слепого.

Племя производило странное впечатление, взрослых воинов было немного, зато полно молодежи, но все какие-то потерянные, будто застрявшие в развитии. По виду уже должны были в броне стоять, а они наоборот чуть ли не с игрушечным оружием.

Пару раз в нашу сторону полетели огрызки кукурузных початков, но шаман рявкнул что-то, и толпа отступила. Только чумазая мелюзга, наоборот, подбежала вплотную и уже не отставала.

Дети обступили меня, закрыв вид, но никто не проявлял агрессии, они толкались, пытаясь дотронуться до меня, и восторженно шептались, завидуя тому, что меня ждет испытание. Ну хоть кто-то видит в этом нечто классное и крутое! Хотя я в детстве тоже любил по краю крыши бегать и со второго этажа прыгать, считалось это очень крутым, да вот только ни разу не было безопасным.

Сверху упала тень, а потом и вовсе стало темно, когда мы прошли под нависающий карниз скалы. Людей здесь было меньше, а «слепых» наоборот прибавилось, сидели перед домами и что-то бормотали, то ли медитируя, то ли молясь. Общий шепот усилился, а когда меня подвели к скале и сняли с лошади, так вообще гул стал постоянным, будто к ушам прилепили морские раковины.

Меня развязали и подтолкнули к проему в скале, от которого только что два «слепых» туземца откатили здоровую глыбу, перегораживающую вход.

— Иди, — прошептал шаман, — тебя ждут на вершине до первых лучей солнца. Если не придешь или опоздаешь, то умрешь. Если успеешь, с тобой поговорят.

Шаман развернулся, взял за руку Ксоко и, не дав ей со мной попрощаться, потащил ее обратно в поселение. Со мной остались только несколько туземцев с копьями и Часовой. Туземцы встали полукругом вокруг меня и входа в скалу, выставили копья и стали теснить меня ко входу. Я заметил, что они нервничают, у одного даже краска на лице смазалась от потекшего пота. При этом пугал их явно не я, а то, что больше не скрыто за огромным камнем. Часовой же, как обычно, казался непробиваемо спокойным, только пальцы подрагивали, будто готовится револьвер из кобуры выхватить.

— Спасибо, что помогаешь мне! — я крикнул Десятому, вроде не громко, но туземцы вздрогнули, зашипели на меня и втолкнули в проем.

— С чего ты взял, что я тебе помогаю? — ни улыбки, ни вздоха, вообще никаких эмоций в голосе, а его щупальца потянулись к камню, закрывая проход.

«В Эфире! Вы вошли в индивидуальное подземелье — „Червоточина Рорайо“.

Уровень прохождения: 250+. Уровень опасности: неизвестен.

Наличие легендарных предметов: вероятно. Наличие эпических предметов: вероятно. Наличие редких предметов: в избытке.

Перерождение запрещено. Повторное прохождение запрещено.

Запрещено применение огнестрельного и холодного оружия, а также любых магических способностей, кроме магии Куре и навыков на основе приона.

Временно заблокирован вызов спутников и петов.

Время на прохождение: 7 часов, 59 минут…»

Я успел разглядеть узкую пещеру, прежде чем за спиной сомкнулись каменные глыбы, погрузив помещение во тьму. Еще раз перечитал ограничения и полез в инвентарь смотреть, что мне оставила система. «Хоукмун» был неактивен — просто серая кнопка в панели быстрого доступа, как и все остальное оружие. Доспех был на мне, светился, как действующий, но за минуту, что я копался в инвентаре, потерял две единицы прочности. Просто так, сам по себе стал темнеть и трескаться, так что пришлось снять его и убрать в инвентарь.

Нормально они здесь устроились, отхватив карманное подземелье для племенного испытания, заточенное под «слепых» воинов. Шансы у чужаков пройти подземелье стремятся к нулю, но я вроде как не чужой на Авроре, хоть и изгой, но с прионовой начинкой.

Опять меня Эфир возвращает к истокам — не подвергался разложению только комплект новичка-туземца: мокасины, штаны и жилетка — все, как в первое появление на Авроре. Вот только я уже не тот новичок, что проходил испытание Дубовокожих, а симбионт, с активными навыками трансформации, так что посмотрим, кто кого перешепчет!

Какая-то фигня полезла в голову, вместе с шумом, гуляющим по пещере. Я потрогал стену и нащупал кучу маленьких, не больше пары миллиметров, отверстий, сквозь которые проходил воздух.

Хотел написать Часовому с вопросом, что он там имел в виду, но понял, что некогда. Восемь часов на прохождение достаточно много, но у меня-то их было четыре, максимум пять, а потом система принудительно выкинет в реал. Я отметил, что запаса приона было чуть больше половины, собственно, если полную трансформацию не врубать, то должно хватить. Да и не верю я, что здесь не будет тех, из кого его можно добыть. Двести пятьдесят плюс, конечно, смущал, но раз Ксоко с Часовым его прошли, значит есть варианты.

Света было мало, только в нескольких местах под потолком бледнели какие-то кристаллы, и как только глаза привыкли к темноте, я пошел вперед.

Пока ничего, только шепот повсюду. Не так, как в тумане голоса залезают прямо в мозг, а будто за спиной кто-то стоит. Я несколько раз оборачивался, активируя клинки, но либо невидимая тварь была быстрее, либо здешняя акустика была так устроена, а голос всегда оставался за спиной.

Я старался не трогать стены, но в моменты, когда ладонь ложилась на камень, сквозь червоточины чувствовался не только сквозняк, но и вибрации, будто вокруг большой живой организм. Метров через двести туннель повел вниз, сделал несколько поворотов, а потом сузился так, что пролезть можно было только на четвереньках. Странный путь, чтобы взобраться на вершину, но никаких ответвлений или шахт под потолком не было, только ровно подсвеченная кишка с шершавыми стенами.

Когда пришлось ползти, света уже не было, но, когда легкий нервяк от замкнутого пространства грозил смениться на страх застрять и быть похороненным заживо, впереди забрезжил свет. А метров через пятнадцать, после очередного поворота я вывалился в огромную пещеру. Так хотел поскорее проскочить узкое место, что не удержался на краю и рухнул вниз с высоты третьего этажа. По сравнению с Утесом Черепа — так, детская забава, даже испугаться не успел, перегруппировался в полете и мягко, и тихо, как заправский ниндзя, приземлился на ноги.

То ли голод в реале просыпался, то ли образ слишком сильно подходил, но пещера напомнила мне ватрушку. Круг диаметром метров сто и десятиметровым бортом, внутри которого во втором круге, как у ватрушки, свалили белую начинку в виде горы человеческих костей.

Света было немного, я, по сути, стоял на дне огромного колодца, и если задрать голову, то где-то очень высоко блестело небо.

Я вгляделся в кучу костей и разглядел на ней несколько свежих трупов разной степени разложения. В основном в неестественных позах лежали бледные тела стариков, но была и молодежь.

Обойдя колодец по кругу, обнаружил три прохода, как и вход в подземелье, заваленных каменными плитами. Покряхтел, потужился, но не смог сдвинуть даже на миллиметр, только магические символы зажигались в центре плит. Ладно, значит, пойдем по старинке, я зачем-то поплевал на руки, активировал коготки Листолазов и, подпрыгнув, вцепился в стену. Как вцепился, так и съехал, оставив на скале крохотные бороздки. Попробовал еще раз, прыгнул дважды, не давая времени телу продавить неожиданно мягкую горную породу, но без толку. Когда опять оказался на земле, увидел, что первые царапины уже затянулись.

Как там говорили в Таламусе? Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет! Явно есть какой-то мини-квест, спрятанный в этой пещере, где-то должен быть ключ, подходящий к дверям. Я обернулся на кучу с костями и понял, что можно больше не искать решение — оно нашло меня само.

На вершине кучи спиной ко мне сидела сгорбленная худая фигура. Существо с синюшной голой кожей отрывало куски от трупов худыми ручками, пару раз чавкало, глотая, не жуя, и что-то бормотало в перерывах между трапезой. Голлум, дружище, ты ли это?

На самом деле смешно чего-то не было, хоть и мелкая тварь, но веяло от нее какой-то ледяной мерзостью. Тела хоть и разлагались, но все равно слишком уж легко эти худые ручки отрывали куски, да и пропадали в невидимой с моего угла пасти слишком быстро. Когда я понял, что про Голлума я сказал вслух, а тварь меня услышала, рука непроизвольно потянулась к «Хоукмуну».

Существо уже обернулось в мою сторону, отложило только что оторванный кусок мяса, скосило голову набок и прошептало нечто, что любой нормальный человек принял бы за смертельные проклятья, а я все еще шарил рукой на поясе в поисках заблокированного пистолета. Что-то я польстил монстру, приняв его за Голлума.

Всплыла системная подсказка «Измененный шептун» двухсотого уровня, мешая разглядеть, с чем я столкнулся. На узкой серой морде отсутствовали нос и глаза, на их месте виднелись маленькие отверстия, прогрызенные червями. Из некоторых периодически высовывались белые личинки, и некоторые, пролетая мимо овальной пасти с игольчатыми зубами, падали на кости.

Я метнул прионовый клинок, целясь прямо в пасть, но шептуна на месте не оказалось. Он за долю секунды превратился в туманное облачко и вспышкой телепорта ушел на другую сторону кучи. Ощерил пасть, зашипел и поднял обломок кости, поднес к морде и дунул в открытую часть. Даже с такого расстояния в меня шибанул запах гнили. Получилось на удивление довольно мелодично, но тревожно. Звук пронесся по всей пещере и эхом поднялся по стенкам колодца. А потом что-то будто хрустнуло, часть костей на кучи провалилась, а другая, наоборот, стала подниматься. Будто кто-то копошится внутри, переползает с места на место и пытается выбраться наружу. Вокруг шептуна вздыбилось несколько горок, как минимум три спереди и точно что-то сзади. Кучи выросли почти до метра, а потом рассыпались, явив на свет новых худосочных тварей. Я еще дважды метнул ножи, но скорость реакции шептунов была запредельной, я моргнуть не успел, а первый уже стоял на вершине кучи, а его товарищи облепили его со всех сторон.

Это был не колобок, а полноценный монстр-трансформер. Каждую руку и ногу обхватило по монстру, причем кверху ногами, так чтобы на месте пальцев оказались зубастые пасти. Еще два монстра повисли на туловище, облепив дохляка на манер доспеха, а седьмой просто забрался на плечи, увеличив рост монстра. В сочленениях трансформера плотным слоем в роли страшного герметика набились белые личинки.

Я даже не пытался понять, как это чудо трансформации будет перемещаться, только и мог, что сдерживать тошноту, да перебирать возможные варианты, как хотя бы в живых остаться. Когда туша закончила преобразование и сделала первый неуверенный шаг в мою сторону, провалившись по «колено» в кости, вокруг нее появилось несколько призраков.

Появились и сразу исчезли, как будто у старого телевизора сигнал не проходит. Я их даже толком разглядеть не успел, только заметил сходство с Часовым и шаманом племени. Мигнуло системное сообщение, но сразу же сменилось информацией о наложенном дебаффе, замедляющем восстановление здоровья. Да и шептун уже тянул ко мне зубастые руки.

Я сделал обратное сальто и побежал вдоль стены, метая в тушу прионовые клинки. Видел, что идет какой-то слабенький урон, а лезвия пробивают довольно большие куски в теле монстров, но в каждую дырку моментально, как какой-то наполнитель, набивались белесые опарыши. М-да, так я слона не завалю.

Сборная тварь двигалась медленно, неуклюже разворачивалась в мою сторону, а потом вдруг растворилась облаком, вспыхнула и телепортировалась прямо передо мной. Затормозить я не успел, отскочил лицом от холодной и по ощущениям резиновой задницы одного из частей трансформера, подавил крик, чтобы не наглотаться брызнувших во все стороны опарышей, и начал рубить почти обнявшую меня зубастую лапу. Пропустил удар по ногам, голова шептуна как-то умудрилась цапнуть меня за щиколотку. Я упал, увернулся от удара сверху и, вложив максимум в трансформацию клинка, перерубил тощую шею нижнего монстра. И хоть вцепившаяся голова осталась на мне, монстр отступил телепортом на костяную кучу, где моментально из кучи выбрался новый шептун и занял место поврежденного. Опять мелькнули призраки, один из них даже попытался напасть на монстра, но растаял прежде, чем смог сделать хоть что-то полезное.

Голова на ноге отвалилась сама, как только шептун восстановил свое тело. Я побежал в сторону монстра, на скорости прыгнул на стену, оттолкнулся, чтобы разом перерубить толстую «шею», но прионовый клинок со свистом рассек только облачко, оставшееся после телепорта. Началась игра в кошки-мышки, я метался по колодцу, резко меняя направление, чтобы подгадать место, откуда шептун выскочит из телепорта. Пару раз получилось, но чаще он оказывался быстрее и, главное, хитрее. Каждый раз, когда мне удавалось нанести хоть какой-то ощутимый урон, тварь возвращалась на костяную кучу и восстанавливала свое здоровье. У меня такой батарейки не было, я стал задыхаться, терять скорость, а здоровье стремительно неслось в желтую зону.

Я понял три вещи: во-первых, длины прыжка телепорта хватало метров на десять, во-вторых, чем слабее становился шептун, тем активнее проявлялись призраки, глядишь когда-нибудь и помочь смогут. А в-третьих, чем ближе к центру кучи сбегал шептун, тем быстрее восстанавливался и наоборот. Приходилось экономить силы и действовать осторожней, прион расходовался даже быстрее, чем уровень здоровья.

Я заманил монстра на максимальное удаление от центра колодца и пропустив несколько болезненных ударов, прижал его к стене, кромсая все, до чего мог дотянуться. Когда он лишился обеих «лап» и попытался сбежать, я рывком метнулся к месту возможной телепортации. И почти угадал, успел нанести еще несколько ударов, почти перерубив хребет твари, заменившей трансформеру колено. Он цапнул меня за плечо, вырвав приличный кусок мяса, так сильно, что меня развернуло. Я сбился, и теряя драгоценные секунды, начал судорожно срывать с себя опарышей, попавших в рану, а монстр уже ушел на костяную кучу.

Призраки бесновались вовсю, кружили вокруг шептуна, бросались на него, но только замедляли процесс восстановления. Если, конечно, монстр сам не устал от боя. Новые шептуны лезли не толпой, а по одному и когда я, наконец, смог нормально соображать и совладать с приступом панического отвращения к личинкам, у монстра уже восстановилась одна «рука». Он пошатывался на куче костей, пытаясь удержать равновесие раненой «ногой», а я прыгнул в костяную кучу.

Моментально прилетели дебаффы, к замедлению восстановления добавился повышенный расход приона и снижение скорости передвижения. Я вяз в костях, проваливался по колено, разбрасывал кости руками и пер будто в огромном снежном сугробе. Вторую подобную атаку я уже не выдержу, урон сыпался со всех сторон, каждое прикосновение к личинке, каждый укус, а они жалили, не слабее осиных, по капельке снижал здоровье. Шептун на меня не реагировал, погрузился в какое-то подобие транса, стоял и наращивал дохляков на свое тело.

Когда перед глазами появилась красная пелена, я активировал рывок и с голыми руками, на клинки запаса уже не было, только на крючки Листолазов, бросился на тушу и начал отдирать части тела трансформеров. Уворачивался от зубов, цеплялся за шкирки и конечности отдельных «запчастей» и отдирал их от общего, выбрасывая легкие тела за пределы круга. А когда удалось сорвать «доспех» на груди монстра и добраться до самого первого, я просто вцепился в его тощую шею и давил, пока не услышал хруст кадыка, а из отверстий на месте глаз не потекли расплющенные кровавые личинки.

«В Эфире! Вы убили „Измененного шептуна“, получено 80 000 очков опыта. Получен новый уровень».

«В Эфире! Вы выполнили квест племени „Шепот Ветра“, очистили святилище предков от проклятия. Отныне духи предков смогут вернуться и возобновить испытания для молодых воинов племени. Получено 45 000 очков опыта».

Я скатился к краю и на четвереньках выполз за границу костяного круга, рухнул на землю и, уже не сдерживаясь, извергнул из себя не только все, что было съедено и не успело перевариться, но и несколько личинок, попавших в рот во время боя. От их вида протошнился еще раз. Столько лет играю, а такая реакция впервые, не знал, что такую механику в игре сделали. Даже если перепить, такого раньше не было. Дрожащей рукой проверил штаны на заднице, а то мало ли, и рассмеялся. Все в порядке, но, может, и хорошо, что не оцифрованным этот квест проходил. Полез в системные уведомления и действительно нашел квест, видимо, полученный в момент, когда я попал в колодец. Бла-бла-бла, неизвестное проклятие, твари, поселившиеся в зале для испытаний и не дающих предкам силу.

Красная пелена отпускала, дебаффы слетели, а здоровье поскакало вверх. Я почувствовал сразу несколько прикосновений к спине, но приятных, теплых, вливающих в меня энергию.

Я разлепил глаза, обернулся и увидел почти материальных призраков. Меня окружила группа старцев, очень походивших на тех, кого я встретил на испытании перед посещением Уасиока. От одного из них ко мне тянулось два прионовых отростка, одновременно восстанавливая здоровье и выносливость. На лицах у дедов отражалась странная смесь нетерпения и благодарности. Погодите, минуточку…

Я добрался до останков шептуна и, подавив очередной приступ тошноты, начал его лутать. Как реальный наркоша вцепился в кристалл приона и аж задрожал в предвкушении кайфа, когда впитал его в себя. Даже показалось, что деды зажмурились от удовольствия, понимая, мои чувства. Как там говорили, после первой не закусывают? Я нашел еще два кристалла, схомячил второй, доведя процент содержания приона в крови до уровня семидесяти процентов, а третий с грустью отложил про запас. Стал ковыряться в шептунах дальше и нашел маленькую черную треугольную табличку с выгравированными на ней личинками. Довольно детально кто-то изобразил червячков в углах треугольника, а между ними черточки-стрелочки.

В Эфире! Вы нашли основу для племенной татуировки «Телепортация» 1-го уровня.

В Эфире! Важно! Смешение племенных навыков Куре и способностей симбионтов — экспериментальная механика обновления «Аврора»…

Вот это хорошо, такое я давно хотел. Я не стал обращать внимания на предупреждающие надписи об отсутствии тестирования на симбионтах. Зажмурился и активировал табличку. Вздрогнул, по телу пробежала волна мурашек, а потом такая резкая боль, что меня скрутило и опять стошнило, только уже какой-то желчью. Тело будто взорвалось на мельчайшие частицы, но моментально собралось обратно. Как только импровизированный тест-драйв телепортации закончился, в системной вкладке с навыками трансформации замигал ярлычок. Будем надеяться, что это система так калибровку провела, а не каждый раз так рвать меня будет.

Система не обманула, сбоя на симбионте не произошло, и я стал обладателем нового навыка. Слабенького на первом уровне и пока с большим расходом выносливости и приона, но уже дающего возможность телепорта на три метра всего лишь с двухсекундной подготовкой к активации. Я подождал две секунды и прыгнул, а потом еще раз и еще. Дикой боли не было, только легкое покалывание и дезориентация по прибытии.

— Кхе, кхе, — призрачный старец пытался привлечь мое внимание, — Приветствуем тебя воин, старейшины племени «Шепот Ветра» благодарят тебя за помощь.

— Да ну, не стоит! Так, пустяки какие-то! — я глянул на время, оставался еще где-то час до выхода в реал, можно сказать, удачно все провернул, но пора и валить отсюда, — Уважаемый, эээ, старейшина. Мне не нужно награды, только немного информации о прошлых днях.

— О, мы ценим твою тягу к знаниям, юный воин, — старик улыбнулся, — А также готовы закрыть глаза на то, что ты из потерянного племени и допустить тебя к испытанию.

— Не понял? Что значит допустить? А вот это все, — я затряс указательным пальцем в сторону трупов шептунов, — Не считается?

— Ты еще слишком юн, чтобы понимать. А впереди тебя ждет много испытаний, но и еще больше знаний. Всему свое время. Ты готов начать испытание?

Пока я хлопал глазами, глядя на таймер пребывания в подземелье, и осознавал, шутка это или правда, что само испытание еще даже не начиналось, в помещении стали появляться люди. Та самая пришибленная молодежь, что наконец дорвалась до опции стать воином племени. Причем среди них была и пара мелкоуровневых игроков. Они спрыгивали в колодец и рассредоточивались по кругу, садились, поджав ноги, и внимали призрачным старцам, вещавшим с костяной кучи

— Дети племени, зло, пожиравшее память предков, уничтожено, — довольно громким шепотом начал один из призраков, — Зал для испытаний снова открывает свои двери. У вас есть три пути: путь Духа, путь Мужества и путь Опасности. Вам предстоит сделать выбор! На каждом пути вас ждут серьезные препятствия, и только достойные получат право пройти инициацию и стать мужчинами…

Слушатели притихли, перестали шептаться и внимательно слушали старца. Прям первокурсники на первом занятии, наивно ждущие веселой взрослой жизни. В другой ситуации я тоже с удовольствием послушал бы, да еще и вопросы задал, но у меня оставался час, может, чуть больше, если капсула решит, что тело не сильно измотано.

Старец, который до этого разговаривал со мной, не дождавшись от меня ответа, уже почти забрался на кучу к остальным. Я прыгнул за ним, пытаясь схватить за руку, но пальцы с легкой щекоткой проскочили сквозь призрачное тело, а он даже не обернулся. Зато на меня шикнули все остальные и указали на свободное место рядом с одним из игроков, чуть ли не блаженно вылупившегося на говорившего призрака и тянущего руку.

— Задашь вопрос, убью на фиг! — я наклонился почти к самому уху парня, но именно в этот момент призрак сделал паузу, и мои слова эхом разнеслись по колодцу.

Все обернулись на меня, а игрок с побледневшим лицом тихонечко отполз на несколько метров.

— Прошу прощения, продолжайте, пожалуйста, — я виновато улыбнулся старцам, — А какой путь самый быстрый? А то очень некогда…

Концовку предложения я уже пробурчал себе под нос, чтобы лишний раз не стопить замерших туземцев.

— Твое желание как можно скорее пройти испытание похвально, юный изгой, — старик сделал акцент на слове «изгой» так, что все ближайшие НПС отползли от меня, как от какого-то невиданного зверя, — Со времен первого воина племени «Шепот Ветра», вставшего на пути поиска истины…

Старика понесло, начался какой-то сюр, всплывший в памяти сценой одного из любимых фильмов детства про неуловимых мстителей красноармейцев.

— Вы, наверное, знаете историю персонажей племени «Шепот Ветра», но я вам напомню… Кратко! Авраам родил Исаака, Исаак родил Иоанна…

Концовку речи я, конечно, уже додумал из воспоминаний, не в силах запомнить и выговорить причудливые туземные имена. Старика понесло, так что пришлось искать ответы в другом месте. Я открыл почтовый ящик и настрочил письмо Часовому.

«Я тебе помог, хотя до сих пор не понимаю, почему ты сам не разобрался. Теперь ты помоги!»

«Спасибо! Действительно, спасибо! Сам не смог, потому что повторное прохождение запрещено, а эта гадость там только с бета-тестом появилась. Я раньше успел пройти. Спрашивай, конечно».

«У меня времени очень мало. Как испытание быстро пройти?» — я посмотрел на таймер, оставалось меньше часа.

«Сложный вопрос. Там рандом, насколько я успел узнать. Я проходил по пути Опасности — быстро прошел, часов за пять. Знакомый шел путем Мужества и не одолел, завис в галлюцинациях собственных страхов, причем не испугался, а именно запутался и блуждал там до закрытия пещеры. Так что это лотерея».

«Ясно. Очень интересно, но ничего не понятно».

«Заканчивай скорее и приходи, поговорим. Вождь очень интересуется, за фига ты сюда приперся».

Прощаться я не стал, старик, похоже, закруглился, и туземцы пришли в движение, занимая очередь перед призраками. А те выстроились в ряд на краю костяной кучи. Каждый развел руки, между которыми в воздухе висело три магических ключа, чем-то похожих на ведьмачьи знаки. Неровный желтый треугольник, еще один зеленый, но с черточкой внутри, а третий фиолетовый в виде песочных часов из двух треугольников. Все три соответствовали начертаниям на дверях, которые я не смог вскрыть раньше.

Перед стариками уже выстроилось три очереди. Но, может, и хорошо, что призрак назвал меня изгоем, даже хамить никому не пришлось, сами разошлись. Но морду кирпичом я сделал все равно, а также заготовил отмазку, что первым пришел в колодец, если деды вдруг заступятся за подвинутых студентов.

— Какой путь ты выберешь, изгой?

— Я выбираю путь Духа, о мудрейший, — я прямо грудь выпятил, как делали остальные претенденты, и напрягся, лишь бы не сморозить еще какую-нибудь глупость и нарваться на длительные ворчливые нравоучения.

— Да будет так, слово прошепчено.

Один из знаков, висевших между рук старика — желтый треугольник, вспыхнул, засветился ярче и поплыл ко мне, а остальные осыпались на землю горстками блестящей пыли. Ловить треугольник не пришлось, он пролетел мимо меня и очереди в направлении дверей, или, как сейчас было видно, радужных порталов. Покружил чуть-чуть в воздухе, выбирая нужную нам дверь, единственную, к слову, где не толпились туземцы в очереди, и с легким свистом впечатался в каменную плиту — в место, где был нарисован дублирующий силуэт. Дверь вздрогнула и стала песком опадать и разбегаться в разные стороны, открыв радужную пленку портала.

Не так многому я научился на Авроре, но то, что не надо прыгать в неведомое, я усвоил хорошо. Я очень аккуратно шагнул в портал, разорвав мерцающую гладь и, возможно, это спасло мне жизнь.

Пространство сменилось слишком резко. Еще мгновение назад я стоял в темном душном колодце, дышал старыми костями и молодецким потом, и хоба, свежий воздух, холодный ветер в лицо, свист в ушах. Я лечу! Вот ведь жопа!

Я лечу, точнее камнем несусь вниз так быстро, что все внутренности сжались где-то под горлом, не давая ни вдохнуть, ни заорать благим матом. В метре от меня отвесная скала, сзади и по бокам ничего, а внизу стремительно приближается земля и только торчит несколько острых уступов из скалы.

Схватиться было не за что, я дернулся в попытке ухватиться за стену, но не дотянулся. Получилось только чуть сместиться и рухнуть на один из уступов. В последний момент я успел включить полный «доспех» трансформации, но все равно ударом так припечатало, подбросило, хрустнуло, опять припечатало и покатило к краю, что только паническая мысль, как бы удержаться на узком уступе, спасла от слез и подступившего болевого шока.

Я судорожно вцепился в край уступа, выдохнул, запоздало отменил трансформацию, оставив только крючки Листолазов, и подтянувшись, вернулся на неширокий острый шип, торчащий из скалы. Когда боль отступила, а дыхание и часть здоровья восстановились от выпитого зелья, я аккуратно поднялся. Сначала на четвереньки, потом, когда прополз к более широкой части, встал уже в полный рост и огляделся.

Было красиво, ничего не могу сказать, мечта селфи-наркомана из довиртуальной жизни. Открывался просто шикарный вид на плоскую долину, подсвеченную закатным солнцем. Прям трасса Шестьдесят Шесть в южных штатах Америки. Я разглядел место, где мы подходили к поселению, и прикинул, что сейчас я где-то на боковой стороне плато на высоте около километра, по крайней мере, что вниз, что вверх расстояние было примерно одинаковым.

Вдоль скалы, огибая ее по всей поверхности, витками вверх тянулась узкая тропинка. Получался этакий карниз в разных местах от метра до пары десятков сантиметров в ширину, в некоторых местах переходящий в неглубокие ниши или в уступы.

«В Эфире! Внимание, вы находитесь в игре без перерыва 7 часов 15 минут. Вы измотаны. Зафиксировано истощение организма.

По рекомендациям ВОЗ, длина сессии не может превышать 8 часов. Рекомендуем найти безопасное место и выйти из игры…»

Гадство! Надо как-то продержаться в реале еще хотя бы чуть-чуть. Кофейку бы выпить или еще какое зелье выносливости принять. И тут меня осенило, я настолько отвык от игры через реал, что напрочь забыл о его возможностях. А между тем, у меня же даже отдельная вкладка в системе появилась по управлению капсулой. И ведь только вчера с Алисой обсуждали ее привычки и что и когда нужно обновлять и с кем на эту тему общаться.

Так! Первым делом поправил настройки климат-контроля и сделал прохладней температуру в капсуле. Включил массажер на шею и плечи, плюс общую виброволну разогнать кровь по телу.

Питательный блок обновить я забыл, но какие-то крохи там еще оставались, немного протеина и совсем на донышке кофеина, еле на полноценную порцию наскреблось. Даже сквозь игру прочувствовал легкое покалывание на руке, когда активировалась подача смеси в кровь. Бодренько, но этого мало. Я открыл почтовый клиент и написал Нике сообщение.

«Ай нид хелп! Можешь выйти в реал и пополнить питательный блок капсулы? Нужен кофеин, таурин, гуарана, женьшень, аскорбинка — я не знаю, я не химик! Но мне нужно задержаться в игре еще хотя бы чуть-чуть! Вопрос срочный!»

«Ок, дай мне двадцать минут».

Ждать не стал, принял игровых симуляторов на выносливость и добил прион почти до максимума. Отошел на самый край уступа, поплевал на прионовые крючки на ладонях и побежал в сторону скалы. На середине уступа прыгнул, одновременно активируя рывок, и как на трамплине взлетел аж до следующего витка вокруг горы. Вцепился в карниз, легко подтянулся и легкой рысцой побежал по тропинке вверх до следующего уступа.

Сокращал, где только мог. С уступов влетал на верхние уровни, перепрыгивал провалы, карабкался, не экономя прион и используя не только крючки, которые все же были заточены под деревья, но и клинки в роли импровизированных ледорубов. Надежно, учитывая, что скала здесь была нормальная, а не как в колодце, но очень медленно, чтобы проделать весь путь таким способом.

Метров через двести, взобравшись на очередной уступ, наткнулся на чье-то гнездо с яйцами, больше похожими на футбольные мячи, но, к счастью, на тот момент без родителей.

Еще через несколько уровней в одной из ниш встретился с местными обитателями. Присел в полумраке ниши, настроил питательный блок на автоматическую подачу, чтобы не отвлекаться, когда Ника все пополнит, и не заметил, что я не один. Сначала из темноты раздалось шипение, будто опять туземцы что-то шепчут. Я насторожился, стал вглядываться в темноту, еще как дурак лицо в ту сторону вытянул. Спасла меня даже не реакция, а скорее инстинкт самосохранения. Так бывает с глазами: как только в опасной близости возникает какой-то предмет, глаз моментально закрывается. Вот и у меня на автомате сформировался прионовый шлем с воротником, защитившим почти всю голову. А две змеи, выпрыгнувшие из темноты, только клацнули по защите, третью я успел сбить на подлете.

Я отшатнулся, стал вертеться, выходя из окружения. А из темноты выползали все новые и новые твари. Сжимались в пружину, шипели и готовились к прыжку. Песочного цвета, практически неотличимые от скалы, с ярко-красными острыми кончиками хвостов, очень похожих на осиное жало.

Змеи теснили меня к пропасти, и вроде не шибко крутые по уровням, но их было много. Каждую секунду одна или две распрямлялись и летели в мою сторону, открыв пасть, из которой капала зеленая слюна. Шипение превратилось в ровный гул, змеи появлялись уже не только из глубины ниши, но и свешивались с потолка, выползая из отверстий и трещин в скале.

Нескольких мне удалось просто сбросить со скалы, кто-то пролетел мимо меня в прыжке, а кого-то я догонял сам и пинками отправлял в свободный полет. Но их было слишком много. Я взвыл от первого укуса, потом от второго, левую штанину и кожу под ней начало жечь, как от кислоты. А в большой палец правой вцепилась довольно толстая тварь, которую я неудачно попытался отфутболить к ее подружкам. Стало больно, полоска здоровья резко скакнула на десяток процентов, и появилось сообщение о воздействии кислоты. Вот стоило прокачивать защиту от яда, чтобы нарваться именно на кислотных змей. Я запаниковал и выхватил «Хоукмун», радуясь, что блокировка не действовала снаружи пещеры, и начал палить.

С такого расстояния, несмотря на всю вертлявость змей, я не промахивался. Да еще заряжены были разрывные, так что уже через пару выстрелов я был весь покрыт кислотными ошметками. Но звук выстрелов оказался страшнее, грохот разнесся вокруг, разрывая вечернюю тишину, где-то сверху скатилось несколько крупных камней и с грохотом обрушились на тропинку. Надеюсь, проход хотя бы не повредился. Но главное, что звук выстрелов привлек кого-то еще — за спиной раздался протяжный крик и мимо пронеслось две огромных птицы, судя по морщинистым лысым мордам, какие-то подвиды грифов или младшие сестры гарпий.

Птицы выглядели приличными такими тушками, но не настолько, чтобы пытаться оседлать одну из них или хотя бы схватить за лапу и первым классом залететь на вершину скалы.

Неожиданно мир вокруг потемнел, картинка окружающего мигнула несколько раз, а потом будто яркость экрана выкрутили на минимум, чтобы батарейка дольше продержалась.

«В Эфире! Внимание, вы находитесь в игре без перерыва 7 часов 35 минут. Вы измотаны. Зафиксировано истощение организма. Предупреждение! По рекомендациям ВОЗ, в случае низких показателей жизнедеятельности организма будет инициирован принудительный выход из игры.

Рекомендуем найти безопасное место для вашего персонажа. Последующий вход в игру будет осуществлен в ближайшей точке возрождения…»

Как назло, в момент чтения сообщения на меня бросилось несколько змей. Я отшатнулся, нога соскочила с края карниза, и я начал заваливаться в пропасть. Больно ударился грудью о камень. Рухнул вниз, и стирая локти о скалу, едва успел ухватиться за выступ и повис над пропастью.

Вокруг резко стало темно, только непонятно, это солнце спряталось за горизонтом или игра начала выдавливать меня в реал. Я стал карабкаться вверх, уже выбрался почти наполовину, как в действие вступили грифы. Черная тень спикировала на меня, крыльями обдав волной прохладного воздуха, пронзительно заверещала над самым ухом и попыталась клюнуть меня в затылок, промазала, но сразу же вцепилась когтями в плечо, потянув меня назад.

Все вокруг будто сговорились! Система не только подрубила мне свет и яркость, но и начала снижать статы. Сила, выносливость, ловкость — циферки на границе зрения поскакали вниз. Гриф продолжал нападать, творя из моей спины какое-то кровавое месиво. Так еще и змеи поперли, две попеременно кусали мои пальцы на карнизе, а еще несколько шуршали вблизи, явно готовясь прыгнуть мне в лицо, как только я смогу подтянуться. Правая рука онемела, пальцы разжались и, утащив в пропасть одну из змей, безвольно повисла. Все, хана котенку! На левой руке, судя по болевым ощущениям, я уже как минимум сломал несколько ногтей, пока скребся, а змеиная кислота разъедала кожу. Тут уже даже физика игры не поможет, не удержу я свой вес.

Я уже собрался умирать, как в реале что-то произошло. Ника, наконец, успела обновить питательный блок, и в кровь пошла подача стимуляторов. Картинка вокруг взорвалась на миллиард цветных пикселей, разлетелась во все стороны, а потом в режиме ускоренной перемотки, втянулась обратно и обрушилась на меня. Вместе с цветом вернулись и другие ощущения. Все, как в первый раз, когда я прочувствовал игру в теле оцифрованного. По ушам ударил звук — шипение змей, трескотня их хвостов, удары крыльев грифов по воздуху, даже ветер начал шуметь иначе. Обоняние начало сходить с ума, сладкий запах тухлятины от змеиного яда, тухлое дыхание грифа, даже у скалы появился запах перегретой на солнце пыли. Параметры персонажа вернулись в норму с поправкой на тот уровень здоровья, который у меня остался. Я судорожно активировал игровую панель, просто чтобы убедиться, что кнопка «Выход» еще на месте.

Убедился! Заорал от переполнявших меня чувств и прущей из реала энергии. Итак, в технологиях полного погружения отклик между командой и действием был минимален, но меня сейчас перло так, будто реал окончательно и бесшовно слился с виртом, сделав из меня чемпиона киберспорта. Нет, никаких читов или преимуществ в игре, только абсолютный контроль и кристальная ясность действий.

Я нагнал приона в левую руку, обеспечивая буквально мертвую хватку и защиту от укусов. Немного направил в правую, возвращая чувствительность, выхватил «Хоукмун» и, не думая о последствиях, разрядил барабан в грифа. Подтянулся над карнизом и стал когтем на рукояти колоть шипящих змей. Расчистил небольшой пятачок перед собой, смог забросить локоть, потом следующий, а дальше уже было легко, закинул ногу, подтянулся и выбрался на карниз.

Станцевал не пойми какой танец победителя, топча и распинывая новых змей. Перезарядился, расставил руки навстречу ветру, задрал голову и заорал, как настоящий индеец, похлопывая себя ладонью по губам. И перепрыгивая через камни и провалы побежал наверх! Пока прет, надо двигаться!

Я успел! Система жестко, без каких-либо предупреждений выкинула меня из игры, оборвав разговор с призраком очередного старца племени «Шепот Ветра». Но главное уже было сказано, или как выражались местные: «прошепчено».

На плоской вершине все было устроено довольно минималистично. Несколько статуй духов деревни, а у «Шепота Ветра» покровителем оказался орел, одно из его воплощений кружило над колодцем, в котором я начинал свой путь на гору. Для племени колодец был своего рода местом для жертвоприношений и точкой перехода в загробную жизнь. Я не понял всю механику, но, похоже, надо было сигануть вниз, разбиться на хрен, воспарить призраком и тут уже дух племени заберет тебя с собой в птичью Вальхаллу. Меня дух племени проигнорировал, несмотря на мой грязный, побитый и окровавленный вид, я все еще был жив, да еще и изгой.

Но старики-шаманы отворачиваться не стали, и самый старый с черными татуировками вокруг слепых глаз даже заговорил со мной.

— Ты прошел испытание, Изгой. Приходи на рассвете к духу племени, принеси дары, и он поведает тебе историю племени. А также события той ночи, что навеки опозорила наших воинов. Слово прошепчено.

Первое, что я почувствовал, очнувшись в капсуле, — была боль, будто меня поезд переехал, причем по телу просто пронесся туда-сюда, а на голове еще и остановку сделал и разгрузил там что-то тяжелое. А потом разом навалились отходняк и жуткое похмелье. Руки дрожали, во рту тяжелый металлический привкус, и в боку тянет с прострелами, хотя я всегда думал, что печень не умеет болеть. Зато сна ни в одном глазу, а сердце стучало так, будто поезд не уехал, а ушел на второй круг по грудной клетке.

Я с трудом разлепил глаза и увидел Нику. Тяжело с ней, вообще не могу понять, что в этой красивой голове творится. Смотрит вроде сочувственно, очередную пробирку протягивает, на этот раз красного цвета, даже рубинового, а в глазах какая-то хитринка.

— Что, черт побери, ты мне вколола?

— Все как ты хотел, витаминки, стимуляторы. Особая смесь Алисы на базе эпинефрина. Применяет, когда рейд важный задерживается, — она приблизила пробирку практически к моему носу, — Это выпей, легче станет.

— Адреналин что ли?

— Откуда я знаю, я что врач? На упаковке написано «Жара», а инструкция по применению отсутствует.

— А красное что? Чувствую себя вампиром, очнулся в гробу и тут бокал свежей девственной крови.

— Мне некогда, надо еще в игру вернуться, у нас там жесткая осада Динасдана, — чувства юмора у Ники я пока так и не нашел, — Не хочешь, не пей. Оставлю в ванной, она уже готова.

— Стой, а где собаки? — ссадина на заднице напомнила о себе, когда я выбирался из капсулы.

— Стефан, парень из охраны, повез их к ветеринару.

— Да ладно? Что вы прям так сразу-то! Усыплять?

— Не поняла? У них плановый осмотр просто.

Фух, а то уже подумал, что опять ничего личного, только цель и результат, и раз доберманы мешают, их сразу того. Ошибся, хотя это не отменяет факта, что со мной поступят иначе. Как только выйду из очередной схемы, сразу пустят в расход. Я все же забрал пробирку, когда Ника уходила, и размышляя, как себя обезопасить, побрел отмокать в джакузи.

По дороге, попивая коктейль на основе томатного сока, а ни разу не кровь, и пользуясь отсутствием собак, прошелся по дому. В другой от игровой Эйпа части подвала нашел неприметную дверку без замочной скважины, но с экранчиком для сканирования сетчатки глаза. Уставился в экран, любуясь лопнувшими красными сосудиками, но аппарат это не смутило, что-то пискнуло, заскрипело и дверка уехала в стенную панель. За тонким слоем фанеры пряталось сантиметров десять стали, так что пришлось мысленно попросить прощения за то, что назвал ее «дверкой». Тут целая дверище, а за ней рай для выживальщика.

По размеру помещение может только чуть-чуть уступало игровой и полностью было заставлено стеллажами, будто попал на склад человека, ждущего конец света. Всю правую стену занимали продукты питания, в деревянных ящиках на полках нашлась куча олдовых консервных банок и сухпайков, пластиковые бидоны с очередной разноцветной жижей и мешки с сухими протеиновыми смесями. Дальше — больше, от разнообразных запчастей, разобранных солнечных панелей и инструментов до отдельного стенда с холодным оружием. Я одних только тактических томагавков насчитал около двух десятков, а еще были мечи и сабли, и явно коллекционные, а не новоделы. Мотки веревок, канистры с топливом, несколько походных генераторов, аптечки — я мог бы спокойно закрыться и несколько жизней тут прожить, вообще не испытывая никаких проблем.

Стенд с оружием заставил меня улыбнуться и вспомнить все законы, которые ООН вводил последние сто лет, на тему ограничений и хранения огнестрела. Эйп, похоже, про них и не слышал. На стене висел узкий плоский шкаф со стеклянными дверками, внутри которого заботливо на крючочках развесили пистолеты и короткостволы, по бокам от этого смертоносного панно стояло еще по два оружейных сейфа с винтовками и автоматами. Плюс штабелями лежали запечатанные армейские ящики. Все оружие прошлого века, на новомодную электронику Эйп, видимо, не хотел полагаться в случае конца света.

Первая мысль, хватай все и беги. Нужно обвешаться, как Арни из фильма «Командос», ну или хотя бы, как Рембо, благо пулемет здесь тоже был. С ноги выбить дверище бункера, вызвать такси и поехать в офис DRUGA мочить акционеров.

Но как бы Алиса ни занималась спортом, а поднять пулемет ее тело не смогло. Точнее поднять смогло, а вот удержать уже нет. Мне бы что попроще и скорее для скрытой защиты, а не нападения. Сначала я решил выбрать «глок», самой маленькой из присутствующих на стенде оказалась модель «двадцать шесть» и Алисе в руку подошла идеально, но потом сам засомневался в надежности и безотказности старичка, вдруг что пойдет не так, а я и разобрать не смогу.

В итоге взял револьвер, тоже маленький, всего на пять патронов, черного цвета, но с серым барабаном и надписью «Ruger LCR». Спускового крючка у него не было, так что в карман входить-выходить будет без проблем. Не «Хоукмун», конечно, но резиновые щечки на рукояти, как родные, легки в ладошку. Я немного поигрался, строя из себя ковбоя, отыскал патроны, по ходу вскрыв ящик с гранатами и захватив парочку про запас, допил коктейль и пошел исследовать парк. Надо использовать возможность, пока собак нет поблизости.

За час не спеша обошел периметр и приглядел пару слабо охраняемых калиток, ведущих на смежные участки. С одной стороны соседями были явно какие-то звезды, показалось, что смог разглядеть в окошке известную актрису, которая рекламировала одно из обновлений Эфира. Плюс там была вечеринка, слышались музыка, смех и бродили люди с бокалами. А вот с двух других сторон все было перекрыто наглухо, за калиткой прогуливались серьезные лысые мужчины в костюмах с проводками в ушах. И все время как-то так выходило, что они оказывались на одном уровне со мной, идя вдоль забора. Так что если бежать, то только на праздник жизни.

Я вернулся в дом, по дороге и внутри сделал несколько закладок. Одну гранату спрятал в беседке на пути возможного побега, вторую прикопал в цветочном горшке возле капсулы Алисы, а пистолет засунул под матрас в спальне. Расставаться с новыми «друзьями» не хотелось, но каким бы скрытным не был «Ругер», в обтягивающем костюме для погружения его даже слепой бы заметил, а, как мне кажется, девушки с сумочкой по дому не ходят.

Я развалился в джакузи и вошел в игру с планшета. Да — серость двумерная, да — все мелкое, но мне только историю послушать. Персонаж вошел в игру у стелы возрождения в метрах трехстах от деревни, и уже через несколько минут я стоял перед входом в поселение и выбирал диалоговые окна, чтобы переспорить охранников. А где-то и вводил текст вручную, но как бы красноречив я не был, пройти мимо стражи удалось только, вызвав старого шамана.

Я переключился на вид от третьего лица, и пока меня вели к проходу в скале, попутно изучал деревню. Проход в пещеру с испытанием был открыт и воспринимался системой как пройденное подземелье. То есть войти туда было можно, но никаких новых предупреждений или квестов уже не дали. Шаман со мной не пошел, подтолкнул, ворча, что нечего изгоям без дела слоняться по деревне, да нужно быстрее сваливать. Спорить я не стал, время — штука дорогая.

По пещере все так же гулял ветер, разносивший шепот, только тональность сменилась, пропала тревожность. Или удвоилось количество светящихся камней, или просто уровень восприятия яркости с планшета увеличился. До колодца я дошел без приключений, прополз последние метры, покликал на всплывающие подсказки и аккуратно спрыгнул на землю в помещение с кучей костей. Участников испытания здесь уже не было, но все равно шла какая-то явно жреческая движуха. В зале появилось четыре маленьких алтаря, между которыми перемещались пожилые туземки, разжигали причудливые глиняные светильники и украшали алтари перьями, камушками и тонкими косточками, похожими на птичьи.

В центре, на костяной горе, воздев руки к небу, мерцали призраки старцев, и еще несколько туземцев, уткнувшись лбами в землю, будто молились перед кучей, периодически что-то бросая перед собой.

Я подслушал ближайшего ко мне, присел рядом, поклонился, и на планшете возникли окна с выбором действий:

«Обратиться к духам предков» — клик.

«Принести дары — выбрать из инвентаря или пожертвовать денежную сумму» — клик, и еще клик на выбор суммы. Я заплатил максимальную из предложенных, а то бывает такое в играх, что дополнительным благословением могут одарить за щедроты или, наоборот, ничего не дать, если пройдешь по минималке.

Как только сумма списалась со счета, включился синематик трейлер. Уже даже забыл, как DRUGA реализует подачу контента без полного погружения. Старо, но прикольно, этого у сценаристов не отнять. Я приглушил гидромассажные струи в джакузи, чтобы лишний шум не отвлекал, и приготовился смотреть кино.

Каменный колодец, гора костей и алтари с туземками — все чуть отдалилось, закружилось, и камера, чуть взлетев вверх, развернулась, показав моего персонажа. Крепкий, загорелый красавчик, и это не оборот речи, персонаж действительно был отлично проработан, вот только с блаженной улыбкой переборщили. На лицо Данте упала тень, а потом камера опять развернулась, и в кадре появились стенки колодца со звездами на кусочке светлеющего неба и огромной птицей, кругами, спускавшейся вниз.

На меня летел орел — дух племени «Шепот Ветра» в своем материальном воплощении. Птица легко приземлилась на вершину кучи, потревожив всего несколько косточек, раскинула крылья, предлагая полюбоваться ее красотой и грациозностью. Из крыла вылетело перо, и в несколько зигзагообразных перелетов плавно опустилось в руки Данте.

А потом экран мигнул и почернел. И на фоне красивого арта с видом на гору и поселение туземцев закрутилось окно загрузки. Да по низу экрана побежали подсказки из разряда — капитан очевидность пришел нас тут всех уму-разуму учить. Фу, такими быть!

Через несколько секунд картинка включилась вновь. Крупная поляна среди джунглей, опять круг, чем-то похожий на капище друидов. По кругу стоит двенадцать статуй духов племен. Первым я узнал некогда родного ягуара, потом волка из поселения Вождя и орла, отправившего меня в это путешествие. Остальных я пока не встречал, но фигуры в основном узнавались без всяких подсказок: кабан, гризли, кайман, бык, парочка каких-то видов обезьян, еще пара птиц и какая-то тварюга, похожая на пиранью. Неизвестный скульптор не заморачивался с масштабом прототипов, все статуи были примерно одинакового размера, чуть выше полутора метров. Рядом с каждой статуей стояло по три представителя племени. Как правило старые вождь с шаманом и молодой воин, мужчин было примерно две трети, причем женщины встречались не только воины, но и пара вождей.

В центре круга стоял «слепой» шаман-туземец из «Шепота Ветра», я даже сначала подумал, что это Часовой, настолько они были похожи. И только вглядевшись, я различил совсем иной узор черных татуировок вокруг глаз. Толпа галдела и о чем-то спорила, то и дело какая-нибудь троица рвалась в сторону соседей, выкрикивала явно что-то оскорбительное, но до драки не доходило. Я понимал не все, точнее, вообще ничего не понимал, система подсыпала субтитры в нижней части экрана, но они менялись с такой скоростью, что понять происходящее на поляне получалось какими-то отрывками.

«…дать отпор…»

«…нельзя обращать силу во зло…»

«…гибель племен…»

«…смерть захватчикам…»

«…краснолобые не трусы…»

«…поджали хвосты, позорные койоты…»

«…приплывут еще…»

Атмосфера на поляне накалялась, и судя по контексту, племена спорили о возможности использовать силу Слезы для войны с людьми Магнуса. Видеоряд ускорился, будто невидимый режиссер сначала удвоил частоту кадров, а потом вообще включил на ускоренную перемотку. По поляне из одного угла в другой пробежала тень от деревьев, да и общее освещение начало темнеть, а на небе появилась яркая полная луна.

На фоне происходящего зазвучал закадровый голос: довольно приятный тембр диктора, нагоняя максимальный пафос, комментировал, как племена спорят о назначении Слезы Авроры. Вопрос стоял просто — выбрать по самому отважному воину из каждого племени и дать им силу, превратив в супербойцов, которые выступят против захватчиков, пришедших из-за большой воды, или оставить все как есть и продолжить использовать силу артефакта для лечения последствий применения приона.

И судя по сюжету ролика, победил все-таки первый вариант. Скорость воспроизведения вернулась в нормальный режим. В центр круга вышли двенадцать молодых воинов и, образов тесный полукруг, расселись, поджав под себя ноги. Вокруг них скакало два шамана, нараспев бормотавших благословения и обмахивая их веточками и перьями. В кадре появилось два здоровых туземца из племени Краснолобых, они внесли деревянный сундук, и по напряженным мышцам было видно, что им довольно тяжело.

Я собрался, поднес планшет поближе. Похоже, я наконец-то увижу, как эта треклятая Слеза выглядит. Торжественный момент ожидал не только я, туземцы притихли, расступались и кланялись, когда мимо них проносили сундук. И даже духи защитников племен на мгновение появлялись перед статуями, приветствуя носильщиков.

Сундук поставили перед молодыми воинами, и шаманы перекинулись на него и запустили миниатюрный хоровод. В задних рядах поляны в руках у некоторых туземцев появились бубны, где-то за кадром начали выбивать ритм барабаны.

Все, кто был на поляне, погрузившись в легкий транс, пустились по кругу, а песнопения слились в один общий ритмичный гул.

Меня даже через слабые динамики планшета затянуло, непроизвольно сам начал отбивать свободной рукой ритм по стенке джакузи.

Мелодия стала замедляться и затихать, и тем резче, на контрасте с монотонным речитативом, ночной воздух разорвали крики, раздавшиеся из джунглей. Со всех сторон слышались улюлюканья. Громкие, сочные крики охотников, загоняющих свою жертву. В кадр начали влетать, оставляя дымный след, глиняные кувшины. Биться о землю, людей и статуи, выпуская облака сиреневого дыма.

Люди на поляне кашляли, но держались на ногах, доставали оружие, пытаясь сформировать защитный круг вокруг сундука. Дыма становилось все больше, он стелился по земле и, как живой, стягивался к статуям духов племен. Поднимался, обволакивая их, и расширялся, как строительная пена, покрывал статуи целиком, не давая духам материализоваться. А тех, кто уже почти проявился, втягивал обратно и запечатывал.

Когда с духами было покончено, полетели дротики и стрелы. Но в лучшем случае только двадцатые находили цели. Люди на поляне хоть и выглядели потерянными, лишившись поддержки духов, но все же здесь были лучшие. Шаманы бросились к статуям, что-то колдуя с вязким туманом. Воины собрались, в кадре замелькало ассорти прионовых умений, воздух стал еще чернее от заклинаний Куре, и когда на поляну из джунглей стали выпрыгивать темные силуэты, защитники бросились в бой.

Нападавших было раза в два больше, причем я не сразу поверил, что это изгои. Если раньше я встречал только каких-то прокаженных доходяг и считал себя чуть ли не белым лебедем среди гадких утят, то сейчас на поляну вступала явно какая-то суперэлита. Не толпа клонированных НПС, а уникальные отрисованные персонажи, первая мысль даже была, что это спецназ Вождя каким-то образом в прошлом оказался. Но нет, похоже и тут принцип, что раньше и трава была зеленее, небо голубее, и изгои красивше, и прогоняли их не из-за слабости, а от боязни конкуренции. Рослые, крепкие, во всем походившие на своих соплеменников, только больше татуировок на теле и в одинаковых черных доспехах. И главное, они были едины, в отличие от тех, кто сейчас жался по кучкам на поляне.

Как же жалко, что я все это смотрю, как киношку, а не могу не то что присутствовать, но даже в полном погружении ощутить. Я все равно мысленно аплодировал постановщикам боя, хотя скорее побоища. Не запечатай изгои статуи духов, может, исход не был бы предопределен, а так чистая физика и количество были на стороне нападавших. Да, они тоже теряли бойцов, с трудом справились со «слепцом» из «Шепота Ветра», только с третьей попытки смогли вырубить «Дубовокожих» — вождь с молодым воином, похожие, как отец с сыном, встав спина к спине, окружили себя горой трупов, но, истратив защиту, полегли там же.

Недолгое противостояние перешло в разряд обычной бойни. Как если бы футбольный клуб, победитель Лиги Чемпионов, собравший элиту со всего мира, в пух и прах разбирал местечковые клубы, пусть даже из Первой лиги, да с претендентами на попадание в сборную.

Может, конечно, меня приглючило, а может, неписей рисовали с реальных прототипов. Только вчера нашел в файлах Эйпа папку с названием «Легенды футбола», а сейчас будто воочию наблюдал, как на стороне изгоев мелькают Рональду с Неймаром, а маленький шаман Месси вместе с лысым Пепе лутают бывших соплеменников. Мда, это какие-то неправильные изгои, и у них неправильный прион, но, глядя на картинку, я точно решил, что хочу попасть в этот клуб.

Пять минут, и все было кончено. Изгои добили раненых, и после нескольких торжественных выкриков подняли сундук и скрылись в джунглях.

Но кино не закончилось. Опять экран загрузки, только на скринах арты с непролазными джунглями, и закадровый голос вещает о напастях, свалившихся на совет старейшин.

Когда все загрузилось, оказалось, что я лечу и вижу все вокруг. Вообще все вокруг, в узком широкоугольном окошке. Скорость бешеная, проносятся верхушки деревьев, все ближе и ближе горы серого цвета, по бокам и сзади, наоборот, удаляются холмы, промелькнуло несколько озер. Голос вещал, напуская все больше пафоса:

«…и когда отважный Каутли смог выбраться из колдовского тумана, то бросился в погоню за презренными предателями племен. Невзирая на опасность, Каутли летел над землей, выслеживая воров, покусившихся на самое ценное, что подарила нам Богиня-мать…»

Скукотень страшная, но оказалось, что если вертеть планшет, то птица как бы поворачивает голову, фокусируясь по сторонам. Управлять только ей было нельзя.

Я понял, что замерз. Вода в джакузи давно уже остыла, но вылезать все равно не хотелось. Несколько дней назад к головным болям присоединились какие-то спазмы в груди. И находиться долго в реале помогало только обезболивающее вкупе с водными процедурами. Кряхтя, как старая бабка, я выбрался и запахнулся в толстый махровый халат. Надо было еще как-то накрутить полотенце вокруг головы, но и сил не было, и навыков так и не приобрел. Так что просто накинул капюшон, мельком глянул на Алису в зеркало, вздрогнув от вампирского вида красных глаз с полопавшимися сосудиками, и босиком пошлепал в спальню.

Орел все еще парил, а голос начал комментировать места, которые мы пролетали. Я переключился на игровую карту, хоть с этим повезло — на затуманенном неоткрытом участке материка проявлялась узкая полоса с подписанными географическими названиями.

В очередном просвете, когда джунгли расступились, явив нечто похожее на дорогу, ведущую к горам, я заметил маленькие человеческие фигурки. Сундук, как гроб, несли сразу четверо, бежали быстро, практически не отставая от остальных. Картинка взмыла вверх — орел задрал голову в крике, а потом рухнула вниз и стремительно понеслась к земле.

До спины ближайшего изгоя оставалось меньше десяти метров, и орел начал чуть забирать вверх, готовясь схватить человечка когтями, как сбоку мелькнула тень. В правой части широкоугольного экрана я легко разглядел оскаленную морду черного ягуара. Не болезного в язвах, как проклятые баламы, а вполне живенького молодого самца с острыми клыками. Орел не успел среагировать, птицу сбили на землю, и картинка закрутилась. Полетели перья, кровавые брызги. Динамики планшета плохо передали звук ломающихся костей и рвущегося мяса, но я перестал жалеть, что участвую в этом эпизоде без полного погружения.

Синематик трейлер закончился. Вернулся экран загрузки, и погрустневший закадровый голос промямлил что-то про крах надежд, потерю следа воров и вечный позор на седые перья племени, а потом предложил мне квест.

«В Эфире! Помогите племени „Шепот Ветра“ вернут утерянную Слезу Авроры. Выследите изгоев и сообщите их местонахождение вождю племени „Шепот Ветра“.

Опционально: разыщите Слезу Авроры и доведите до конца ритуал передачи силы избранным воинам племен.

Награда: опыт, повышение репутации среди племен и отмена статуса „изгой“».

Я нажал кнопку «принять» и выключил планшет. Спать хотелось страшно, если бы не динамика полета и жажда догнать похитителей, которая даже сквозь двумерную игру передалась от орла, уже давно бы вырубился. Боль возвращалась, надо либо в капсулу идти, где меня по рекомендациям организации здравоохранения не ждут еще часа четыре, либо принять обезболивающее и спатеньки. Я выбрал второй вариант, и уже через несколько минут голова уткнулась в подушку.

Первый раз проснулся, будто почувствовал, что на меня кто-то смотрит в темноте. Оказалось, что Ника закончила игровую сессию и пришла меня проведать. Протянула мне очередную сладенькую на вкус микстуру, но видно забористую, я даже сказать ничего не успел, моментально отключился обратно.

Второй раз проснулся ближе к рассвету, в голове так стрельнуло, будто оса в затылок ужалила. Уснуть уже не смог, пробрался на кухню, подкрепился и отправился в капсулу.

«В Эфире! Добро пожаловать на Аврору!»

Очнулся в позе лотоса все в том же колодце. Не считая старух, менявших светильнички на алтарях, в полном одиночестве. Ни шаманов, ни духа племени. Ну и прекрасно, немного тишины и прохлады не помешает, а потом в бой! Прям соскучился по Эфиру после планшета.

Прокрутил в памяти сюжет ролика, сверился с картой — путь не близкий, но реальный. Вспомнил черного ягуара, надо будет с Часовым обсудить, откуда у изгоев свои духи-защитники. Уже собрался написать ему письмо, но открыв почтовый ящик, чертыхнулся от удивления. За что выслушал гневный шепот от старух в свой адрес.

В ящике пестрело несколько не отвеченных сообщений, которые сыпались потоком каждую секунду сразу от двух адресатов. Попеременно приходили сообщения то от Алисы, то от Ники.

«Ты уснул что ли?»

«Это не шутка!!!»

«Не тупи!!!»

Что за люди, нельзя одним сообщением отправить всю суть разговора? Надо непременно по слову на строчку, чтоб пиликало и пиликало, а важную часть теперь искать? Хорошо хоть голосовое не отправили.

А нет, пришло и голосовое от Алисы: «Данила, не тупи! Срочно! Срочно выходи в реал!!! Уокер объявился».

Организму явно не понравились все эти скачки туда-обратно, и из капсулы я вылез полностью разбитым, головная боль сместилась в район бровей, будто туда свинцовые гирьки запихнули, и они-то тянут вниз, то как шарик в пинболе скачут по черепной коробке. Меня встречала не только Ника, но и трое местных охранников. И как только я выбрался из капсулы, взяли меня в кольцо, накинули бронежилет и, не дав даже слова вымолвить, аккуратно, но настойчиво повели из комнаты.

Мда, при таком раскладе до гранаты я никогда не дотянусь, надо будет придумать что-то новое.

В голове чуть-чуть прояснилось, стало понятно, что охрана не угрожает, а, наоборот, от чего-то спасает и ведет меня в сторону подземного бункера. Я остановился и уперся ногами в пол, не давая подталкивать меня сзади.

— Стоп, стоп, стоп! — я развел руки в стороны, придерживая охранников, — Стоять! И объясните, какого черта происходит!

— Активирован протокол защиты от вторжения, — нас догнала Ника, — Совершено нападение на одного из акционеров.

— Кто, где, на кого?

— Напали на центральный офис Академии Таламус, — Ника задумалась, явно подбирая правильные слова. — Камеры наблюдения засекли одного из бывших воспитанников. Предположительно, Данила Кенарев, бежавший из Таламуса несколько лет назад, вернулся и захватил в заложники недавно назначенную главу Академии. Статус на данный момент неизвестен.

Так, переводим на понятный мне язык. Уокер в моем теле пошел крушить Тринайти и начал с Кристины Ишутиной. Развить мысль я не успел, Ника протянула смартфон с мигающей на экране аватаркой звонящего Найтгарта.

— Андреас, привет, — я вздохнул, собрался и принял звонок, — Что происходит?

— Привет, Аннелиса, — тихий, вкрадчивый голос, тут все переполошились, а этот старый пердун спокоен, как удав, — Я рассчитываю, что ты мне это и расскажешь.

— А на чем, прости, основан твой расчет? — я поддал желчи в голос Алисы, не понимая, к чему он клонит, провокация что ли очередная.

— Из ближнего круга ты сейчас, прости за тавтологию, ближе всех к офису Таламуса, и насколько я помню, в детстве тебе очень нравилась Нэнси Дрю?

— Не тяни, что с Кристиной? — я не стал играть в эти кошки-мышки, Нэнсю Дрю, конечно, всем в Академии нравилась, даже сам зачитывался, но вдруг Алиса и тут исключение и это проверка.

— Скучно с тобой, — Андреас вздохнул, — собирайся, Итон заберет тебя минут через пятнадцать, и через час вы должны быть в аэропорту. По прилету вас встретят. Кристина мертва, и долго не получится полицию сдерживать. Надо архивы вывезти, не мне тебе объяснять, насколько это важно, иначе я бы не просил.

— Так это просьба? — я усмехнулся, — ладно, можешь не отвечать.

— Уже четырнадцать минут. Отзвонись, как будешь на месте.

Найтгард отключился, а у меня в голове прозвучала фраза из вообще доисторического фильма: «еще никогда Данила не был так близок к провалу». Явки, пароли, документы и самый главный вопрос, что надеть, а на все четырнадцать минут. Но все оказалось не так страшно, точнее, спасибо Нике. Пока я объяснял охране, что протокол защиты можно отменить, она собрала все необходимое: международный айдипасс, пластиковый пузырек с запасом обезболивающего, надеюсь, законного, фонарик и блокнот с массивной ручкой. Сначала не понял, зачем мне фонарик с блокнотом, даже не знал, что их еще производят после скандала с экоактивистами, но потом пригляделся и понял, что фишка в ручке — тактическая алюминиевая «Смит и Вессон», не дубина и не кастет, конечно, но больно ткнуть и пробить способна, мало не покажется. Да и в аэропорту не должны докопаться. Фонарик тоже непростой, а по словам Ники, с какой-то запредельной мощностью, которым при прямом попадании в глаз можно и ослепить, а функция стробоскопа так вообще дезориентирует все, до чего доберется. Как я понял, Алисиной охране командировочные не выписали, лететь нужно будет одному, так что с фонариком и ручкой я прям вооружен и очень опасен! Оделся под стать — полувоенные ботинки, джинсовые мотоштаны с карманами и кожаная куртка, прям дерзкая Лара Крофт.

С Итоном мы не разговаривали, чем-то Алиса его сильно раздражала, а я с обнимашками не лез. С Тринайти он был с самого начала, первый официальный директор безопасности DRUGA, а в последующем бессменный неофициальный. Входит в ближний круг, тело сменил в позапрошлом обновлении, но по мнению Алисы, как был психом и больным на голову жестоким ублюдком, так только хуже стал. К ней он подкатывал еще когда игра только создавалась, в чем-то даже был одержим, но каждый раз жестко посылался на фиг. Сначала Алиса отшивала его не задумываясь, просто отдавая предпочтения другим, а потом жестко и с конфликтами. Последний как раз произошел в Праге, и как я понял, только вмешательство Эйпа с Найтгартом не дали пролиться Итоновской крови. Та многоходовочка, так любимая в этой семье, которую провернула Алиса, лишний раз укрепила меня в мысли, что больной на всю голову жестокий ублюдок тут именно она. И тем, пожалуй, опасней оценка Итона, который вроде как отстал, но обидищу затаил.

Я отделался от провожавшей охраны и медленно пошел к черному тонированному мерседесу с мигалкой.

Домчали до аэропорта быстро и молча, и хоть в салон набились под завязку, Итон спереди, парни со мной сзади, но мне тесно не было. Крепкие бойцы Итона, в этот раз одетые в гражданскую одежду, как от прокаженной теснились от Алисы и жались по стенкам. А я еще и развалился, широко расставив ноги, сидел и перебирал в пальцах ручку. Итон пару раз звонил кому-то и спрашивал статус, но полученными ответами не делился, только хмурился.

В аэропорту, несмотря на все мигалки, дорогие костюмы и прочую важность и крутость, нас все равно пропустили через металлоискатель, но хоть без очереди. И время раннее, и зона вип-класса не для обычных туристов. На фонарик с ручкой покосились, но ничего не сказали.

Потом короткое ожидание в баре, где только я, под неодобрительный взгляд Итона, заказал себе водки. Не то чтобы я фанат этого напитка, но что-то перенервничал на ID-контроле, все думал, что сейчас — то меня и разоблачат. И на нервяке не смог удержаться, подмигнул молодому официанту и сказал: «Мальчик! Водочки мне принеси — я домой лечу». А ведь действительно домой, пусть я был не головном отделении Таламуса, а в российском филиале, но другого дома у меня и не было.

От водки полегчало, причем эффект был сравним с таблетками, только ощутился сразу. Но вторую выпить не дали, подъехал новый местный электрокар и нас позвали на посадку. Я не растерялся и забрал с собой всю бутылку, а в новеньком самолете с надписью на борту DRUGA vs Cessna Spaceship Jet отсел подальше и сделал вид, что придремал, дабы избежать любых разговоров. А сам крутил в памяти все, что знал об Академии Таламус.

Основана в две тысячи сорок седьмом году в рамках благотворительной поддержки одаренных сирот и детей из неблагополучных семей и развивающихся стран. Идеолог — Кристина Ишутина, член совета акционеров DRUGA. На данный момент насчитывает три отделения: условно российское в Калининграде, американское в Денвере и первый офис во Франции, в пригороде Пуатье, куда мы как раз и направляемся.

Птичка, на которой мы летели, несмотря на название в космос не взлетела, не доросли еще технологии, да и после вирта скорее всего уже не дорастут. Не мечтает больше человечество развиваться в этом направлении, все лучшие умы либо стремятся, либо уже задействованы в разработке технологий полного погружения. Может, только пара фриков еще и осталась, сидят в глубинках затворниками да космолеты проектируют.

Мы приземлились в маленьком аэропорту с милым названием Пуатье-Беар, где нас встречало два микрофургона с бойцами, одетыми в черный камуфляж. Я разглядел нашивку Amarante Securuty. На меня все пялились как-то странно и скорее удивленно. Ребята были при оружии — у каждого кобура, только вот, что внутри, было непонятно. Итону с помощниками выдали такие же, я было собрался попросить и себе, думаю, Алиса бы так поступила, но меня опередил Итон и шепнул на ухо: «Следи за языком, это частники, они не в курсе всей темы, думают, что ты аудитор, эксперт по финансам». Ладно, обойдусь без пистолета, если что Итан не станет меня валить на глазах у удивленных частников, теперь хоть понятно, отчего так смотрят. Я улыбнулся, спрятал во внутренний карман бутылку водки, с которой до этого не расставался, достал блокнот и полез в фургон.

Все отделения Таламуса строили, точнее устраивали по схожему принципу: удаленность от цивилизации, красивая природа и древняя многокомнатная постройка. Все обновлялось и перестраивалось под нужды учеников, и хоть комнаты у всех были свои, но интернат, он и в Африке интернат.

В Калининграде мы жили в заброшенном пионерском лагере. О пионерах я только читал, типа еще сотню лет назад существовала такая политическая организация для активной молодежи. В Денвере проживание детей организовали в каком-то историческом отеле. А здесь мы в итоге подъехали к высокой ограде, за которой виднелся самый настоящий замок.

Перед воротами стоял полицейский автомобиль с включенной мигалкой, но без сирены. Внутри спал один страж порядка, а второй прогуливался рядом и, завидя нас, подошел для встречи. Итон что-то у него уточнил, а потом приложил смартфон к коммуникатору полицейского. Вот они современные технологии контактной оплаты, какая сумма упала полицейскому на счет, я не знал, но судя по тому, что полицейский бросился открывать нам ворота, там все было в порядке.

Мы обогнули красивый парк, наполненный живыми подстриженными геометрическими фигурами и белыми статуями, похожими на античные. В пионерлагере тоже была статуя, бело-серая пара с облезшими кусками штукатурки и торчащими прутьями арматуры — мальчик с большой дудкой и девочка, отдающая честь, с флагом. Но у нас хотя бы весело было, а тут все какое-то торжественно-пафосное, хоть и замок, но далеко не Хогвардс.

В окнах торчали любопытные детские лица, человек двадцать разного возраста и пола, но парней больше. Жалко их, не знают, к чему жизнь их готовит. Но мы еще посмотрим, кто кого, — одного ребенка Уокер уже точно сегодня спас.

Пока я разглядывал окружение, Итон уже вовсю раздавал команды. Бойцы рассредоточились по периметру, а пухленький бледный мужичок, то ли дворецкий, то ли администратор, уже открывал нам двери.

Если и пытались в замке навести тепла и уюта, то ничего у них не получилось. Гулкий отзвук шагов по коридору, массивные бледные светильники на лестнице, сквозняки с запахом недавнего обеда — все наводило такую тоску, что водка опять пришлась совсем кстати. Мне даже показалось, что Итон зыркнул уж не осуждающе, а с ноткой зависти.

Зря завидовал, стоило зайти в кабинет директора, как я с трудом удержал в себе выпитое. Уокер явно попутал реал с виртуалом и чутка так перестарался. Не придушил тихонечко или там один контрольный в голову, как было принято во времена его молодости. А конкретно так рвал и метал, ведя допрос с пристрастием. Поломанное тело Ишутиной было распято на стене среди рамочек с грамотами и благодарственными письмами. И вид совсем не смиренный, как у Христа. Ноги сломаны и торчат в разные стороны, некогда белая блузка с бежевой юбкой порваны и залиты кровью, на ладонях, прибитых к стене, оторваны ногти, а лицо — сплошная кровавая тарелка со спагетти, бесформенная маска с лоскутами кожи и остатками скотча. И кровь, повсюду много крови. Пятна на полу и огромная надпись над телом под потолком на английском языке: «Я иду за вами».

Под ногами хрустнули вырванные зубы, и я разразился отборным матом, судя по одобрительному взгляду Итона, в лучших традициях Алисы. Уокер — точно уже не человек, и, если бы у нас тут был конкурс больных психов, я бы отдал ему первое место. Гребанный псих, но эффективный черт побери. Пробрался мимо охраны, никого не потревожил, по-тихому пытал, гвозди даже забивал под бой старинных часов, стоявших в углу, а потом так же тихо скрылся. В камеру наблюдения и то попал скорее всего специально, чтобы знали, кто это сделал.

Все это была версия дворецкого, боясь переступить через порог, он отчитывался перед Итоном. Старался не смотреть на тело, но тянулся рукой указывая на важные моменты в комнате. Где лежали архивы с досье, и где Кристина хранила документы, а где прятала стикер с логином и паролем от компьютера. Мда, вот вам и люди старой эпохи.

— Твой выход, — Итон чуть подтолкнул меня вглубь кабинета и протянул резиновые перчатки и сумку. — Забираем архив. Посмотри, что могло пропасть, и это, дай хлебнуть.

Я даже ерничать не стал, выпил сам, не глядя отдал бутылку и, стараясь не наступать на зубы и кровавые следы, прошел за письменный стол к старомодному стеллажу. Открыл дверки и уставился на выдвижные ящики, с отмеченными на них буковками в алфавитном порядке. Архив сделали на старинный манер, но с современным содержанием. Длинные узкие ящики были плотно забиты плоскими пластиковыми прозрачными коробочками, где-то пять на пять сантиметров, с миниатюрными картами памяти. На самих коробках были выбиты фамилии.

Я узнал несколько имен, и как только понял, что архив общий, бросился искать файл со своим именем. Пусто. В ящичке с буквой «К», как раз между соседними фамилиями с моей, коробочка отсутствовала, рядом с местом, где должен был стоять файл Ники, тоже дырка. И еще с десяток пустых мест. Стараясь не привлекать внимание Итона, незаметно отправил сообщение Нике, и пока осматривал стол и включал компьютер, получил ответ с полным списком имен членов Тринайти, сменивших тело. Всего двадцать две сдвоенных (до и после) фамилии, включая Итона, Танаку и Найтгарта. Остальных я не знал, это были уже не основатели, а какой-то первый круг доверенных лиц, плюс парочка видных политиков и пяток известных миллионеров. Данные на всех из списка в архиве отсутствовали.

Пустая треснутая коробочка с именем Ники нашлась под столом, я прям даже представил, как Уокер, узнав что-то от директрисы, торопится проверить файл, смотрит на компе и в бешенстве сжимает пластмаску. Уокер знает про дочь — это факт.

По истории операций в компьютере и по открытым вкладкам удалось установить еще несколько фактов: Уокер знал теперь расписание встреч Ишутиной, данные банковских счетов (уже пустых), адреса акционеров, офисов и всей остальной недвижимости Тринайти, и главное — все возможные коды доступа, которые были у Кристины.

— Ну что там, — спросил Итон, фотографируя надпись на стене.

— Он все забрал.

— Все, что смог. Явки, пароли, контакты, деньги.

— Собирай флешки и жесткий диск, пять минут осталось, полиция уже не готова ждать.

Я, как пылесос, сгреб из ящиков все карты памяти, потом, не глядя, папки и документы со стола. Вскрыть корпус системного блока было нечем, поэтому я забрал его весь, благо размер у последних моделей был не больше, чем у обычного планшета.

Я отдал мешок одному из бойцов, уже ждавших нас за дверью, и мы шустро двинулись к черному ходу, чтобы не столкнуться с полицией. Их пустили в дом, и я, конечно, не знаток французского мата, но «мерд» и «пута» с явно офигевшим «о-ла-ла», разнесшиеся у нас за спиной, более чем универсально рассказали, что разминулись мы совсем чуть-чуть.

По дороге мы получили доклад о внешнем осмотре, как Уокер приехал, где проник, как ушел, точно ли ушел, а не прячется ли где-то в засаде. Неподалеку в лесу обнаружили остатки туристической стоянки, самодельный наблюдательный пункт на дереве и следы от мотоцикла, оборвавшиеся на трассе. Несколько дней он жил в лесу, следил, поджидая удобного момента, как чертов мстительный дух, пришел, сделал дело и ушел.

Кристину мне было не жалко. Жестоко, конечно, с ней поступили, и это мягко говоря, но как ни пытался, я не смог найти в сердце сочувствие к ней. То количество загубленных детей, вся эта лицемерная мерзость, что творилась за ширмой дома-интерната, не перевесила бы и трех смертей Кристины. И все бы вообще ничего, можно было Уокеру спасибо сказать, что за меня работу делает, только вот жаль, что буквально в моем теле. И очень скоро Данила Кенарев станет знаменит на весь мир, и не в том образе, в котором я бы хотел. А мне потом с этим жить.

Всю обратную дорогу я проспал уже по-настоящему, благо летел один. Итон с парнями остались ждать рейс до Лондона прямиком в штаб квартиру, а я отправился домой. Меня встретили, вывели из аэропорта окольными путями, прикрывая от возможной атаки Уокера. Я не сомневался, что Уокер продолжит, но сомневался, что следующей будет Алиса. Делиться с охраной мыслями я не стал, и уже тем более говорить, откуда у меня такая уверенность, просто расслабился и с ветерком и мигалками наслаждался видами ночного города. А через пару часов уже погружался в Эфир.

«В эфире! Добро пожаловать на Аврору!»

В поселении «Шепот ветра» многое изменилось за время моего отсутствия, если первый раз было ощущение какого-то экономического кризиса, когда куча здоровой молодежи слоняется без дела в поисках работы, то сейчас деревня скорее напоминала место военных сборов. Народ суетился, метался между сюжетными НПС, а к мастерам по доспехам и оружию стояли очереди. Будто одновременно завезли кучу квестов, причем как для игроков, так и для НПС. Но бардака не было, все строго, как по команде, организовано — никакого трепа, минимум действий. Отстоял очередь, получил то, что нужно, метнулся квест выполнять, выполнил, сдал и в новую очередь. И все это координировал Часовой, раздавая команды как неписям, так и игрокам, которые при ближайшем рассмотрении оказались членами клана «Первые люди».

Я было хотел пообщаться, но Часового окружили довольно плотной толпой, так что я решил не тратить время. И так уже засиделся в реале, а у меня еще ни Слезы, ни плана, как заманить Уокера на остров.

В деревне довольно быстро мне напомнили, что я все еще изгой. Успел только закупиться эликсирами, как на выходе из шаманской лавки меня встретило несколько воинов вместе со старостой.

— Твое время вышло, Изгой! — староста даже не пытался быть вежливым, плюнув под ноги. — Мы благодарим тебя за помощь племени. Мы выполнили свое обещание, и тебе пора уходить.

— Обращайтесь, — грусть, я-то надеялся на какие-нибудь полезные плюшки, но с благодарностью, похоже, тут туговато. — Выход сам найду.

Я сверился с картой, потом со статусом своих спутников. Ксоко еще была в деревне, а Чаки охотился неподалеку. Каким-то образом, пока я был в реале, оба прибавили себе по уровню. Пускай для туземцев я изгой, для Хранителей — враг, а для Орды — заноза в жопе, хоть они об этом еще и не знают, но небольшая команда, пусть и с искусственным интеллектом, у меня уже есть

Километров через двадцать, после потненькой, но освежающей мечущиеся мысли пробежки, устроил привал и обнаружил несколько новых входящих сообщений.

От неизвестного контакта:

«Это Уокер. Надо поговорить, прими контакт, созвонимся».

«Шеф! Все пропало!»

«И я, к сожалению, не стебусь».

«Найтгард сменил все коды доступа».

«Надеюсь, у тебя есть план!»

«Ведь есть?»

«Кстати, как там было то? А то фоткам не все понятно».

От Джагга:

«Уокер хочет поговорить про Нику. Ответь ему, не будь козлом».

Я чуть не поперхнулся чаем, который только успел заварить на привале, от такой наглости мурлока. Это я-то козел, жаба ты мерзкая? Ну вы там совсем берега попутали, черти ордынские.

Ответ я дал короткий: «пошел в жопу» и точка. Нет, лучше так: «Иди в мурлочное очко!»

Теперь точка, и потом сразу в бан обоих, а на Уокера, не удержался, еще и как на спамера жалобу отправил. И что-то меня переклинило, психанул, подскочил и проорался, распинал горящий костер и начал круги вокруг углей наматывать. У меня с вами разговор короткий, намного короче, чем у Уокера с Ишутиной, но с тем же результатом.

Бррр, успокоился только когда понял, что в обуви осталось меньше трети прочности, а угли начинают снижать здоровье.

А потом вдруг понял, что я больше не один в этой чаще. Что за мной кто-то наблюдает. На периферии зрения мелькнул призрачный силуэт черного ягуара.

«Дамы и господа, мальчики, девочки и неопределившиеся, добро пожаловать в специальный выпуск Вечернего Эфира с кратким обзором произошедшего за неделю. И начнем мы с новостей с Авроры. Что принес нам этот чудный новый мир, материк приона, мифрила, страшных проклятий и жреческих культов, временных союзов и, по слухам, отличной рыбалки?

Огненный город Динасдан в очередной раз оправдывает свое название — он горит. Орда взяла город в плотное кольцо и каждый день устраивает бомбардировки Аквилонским огнем, пытаясь сломить дух защитников. По прогнозам наших аналитиков, падение города — это вопрос всего лишь нескольких дней. Армия Легиона выдвинулась из Ханагги, и как только они соединятся с осаждающими, произойдет финальный штурм. Не переживайте, корреспонденты Вечернего Эфира уже занимают лучшие съемочные места и будут вести прямые трансляции с места событий.

Но не стоит думать, что у Орды все в порядке. Армия мурлоков вместе со своей королевой, без объяснения причин, в разгар очередной атаки снялась со своих позиций и покинула поле боя в неизвестном направлении. По информации сразу из нескольких источников — это не спланированная акция или тактическая операция по переброске резерва, а неизвестный внутренний конфликт.

Переходим к новостям экономики. На аукционах очередной виток роста цен на информацию о Слезе Авроры. К установленным ранее запросам и ставкам присоединилась Орда, и цены с драконьей скоростью помчались вверх. А когда я говорю про драконов, я имею ввиду не медлительных хромых виверн и не мешки с костями от некромантов, а самых настоящих изумрудных, установивших новый рекорд скорости на прошлогодних гонках.

На Теллусе и Веспере дефицит оружия и брони, зато рухнули цены на корабли и массово закрываются только недавно открытые верфи. Все ждут релиза Авроры, открытия порталов между материками и второй волны переселенцев и захватчиков.

Новости есть и из реала. К сожалению, очень плохие. Мне кажется, об этом уже все написали, но если по какой-то причине вы все свое время проводите в виртуальной реальности и пропустили события реального мира, то сейчас мы это исправим. Эфир скорбит о потере, а корпорация DRUGA хоронит одного из своих акционеров — Николь Берже, совсем недавно получившая в наследство акции компании, но уже полюбившаяся общественности за благотворительные проекты, в которых она участвовала, возглавляя инновационный интернат-центр для одаренных детей сирот и беженцев из стран третьего мира.

Трагедия произошла вчера ночью. По информации парижской полиции, злоумышленники проникли в здание интерната с целью ограбления. Силой и пытками вынудили сделать перевод на крупную сумму. От полученных травм несовместимых с жизнью девушка скончалась. Подозреваемые не установлены, но ведется следствие.

Похороны пройдут через несколько дней, и по мнению остальных акционеров, лучший способ почтить память человека, беззаветно влюбленного в игру, это выпустить обновление в релиз. Есть несогласные с этим решением, но их меньшинство. Так что в ближайшие три дня нас ждет серия стресс-тестов серверов, а потом торжественный старт обновления Авроры.

И сопутствующая новость для гильдии скульпторов — объявлен конкурс на создание статуи…»

Я успокаивался, мельком читал новости и краем глаза косился на черного ягуара, отсвечивающего сквозь деревья. Крупная черная кошка с редкими коричневыми подпалинами, мощные толстые лапы, короткие уши и яркие глаза цвета солнечного лайма. Вроде тот же самый, что завалил орла в ролике, только старше что ли. Заматерел бродяга, ухо одно порвано, через всю морду идет белый шрам. Как только зверь понял, что я его заметил, тут же бесшумно растворился в тени деревьев.

И сразу как он исчез, вокруг будто вернулась жизнь. Послышались шуршания листьев, приближающиеся крики зверей, на лиане свесилась огромная змеюка и зашипела в мою сторону. С уходом ягуара будто защитный периметр открылся, и чаща вспомнила, что совсем не дружелюбна для туристов. А рекомендованный уровень нахождения в локации между прочим двести плюс, так что опрометчиво я булки расслабил, чаек попивая.

Явление духа ягуара сбивало с толку. Может, очередной баг, а может, я скрытый квест активировал, когда в орла вселился. Не нападает, и уже хорошо, вот только, что ему нужно, пока непонятно.

Зато резко стало понятно, что нужно всем остальным обитателям этого леса. Одновременно из-за деревьев выскочила здоровая свинья, похожая на мутировавшего тапира, а сверху упало несколько змей. И понеслась!

От града змей я просто ушел новым навыком телепорта, а с тапиром оказалось сложнее. Странная конструкция, очень уж похожая на обрез двустволки, которую природа установила животному вместо носа, дуплетом харкнула в место, где я появился. Зеленая слизь на лету преобразовалась в газовое облако, моментально ударив по всем органам чувств. Слух и зрение будто уполовинили, руки и ноги налились тяжестью, а когда я, наконец, смог выбраться из облака и проморгался, тапир уже был передо мной и скалил тупые гнилые зубы, задрав «двустволку» к небу. Первый укус я пропустил, на второй уже ответил прионовым клинком. Ударил наотмашь и сразу прыгнул сверху, пробив несколько раз за ухом. Зверь заверещал, и из ран вместо крови брызнула новая порция ядовитого тумана. Я закашлялся, дернулся назад, но споткнулся о поваленное дерево. И все бы ничего, но дерево резко изогнулось и бросилось на меня. Мигнула системная подсказка «Анаконда Че-Ру», а потом свет пропал совсем, а голову и шею сдавило что-то холодное.

Вместе с удушьем начался приступ паники, я лихорадочно включал и выключал умения, пытаясь спастись. Помогла только полная трансформация, на пару секунд в голове прояснилось, и я смог сделать вдох. А потом вцепился зубами в толстую шкуру, прокусил и под действием навыка «гурман» стал впитывать отголоски приона из анаконды. Сформировал короткие клинки и стал потрошить змею, где только мог дотянуться, по сути кромсая ее на куски. Хватка разжалась, с меня свалился примерно метровый кусок, а часть с головой корчилася на земле, пытаясь сбежать, но скорее рефлекторно.

Добить голову я не успел, получив боковой удар тараном от нового тапира. Да, что же вы лезете-то? Меня отбросило в сторону, а тапир заскользил, спотыкаясь на внутренностях анаконды, и не смог быстро развернуться. В дело вступил «Хоукмун». Я отполз, уперся спиной в толстое дерево, чтобы никто не подкрался сзади, и начал палить во все, что на меня неслось. И только успевал перезаряжаться.

Когда тапиры кончились, на меня напали обезьяны, какой-то подвид мордастых мартышек, которые раньше никогда не нападали на игроков, а сейчас будто словив вирус бешенства, скакали по лианам, скалились и устроили целый артобстрел яркими плодами с колючей шкуркой. Если такая попадала на открытые участки тела, то колючки впивались на пару сантиметров, как занозы, и по капельке вытягивали единицы здоровья.

Передохнуть я смог только расстреляв четыре барабана, но не истребив даже половины той живности, что пыталась меня сожрать. Просто из чащи шло что-то большое, что спугнуло остальных. Очень хотелось, чтобы вернулся ягуар, но судя по звукам трескавшихся веток, там шло нечто совсем не грациозное. Я ушел телепортом на толстую ветку дерева, а потом выше и еще выше, забравшись под самую крону и спрятавшись в большом дупле, предварительно пристрелив там бешеную белку. Если конечно это была белка, по размерам она скорее походила на крупную собаку. На земле послышалось тяжелое дыхание и то ли обиженное, то ли удивленное сопение. Ствол задрожал от удара, а потом что-то очень тяжелое прилегло на землю. Я аккуратно высунулся, но смог разглядеть только широкую чешуйчатую спину и затылок с воротником из костяных наростов. Трицератопс что ли какой-то?

«В Эфире! Внимание! На серверах Авроры активирован режим стресс-теста. Повышен уровень агрессии у мобов. Возможна временная миграция именных боссов вне зон их обитания. Если уровень опасности окажется для вашего персонажа слишком высок, рекомендуем остаться за стенами крупных городов и практиковать мирные профессиональные навыки. С подробным списком гильдейских активностей, запущенных на время стресс-теста вы можете ознакомиться на форуме бета-тестеров в разделе для гильдий».

«В Эфире! Получен новый уровень. Текущий уровень 127»

«В Эфире! Получен новый уровень. Текущий уровень 128»

«В Эфире! Получен новый уровень. Текущий уровень 129»

Только новость о трех полученных уровнях, хоть как-то сгладила новость об очередной подставе разрабов. Хотя кому подстава, а кому царский подгон опыта! Поглядывая на замершего трицератопса внизу, уснул он там что ли, я восстановил здоровье с прионом, вызвал спутников и активировал Ку-Кулька. Зарядил в «Хоукмун» свои любимые риповские пули, вылез на ветку и как заправский прыгун с трамплина, красуясь перед обезьянами, через тройное сальто бросился вниз…

Никогда не любил однотипный и бессмысленный гринд, если только не нужно было отвлечься и подумать о чем-то важном и зудящем в голове, но сейчас это был какой-то неправильный гринд, неправильные пчелы, тапиры, обезьяны, кайманы, койоты и еще десяток наименований монстров, вылезающих из всех щелей. Неправильным гринд был именно из-за сложности и разнообразия монстров и из-за повышенной редкости добычи. Не знаю, что досталось игрокам в обжитых землях, но у меня тут был Клондайк, даже из игры выходить не хотелось.

Чуть сменив тактику, мы с Ку-Кульком стали выполнять роль танков, а Чаки с Ксоко дамажили издалека. Прионовые кристаллы валились с каждого пятого монстра, зато патроны быстро закончились, а новые среди лута практически не появлялись. Вот уж действительно, ценность предмета определяется степенью важности в данный момент. За один кристалл приона в Ханагге можно было взять два ящика не самых простых пуль. А тут и за три ящика кристаллов никто не продаст даже гильзы.

В общем, это был кайф! Кайф от быстрого роста уровней, а к моменту выхода из игры мне накинули еще шесть штук. Кайф от лутания монстров, я не только собрал пять редких трофеев для гильдии монстроловов, но и поднял денег на собственный трактир где-нибудь в развлекательном квартале в вольном городе Коба. Кайф от трансформации, которая перешла на следующий уровень, ускорив перезарядку всех навыков и позволив создавать сдвоенные клинки и удваивать очки силы в отдельных частях тела. Уже не просто Веном, а микс из Россомахи и Железного кулака, который способен концентрированным ударом свалить дерево или пробить броню очередного динозавра. Очень хотелось проверить новый навык на созданиях Механиков, но настолько миграция монстров в игре не произошла.

Прошли мы мало, не больше десяти километров, постоянно отвлекаясь на избиение монстров или поиск обходных путей, когда встречалась настолько дикая тварюга из древних преданий туземцев, что даже толпой шансов справится не было.

Постоянно зудело чувство, будто за нами кто-то следит. И несколько раз я замечал ягуара, но от любой попытки приблизится кошка растворялась в тени. Чувство, будто кто-то не только наблюдает, но и зовет куда-то, проходило не всегда, а ближе к концу игровой сессии, наоборот, только усилилось. Сначала я решил, что это новый приступ боли, пробивающийся из реала. Но потом понял, что такая тяга мне уже знакома — это «Зов предков», один из навыков Вождя.

— Добро пожаловать в реальный мир, — Ника встречала возле капсулы, протягивая таблетку и стакан с водой. — Там, говорят, что ты на сообщения не отвечаешь, а вопросы важные задают.

— Черт, вылетело из головы, — совсем забыл про Алису и про эти доступы, заигрался, а теперь все как нахлынуло, что аж настроение испортилось, — Ща ответим. Дома все в порядке?

— Усилили охрану, Итон прислал дополнительных мордоворотов. Но все тихо.

Я как-то очень быстро перехватил привычку и любовь Алисы к водным процедурам. Тропический душ, гидромассаж в джакузи и просто заплывы в бассейне — мышцы приходили в тонус, да и думалось продуктивней. А вот хамам, баня и флоатинг мне не зашли, от жары болела голова, а ванна с соленой водой, создававшая эффект невесомости, слишком сильно напоминала ощущения от пустоты Эфира. Но приходилось терпеть, расписание в этом мини аквапарке, когда-то составленное Алисой, соблюдалось неукоснительно.

После всех процедур последовал довольно вкусный ужин по древнему русскому рецепту, когда кусочки мяса обваливают в тесте, варят это все и подают с белым молочным соусом, мы такое в Таламусе ели иногда. Название еще было смешное, но как ни пытался, вспомнить не смог. Съел много, остановился только, ощутив тяжесть в животе, удостоверился, что собаки на улице, и побрел в игровую Эйпа.

Патч с островом был готов, последние дни я только вносил косметические, или, как любят говорить разработчики, минорные правки. Добавил на остров маленькую деревню, несколько десятков неписей и сгенерировал квест, по которому мог стать старостой этого поселения. Кто знает, как сложится, хоть будет у меня собственный остров с недвижимостью и культурой.

Как установить обновление на резервные сервера и активировать их в нужный момент, я тоже придумал. Объединил старые наработки по скрытому воздействию на капсулы, замаскировал патч под безобидную диагностику. И даже провел небольшое тестирование, используя коды доступа Эйпа. Активировать патч было рано, во-первых, снесут при первом же обновлении или с релизом, а во-вторых, оставалось в Эфире все подготовить, в-третьих, нужно было еще обмануть саму капсулу. Геопозиции и айпи адреса у меня и у Уокера в момент перехода должны совпадать. Данных Уокера у меня нет и скорее всего не будет, манипулировать я смогу только капсулой Алисы и сбить калибровку в момент анализа системы. Звучит, конечно, не надежно, но может и сработать. Как это сделать, я пока не представлял, но время и объект для экспериментов, который не жалко сломать (капсула Эйпа), как раз стоял у меня перед глазами.

А теперь все — лавочка закрылась. Что данные Эйпа, что Алисы — все выдавало ошибку подключения. Об удаленной установке можно было забыть. Но ножками, по старинке, все еще было возможно.

Пообщались с Алисой на эту тему, копнули архивы и поисковики, оказалось, что даже город покидать не придется. Один из дата-центров как раз находился в Новом Берлине, в одном из первых офисов DRUGA, том самом, где все и началось. Сейчас там базировались гейм-дизайнеры и сценаристы с доступом к серверам для проверки гипотез и тестов. И подходил он идеально, если бы не факт, что это, возможно, самое охраняемое здание в городе.

Алиса там бывала неоднократно, но сказать что-то путное об устройстве службы безопасности или банально нарисовать план здания она не могла. Как она выразилась, не ее сфера интересов обращать внимание на всякую фигню.

Пришлось поднимать те немногие связи, которые у меня были в реале. Крыса по своим каналам пообещала найти план здания, заодно я пригласил ее в путешествие за легким опытом и бешеными монстрами, а Руслан за нескромный гонорар взялся искать уязвимости в охране офиса.

Я перенес свой патч-вирус на флешку, поколдовал немножко так, чтобы программа смогла спрятаться и развернуться сама, как только попадет на сервер. Сделал несколько копий и попрятал их по игровым автоматам, кроме одной, которая теперь висела у меня под футболкой в виде кулончика и всегда была под рукой.

Пока проводил все эти манипуляции, параллельно ругался с Алисой. Она никак не могла понять, почему я не заманил Уокера, если тот сам готов встречаться. Алиса напирала, что он узнал про Нику и готов теперь рвать и метать, лишь бы получить хоть какую-то информацию, а на встречу с дочерью прибежит хоть на край света, не то что на какой-то остров, благо кораблей у него полно.

Но я так не мог. Одно дело заманить его пусть и хитростью, но зато какой-то честной и благородной. И совсем другое дело давить на, возможно, самое больное, что есть у человека. И на мой взгляд, пусть чрезмерно озлобленного, но все же еще человека. Так я не мог, а Алиса не могла понять меня. И, пожалуй, это было самым приятным — начни я думать, как основатели, согласись я на такие методы — можно было бы дальше и не продолжать ничего, пойти в спальню, достать «ругер» да вышибить себе и Алисе мозги. Не мой это путь, зато пока спорили, мне пришла другая идея.

Я просто заберу у Уокера то самое ценное, что есть у него в игре, — я угоню его корабль-остров!

Алиса согласилась, что затея может сработать, но продолжала меня обрабатывать, поэтому я просто отключился и пошел спать.

Сон, еда, обезболивающее, взлом капсулы, гринд, опыт, лут, зов Вождя, сон, еда, гринд, опыт, лут, тень ягуара, сон, водка… И так по кругу — медленно, но верно я продвигался к месту последней известной стычки изгоев с туземцами. В Эфире ко мне присоединилась Крыса, и продвижение чуть ускорилось, могло бы быть и быстрее, если бы охотница не тратила время на свежевание монстров и сбор трофеев для гильдии. Но я не жаловался, просто шел вперед или пытался догнать черного ягуара. Чем ближе мы подходили к цели, тем чаще он появлялся, но по-прежнему не шел на контакт. Зато зов Вождя становился все сильнее и сильнее и будто нагонял в момент входа в игру, отступая к концу сессии.

В игре я был от звонка до звонка, точнее до системного сообщения с рекомендациями организации здравоохранения. Была четкая цель собрать максимальное количество опыта, пока он сам вместе с монстрами бежит тебе в руки. И результат мог любого задрота заставить плакать от зависти. Моему персонажу добавили двадцать пять уровней на основу и два уровня к трансформации. Патроны давным-давно закончились, даже тот запас, что Крыса принесла, и я отрабатывал связку клинков и телепорта, доведя их возможности до максимума.

Драйк со своих первых уровней скакнул сразу к сотому и хоть внешне не изменился, но молниями начал жарить так, что Крыса потом не могла трофей отскоблить от обугленных тел. Ку-Кулек продвинулся слабо и перевалил только за десятый уровень, у пета была какая-то своя система прокачки, и шла она уже медленней. Зато наглядней, еще пару уровней и можно будет его в ездовое животное переделывать.

В реале много спал, закидывался таблетками, запивал все водкой, и как только боль отпускала, вырубался. Но все равно перед глазами яркими пятнами мельтешили монстры, пройденные за день, а руки, будто еще с клинками, рефлекторно тискали подушки.

Опробовать обновление игры удалось не сразу. Сам релиз я проспал, точнее специально подгадал с графиком, чтобы игра ушла на техобслуживание, пока я в реале.

А потом пришлось участвовать в онлайн-похоронах Кристины. Во Францию я не поехал, но пришлось смотреть трансляцию процесса в прямом эфире и даже прочитать короткую, подготовленную Никой речь. Так, впрочем, поступили все члены Тринайти, при этом народу на прощание согнали много, как детей из Таламуса, так и нанятых актеров для массовки и красивой картинки для прессы.

Еле вытерпел до конца, развлекался тем, что запоминал лица и продумывал прощальные речи, которые реально хотел бы сказать каждому из них. Как только этот фарс закончился, побежал в игру, благо до места из видео с битвой оставалось всего пара километров.

Крысы онлайн не было, но ждать я ее не стал. Адаптировался к зову Вождя, сначала режет, будто комар над ухом, а потом ничего — привыкаешь. Собрал банду и, уже не чувствуя повышенного внимания монстров, ломанулся вперед.

Не знаю, как там в столицах встретили релиз, но у нас в глуши особо ничего не поменялось, может, только чуть ярче краски стали, да новые запахи появились.

Хотя нет, не новые, просто незнакомые. Чудилось что-то трупное с примесью сушеной рыбы, мочи и карамели, но будто почти выветрилось.

Источник запахов обнаружился почти сразу, стоило пройти чуть дальше по заросшей сорняками дороге. Несколько присыпанных землей обветренных полуразложившихся трупов изгоев и большая куча птичьих костей и перьев. Там, где не осела пыль с землей, торчали желтые кости, покрытые фиолетовой пленкой, похожей на сопли. Оно то и воняло, но что-то я не припомню в киношке ничего подобного, там только чистая физика мелькала без ядов и прочих химикатов.

Подойдя ближе, я увидел следы, которых по фильму тут быть не могло. В центре отпечаталась круглая подушечка, из которой по кругу торчало десять длинных пальцев, судя по углублениям в земле, с загнутыми когтями, а чуть дальше, где у нормального существа предполагалась пятка, в землю впился след сдвоенного копыта. Длина шага едва не дотягивала до двух моих, и это при том, что неведомый зверь передвигался на четырех конечностях. Интересный кто-то заглянул к изгоям на огонек, вопрос только тогда вмешалось или уже на трупы приползло. Зажав нос, я зачем-то потрогал слизь пальцем и через жгучую боль получил опыт и новые знания в дневнике Артейла.

Уктена — он же рогатый змей, он же местный аналог кислотного дракона, которого всегда сопровождает свита из падальщиков, откладывающих яйца в трупы поверженных врагов, и сочится ядовитая слюна, которая переполняет его пасть.

По отметкам этой слюны я и пошел дальше. Если следы в каких-то местах затянулись или покрылись травой, то прожженные попахивающие дырки от слюны природа будто обходила стороной.

Начались горы, сначала совсем дохленькие и невзрачные, действительно будто серые. А потом дорогу пересекла широкая река, которая завела в затопленную долину. Из воды, как щупальца гигантского кракена, торчали обломки скал. Где-то острые, направленные в небо, а где-то загнутые наподобие радуги. Самый дальний кусок горы, который я мог разглядеть, вообще был завернут кругом, как бублик, а в центре горел магический сгусток.

И тишина, и мертвые с косами стоят — как-то нервно стало, что опять флешбеки из Таламуса полезли. Но тишина пробирала, жуткая, мрачная и мертвая, и только шелест воды где-то вдалеке.

Я телепортировался с берега на ближайший кусок скалы и замер. Из-за каменного отростка выплыло тело. Разбухшее, перепачканное зеленой слизью тело туземца-изгоя, за ним еще одно, а потом еще несколько медленно проплывали в паре метров от меня. Будто где-то за углом вдруг открыли запруду, выпустив мертвецов на свободу.

После седьмого тела появился небольшой просвет, тут же заполнившийся зеленой слизью, а потом появились рога, зубастая морда с абсолютно пустым взглядом и высунутым раздвоенным языком, и довольно долго тянулось длинное чешуйчатое тело. Страшная уктена во всей красе. Только мертвая. За ней опять поплыли тела изгоев, и я понял, что опоздал.

Я не мог определить время смерти по внешнему виду трупов. А их становилось все больше и больше, из-за разных скальных отростков появлялись тела женщин, детей и стариков — все разбухшие от воды, часть покрыта слабо светящейся слизью, а другая со вполне обычными ранами, но, как говорится, несовместимыми с жизнью.

К виду мертвых в игре привыкаешь довольно быстро, и не такое видали, но абсолютная тишина — это уже было что-то новенькое. Кроме тел все вокруг замерло или затаилось. Я поежился, будто на рассвете на рыбалке, когда зябко, пар над водой стоит легкой дымкой и едва слышны всплески воды, но там все равно чувствуется хоть какая-то жизнь. Лягушка квакнет, рыбка заиграется, огонек сигареты треснет в момент затяжки.

Потом выглянет солнце и начнет пригревать, пробуждая весь мир вокруг. Но не здесь, тут хоть два солнца врубай на полную мощность, все равно мертвый вакуум не разогнать.

Я телепортировался еще несколько раз, перескакивая со скалы на скалу, и нашел маленькую незаметную пристань с узкими плоскодонками, гибридом каноэ и гондолы.

Дальше поплыл — следующие скальные фрагменты были уже на приличном расстоянии, могло не хватить дальности телепорта, а в темную воду бултыхнуться где-то посередине желания не было.

Плыл медленно, стараясь не сталкиваться с телами, и каждый раз вздрагивал от громких на фоне тишины ударов веслом по воде. Чем ближе я подплывал к «бублику» со светящимся шаром, тем больше с новых сторон открывалось поселение изгоев. Причем открывалось в прямом смысле этого слова — все скалы были полые с обратной стороны. Те, что поменьше, просто с дуплами-выемками, перекрытыми стенками из тростника. А в тех, что побольше, поместились целые дворы с домами, сараями, мастерскими и огородами. В одной из центральных скал нашелся аналог торговой площади, где одновременно могло поместиться под сотню человек.

Довольно хитро придумано, если смотреть со входа в долину, увидишь только мутную воду и скалы. И если бы не светящийся, как прожектор, «бублик», никто вообще бы не подумал, что в долине не то что кто-нибудь живет, а просто есть хоть что-то ценное.

У каждой полости в камне вырубили удобный причал с креплениями для лодок и ступеньками, дальше шла ограда из аккуратно подогнанных сухих веток, а потом все как у обычных селян в зависимости от вида промысла хозяина — где-то висели рыболовные сети, где-то верстак для починки лодок, встретилась даже кузня. Почти везде стояли кособокие клетки для домашнего зверья или птиц, но сейчас пустые. Изгои жили в хижинах, бедненьких, но добротных, окрашенных в серо-песочный цвет и расписанных яркими символами племен.

И опять никого, будто разом все подскочили и куда-то сбежали, побросав недоделанные дела или не съеденный обед. Я немного побродил по домам, поискал, чем бы поживиться, но все же изгои жили небогато. В одном из домов вспомнил одно из своих первых воплощений, когда нашел детскую люльку и грубые, вырезанные из дерева фигурки духов племен. Собрал их с земли, аккуратно расставил по полкам и поскорее поплыл дальше.

Чем ближе к «бублику», тем крупнее и добротнее попадались дома, и стали появляться следы явной драки: заваленные ограды, сломанная мебель, пятна засохшей крови, но опять ничего живого. Что-то явно согнало всех со своих мест, умертвило и отравило в воду, но что и когда — я так и не смог понять.

Я высадился на острове и стал разглядывать светящийся шар метрового диаметра. Оказалось, что, как и со скалами, тут тоже был подвох — никакой это не шар, а плоский круг, отдаленно похожий на окно портала. От яркого перламутрового света резало глаза, казалось, что круг — единственное живое существо в окрестности. Края шара переливались цветом и едва подрагивали, будто у плывущей медузы, которую нам когда-то показывали в симуляции в Таламусе, чувствовалась легкая вибрация воздуха.

Я проверил системные оповещения на наличие аур или дебаффов, но ничего не нашел. Молниями, огнем или ядом эта штука тоже не плевалась, так что я осмелел, подошел вплотную и протянул руку. Аккуратно кончиком указательного пальца дотронулся до пленки и отдернул руку. Насквозь палец не прошел, но вызвал рябь, побежавшую кругами по всей поверхности.

Я снова протянул руку, и в этот момент что-то черное метнулось на меня с той стороны. Я заметил оскаленную кошачью морду, а в следующее мгновение пленка разлетелась на мельчайшие брызги, и на меня вылетел черный ягуар. И прошел сквозь меня. Мягко приземлился, развернулся и одновременно с системным сообщением, мяукнул, как гудок игрушечного теплохода.

«В Эфире! Вам доступен квест „Путешествие в омут памяти“ духа предков, охраняющего детей без племени. Узнайте историю духа-покровителя изгоев — черного ягуара, первого изгнанного из пантеона младших богов Авроры. Пройдите последний путь духа-защитника вместе и докажите, что вы достойны носить имя „Равный среди первых“.

Награда в случае прохождения: опыт, навык слияния с духом черного ягуара, неизвестно.

Штраф в случае провала: опыт, снижение репутации до уровня „презрение“ со всеми духами-защитниками Авроры, усиление побочных эффектов от применения приона, неизвестно.

Принять? Да или нет?»

Я пока отодвинул системное окошко, чтобы не мельтешило, сделал это очень аккуратно, дабы не нажать случайно на кнопки выбора. Жестковаты что-то условия.

Из плюсов обретение тотема — звучит круто, но как работает, не известно. Из минусов — крест на репутации, а значит, и дальнейший игнор с отказом в помощи. Хотя, не особо то они мне раньше помогали, даже прошлые заслуги в Уасиока без внимания оставили. Так что страшнее потеря опыта и усиление прионовых ломок и язв, которых на теле за время бешеного кача во имя стресс-теста уже и так прибавилось. Правая нога сзади уже как будто с варикозом на последней стадии, и на шее чешется какая-то корка. От этих бы избавится, а тут новые, ускоренные предлагают.

Я посмотрел на ягуара. Боец, красавец, мечта, а не тотем, вот только сейчас он совсем уж по-кошачьи сидел и вылизывал заднюю лапу. Надеюсь, что лапу и что, в случае принятия квеста, облизываться ко мне не полезет.

— Эй, черный, или как там тебя. Большой брат? — я подошел к кошке, присел на корточки и протянул руку, пытаясь понять, призрак он все-таки или материален, да и погладить хотелось. — Ты ведь просто так не расскажешь, куда вы Слезу уволокли?

На ответ я не рассчитывал, а он и не ответил. Поднял голову, опять мяукнул, хотя больше подошло бы слово ряукнул, и уставился на меня пронзительным тяжелым взглядом. Я ответил таким же, еще и глаза прищурил, типа подвох ищу и цену себе набиваю. Понятно, что надо соглашаться. Плюсы, минусы — такая фигня, когда речь идет о чем-то уникальном, что возможно только раз в жизни.

Я дал команду системе, подтверждая согласие на квест, и не в силах уже играть в гляделки, отпустил и будто растворился в этих красивых глазах цвета солнечного лайма.

Я опять попал в синематик трейлер и снова в тело духа-защитника, только на этот раз не смотрел картинку, а стал непосредственно главным действующим лицом. Первый эпизод не требовал никаких усилий, я, будучи совсем маленьким котенком, носился туда-сюда, охотился или играл с другими зверятами. По сути стандартное обучение прошел, только не хватало мерцающих стрелочек, куда бежать, да подсказок, какую кнопку нажать, чтобы ускориться или подпрыгнуть.

Дальше пошло интересней и чем-то напоминало мой собственный жизненный путь. Счастливое звериное детство закончилось довольно быстро, родители, однажды уйдя на охоту, не вернулись, и началось время скитаний. По ходу пьесы ягуар постоянно вляпывался в какие-то проблемы, то на чужую территорию залезет и наваляет кому-нибудь, то сам огребет от старших.

Складывалось ощущение, что историю под духа-защитника писала какая-то влюбленная молодая стажерка из гейм-дизайнеров, хотя могли и конкурс провести среди геймеров на лучший сценарий, в котором опять же победил кто-то чересчур романтический. Так это было или нет, если не лезть в архивы DRUGA, я уже не узнаю, но из родного племени ягуара поперли как раз за влюбленность в самку вожака.

Битву с вожаком я, конечно, же проиграл — другой опции в сценарий не заложили. Но считай прошел второй этап обучения, познав несколько секретных навыков, кроме очевидного «удара лапой» и «смертельной хватки» клыками.

Совсем коротко, в виде флешбеков, пронесся этап скитания между другими племенами, в основном с жесткими конфликтами, погонями и первыми шрамами на теле и в душе молодого ягуара. Чуть подробней показали встречу с богиней Кали, подсадившей Черныша (как я стал его называть) на прион и после серии заданий и испытаний взявшей его в ученики.

Зудом, нервным тиком и постоянным напряжением система вместе с Чернышом передали мне всю ту гамму чувств, которую он испытывал среди других учеников. Новые квесты, дух соперничества, очередные проверки и испытания, а потом и условное распределение среди туземцев, когда на Авроре только-только зарождались племена.

Я попытался прикинуть, сколько же ему лет, но практически сразу сбился. Картинки и события накатывали так быстро, что я боялся отвлечься, чтобы не пропустить какую-нибудь важную деталь. Единственное, что будто стержнем шло через все повествование, — это чувство глубокого одиночества. А на него уже насаживалось все остальное, при этом у Черныша был отвратительный характер, не злобный, но вредный. Насколько это можно было сделать, будучи кошкой, пусть и большой, он умудрялся подгадить каждому, кто хоть как-то оказывался рядом с ним. От каймана до гризли, каждый ощутил от Черныша какую-нибудь подставу. Прям местный Локи, причем с туземцами он также не церемонился. Поэтому, когда ни одно из племен не воззвало к нему, как к защитнику, я даже не удивился.

Добрые туземцы видели в нем темное божество, боялись поминать по ночам и приписывали ему все самое плохое, что с ними случалось. А когда появились первые изгои, не такие, как я — тоже мне преступление, к старосте в дом вломился — а самые настоящие убийцы и подонки, которые воззвали к нему, как к покровителю, это не понравилось уже ему самому. То ли природная вредность включилась, то ли своеобразное чувство справедливости, но те самые первые изгои стали его же первыми жертвами среди людей. А вот те, кто, по его мнению, был изгнан по ошибке, стали получать поддержку и взамен приняли его, как духа-защитника.

И вот, наконец, после череды эпизодов про тяготы изгоев я добрался до момента погони за украденной Слезой. Мотивацию ягуара, зачем воровать Слезу у племен, мне не объяснили, — только передалась тревога и переживания за близких людей. Как-то просто, но может так и надо? Это мои люди, правы они или нет, вопрос десятый. Важно, что сейчас им нужна помощь, и я должен помочь.

Я бежал вдоль дороги, параллельно отряду, укравшему Слезу. Все было настолько реально: напряжение в мышцах, запах пота и пыли давно бегущих людей, короткие переклички, подбадривающих друг дружку, усталых людей, сундук с выжженными на нем символами и блестящими знаками. Я свернул к дороге и чуть было не выпрыгнул из кустов, чтобы поскорее уже добраться до Слезы, но вовремя понял, что из квеста-то выйти с ней не смогу. Я же по сути в закрытом подземелье, только расположено оно не где-то под землей, а во времени.

Я заметил приближающегося орла и бросился ему наперерез. Сбил на подлете, впившись клыками в крыло, и кубарем покатился вместе с ним по земле. По прошлому ролику я знал, чем все закончится с орлом, но вот о присутствии других духов-защитников меня не предупредили.

На дорогу спикировали еще две птицы, отставшие от орла всего на несколько секунд. К моему счастью, не хищные — одна похожая на цаплю, а другая какой-то местный вариант попугая. Да, крупные, да, обе со здоровенными клювами, отливающими прионовой пылью, но все же не бойцы. И пока цапля ввязалась в бой с изгоями, я догрыз орла и бросился на растерявшегося попугая. Думать пернатому надо было раньше, а не когда в толпе на бедных туземцев несся.

Попугаю не хватило скорости ни на нормальный удар клювом, ни на попытку взлететь и разорвать дистанцию. Может, там была припасена какая-то магия, не зря же его хранителем сделали, но активировать я ему ее не дал. Вернул с небес на землю и совсем не грациозно, а как обычная дворовая кошка воробушка, придушил до потери сознания, но убивать не стал. Цаплю вырубил лапой, предварительно усилив ее прионом. В прыжке, с размаху так саданул по хохолку на затылке, что длинная шея хрустнула, а птицу отбросило в кусты.

Птичку было жалко — красивая, элегантная с белыми и голубыми перьями, но, когда я увидел, как она распотрошила трех изгоев, сантименты сразу пропали. Даже подумал добить, но рассудил, что с шеей, свернутой набок, цапля не представляет прямой угрозы.

Зато угроза пришла из джунглей. То ли шум боя, то ли скопление приона, а может, и близость Слезы Авроры, но из чащи полезли стремные, в основном неизвестные ранее монстры, только стаю тапиров узнать и смог, и мелькнуло тело рогатого змея уктены.

Я ряукнул изгоям, призывая их поторопиться, а сам развернулся, собираясь поддержать их отход.

До поселения я еле добрался. Весь израненный, с полоской здоровья между желтой и красной зоной. Правая задняя лапа просто волочилась по земле, морда рассечена, две глубокие раны на боку, явно сломано несколько ребер, и трещина в запястье, мешавшая скакать на трех лапах. Хорошо хоть регенерация у духа-защитника на каком-то запредельном уровне, а то от вида оголенных костей сначала даже не верилось, что дойду. И это при том, что я с уктеной так и не столкнулся, успел отползти, пока этот падальщик бросился на трупы.

У водоема меня ждали. Древний взъерошенный старик с ожерельем из цветов стоял возле небольшого квадратного плота и бормотал что-то себе под нос. По мне так плот был удобным, особенно учитывая, что сил хватило только проползти еще пару метров и плюхнуться на переплетенные ветки. Но ягуару что-то не понравилось, может, недостаточно торжественно встречали. Система предложила порычать на деда, но я отказался, а то кто тогда грести будет.

Мы поплыли примерно тем же маршрутом, каким я шел до квеста, огибая скалы и продвигаясь к месту с порталом. И опять вокруг не было ни души, ни парней с сундуком, ни местных, так что я лишний раз похвалил себя, что не спугнул деда.

Людей я сначала услышал, чем ближе мы подплывали к острову-«бублику», тем громче и тем больше голосов слышалось. Ягуар напрягся, но теперь я точно понимал, от чего. Голоса были громкими, но в них не слышалось ни капли радости, наоборот, явно зрел конфликт, и совсем не детский.

Истеричные выкрики и матерные оскорбления смешивались с недовольным гулом толпы и переходили в новые возгласы, но уже другими голосами. Крикнули, погудели, крикнули в ответ, погудели в ответ и так по кругу. Я почувствовал боль ягуара, смятение и тоску, и непроизвольно завыл. В этот момент мы выплыли из-за скалы и перед моим взором открылся вид на остров.

Первое, что я отметил, что сундука не видно. Толпа из местных жителей плотно облепила центр острова, так что надеюсь, сундук где-то между ними. Здесь, похоже, собралась вся деревня — мужчины, женщины, старики и дети. Каждый с оружием, каждый распален и явно находится на низком старте, чтобы броситься на другого. Злые лица, полные ненависти, обернулись на меня, и только малая часть вздохнула с облегчением, остальные же напряглись еще больше. Они тут Слезу что ли делят? Как дети малые, я типа старший, пришел и наругаю всех, а предмет раздора себе заберу?

Собственно, я так и сделал. Взвыл, зарычал и похромал к центру острова.

Люди расступались неохотно, теснились, прятали глаза, но оружие никто не убрал.

Я шел медленно, оборачивался на людей и рычал, выражая мнение Черныша о том идиотизме, который тут устроили. Наконец, я увидел сундук, но чтобы подойти к нему, пришлось уже не только хмурить морду, а по-нормальному так рявкнуть, демонстрируя самым близким острые клыки. Подействовало. Я смог подойти вплотную, напрячься и взобраться на покореженную крышку. Ее явно пытались вскрыть, но пока безрезультатно. Я по-кошачьи покрутился и свернулся клубочком, высоко вытянув шею и глядя на толпу.

От меня чего-то ждали, но пока я перепроверил уже средний уровень здоровья да собирался с мыслями, принялись галдеть опять. И как назло, на незнакомом мне диалекте. Я различал только отдельные слова, но и их было достаточно, чтобы понять, что у народа сорвало башню от желания обладать Слезой Авроры.

Моментально некогда единая группа изгоев развалилась на изгоев конкретных племен, а потом и на одиночек с собственными желаниями и целями. Точнее желание было одно — стать обладателем могущественного артефакта.

Атмосфера накалялась, произошли первые тычки и хватания за грудки, упала полная женщина, молодой паренек, осмелев, отвесил затрещину здоровому амбалу. Упавшую туземку начали топтать в неразберихе, и она истошно завопила. Крик будто взорвал толпу, послужив сигналом к действию, блеснули клинки, и полилась кровь. Начался жуткий махач, каждый сам за себя — одни рвались к сундуку, рубя все вокруг, другие пытались их остановить только для того, чтобы самим вырваться вперед. Молодой сильный воин почти добежал до меня, но уткнулся лбом о край сундука со стрелой в шее.

Черныш оцепенел, то ли просто офигевая от происходящего, то ли система полностью передала мне управление. Выскочили опции выбора, но стоило мне отвлечься, пытаясь вчитаться, как по кошачьей морде прилетела обитая железом дубина. Вместе с искрами из глаз пришел урон и открылась свежая рана, включились дебаффы. Кровотечение, оглушение и специфические для духа защитника — предательство и потеря веры.

Я с таким раньше не сталкивался, но разбираться, в чем их суть, было некогда. Перепачканная кровью туземка с перекошенным от бешенства лицом и безумным взглядом уже замахивалась, чтобы ударить второй раз. А сбоку к сундуку неслось еще двое изгоев с ловчей сетью.

Не знаю, как сценаристы задумывали прохождение этого квеста, но я че-то психанул…

Остановился только, когда понял, что передо мной стоит мелкий пацан, и пусть и тычет в меня копьем, но все же пацан. Удары были слабые, практически без урона, так что я развернулся, выбирался из кучи мертвых тел и побрел в сторону сундука. Который как раз пытались унести два подраненных туземца, дергая каждый в свою сторону. Я оглядел поле боя — десятка три тел и уже непонятно, я их или сами друг друга перебили. Многие пытались сбежать, либо трусость взяла верх, либо хоть что-то кроме алчности и вожделения Слезы в голове прояснилось. Но у лодок их ждал сюрприз — из воды вынырнули сразу три уктены и, разбрызгивая свою кислотную слюну, стали бросаться на людей.

Выносливость не успевала восстанавливаться, каждый шаг, каждое движение лапой давалось с трудом, но я все же развернулся к уктенам и зарычал. Получилось так себе, ягуар нетвердо стоял на ногах, шкура слиплась от крови, вроде не моей, хотя пару новых ран я точно получил. Трое на одного!

Не самый худший расклад, на Авроре бывает и хуже. Я глянул в систему, подсчитать здоровье и отметить срок действия дебаффов, и с удивлением обнаружил, что в урезанной версии интерфейса все же активна одна опция. С момента, как начался квест, отключились и инвентарь, и навыки трансформации, и окно спутников, но вызов пета был доступен.

Черныш зарычал уже на несколько тонов выше и услышал ответ — стальной рык Ку-Кулька. Даже оборачиваться не пришлось, хватило только ощутить жар за спиной, чтобы понять, что я больше не один. Хотел бы я сейчас сделать скриншот синематик трейлера, как два матерых хищника скалят зубы и готовятся к атаке, но с полным погружением даже лучше чувствовать остроту момента.

Я атаковал первого змея, набросившись ему на спину, пока он добивал одного из последних туземцев, а лавовый пес отстал лишь на мгновение. Ему было проще, кислотная слизь не могла взять мифрил, а от жара просто с шипением и жуткой вонью испарялась. Мне досталось больше, стоило прокусить шкуру уктены, как язык и небо будто кипятком ошпарило, так что в ход шли только когти.

Пока Ку-Кулек добивал первого, пытаясь отгрызть ему рога, уж не знаю, может косточку ему захотелось, я набросился на второго. Прыжок, уход, снова прыжок, каждый раз, сокращая дистанцию, я бил когтями, разрывая шкуру. Вошел в раж, и в какой-то момент стало казаться, что я вовсе не огромная кошка, а черный вертлявый ниндзя с керамбитами в руках. Пофиг, что у ниндзя не было керамбитов, меня перло! Я опять словил тот самый эффект полного погружения, ради которого и ломились все в подобные игры. На грани усталости и эйфории, когда тебе переполняет мощь каждой клеточки тела и отзывается легкой болью каждая мышца, — в такие моменты кажется, что можешь все на свете.

Последнего змея я догнал на краю острова с другой стороны портала в момент, когда он пытался достать облитых слизью туземцев, забившихся в скальную щель вместе с сундуком. Помочь я им уже не смог, только сдвинул мертвую тушу уктены, упавшей на провал, и мысленно попрощался, глядя на счастливые улыбки растерзанных мужиков, сжимавших сундук со Слезой Авроры. Что же она с людьми то делает, раз помирали, а из рук сундук не выпустили?

Ягуар во мне вдруг захотел завыть. Я мысленно отпустил управление и порадовался всплывающему системному уведомлению, а то аж сердце защемило от той боли, что транслировал дух-защитник, потеряв все свое племя.

«В Эфире! Вы выполнили квест „Путешествие в омут памяти“. Прогресс истории раскрыт на 23 %. Вы справились, но большая часть сюжета осталась для вас загадкой. Повторное прохождение не доступно.

Получено 120 000 опыта. Получен новый уровень.

Вы обрели духа-защитника. Вам доступен новый навык в ветке развития трансформации симбионтов — „Превращение в черного ягуара“ 1-го уровня. Длительность превращения зависит от запаса приона, но не более 20 мин. Перезарядка навыка — 2 игровых недели».

Да они похоже издеваются? У меня перед глазами тысячи лет истории материка пролетели, а оказывается, всего лишь двадцать с хвостиком процентов прошел. Не очень-то и хотелось! А вот добраться до сундука именно то, что сейчас нужно!

Я попытался лапой дотянуться в проем, еще не понимая, как буду его вскрывать в образе ягуара, но неведомая сила потянула меня в портал. Перламутровые лучи света мягко окутали мое кошачье тело, приподняли и вынесли к светящемуся шару. Пленка натянулась, завибрировала и, мигнув темнотой, меня выкинуло с обратной стороны в образе Данте.

Конец ознакомительного фрагмента