«Сияние жизни»

Дормиенс

Сияние жизни

Часть 1

Берега Атомных земель

На советском полигоне испытания бомбы. Американцы вычисляют мощность — выходит 20 мегатонн.

— Да зачем вам такая мощная? — спрашивает Госсекретарь США у посла СССР.

— Да мы думали, ну что такое — 20 мегатонн? А оно как Е**НЕТ!

«До чего же странный вопрос…» Он нетерпеливо кивнул и сейчас же вернул голову в прежнее положение — то есть слегка поднял подбородок, вытягивая шею вперед, по направлению к рукам, которые вот-вот принесут долгожданное избавление от мрака. И избавление пришло. У самого уха отчетливо щелкнули ножницы, отрезая узел, и уверенные пальцы подцепили высвобожденный край бинта. С каждым размотанным витком марли росло раздражение, нетерпение и… страх: а вдруг?.. Вдруг он уже должен видеть? Или нет, не так: вдруг он НЕ должен видеть, а все еще ждет этого? Вдруг бинты исчезнут, а тьма — нет?..

— Подождите, сейчас.

Синдзи напрягся, чувствуя, как бисеринки холодного пота на шее набухают, становятся все крупнее. Шуршание ткани: доктор отворачивается. «Нет… Пожалуйста…»

— Аянами, закройте жалюзи, пожалуйста.

— Да, доктор.

Мягкие пальцы уже коснулись слегка влажной кожи под самым веком — там, где только что лежал плотный слой бинтов. И — вот он. Божественный, неземной свет. Сперва ослепительный, немного мутный, клетчатый, никакой, но становящийся все насыщеннее, все волшебнее.

— Ну, зачем вы под бинтами глаза открыли-то? Больно же?

— Никак нет, доктор! Волшебно!

— Э, куда пальцами-то, куда?

Не помня себя от радости, Синдзи ощупал шершавые от затянувшихся мелких ранок веки и вновь открыл глаза, с улыбкой глядя на вечно недовольного доктора. «Я запомню, как его зовут, обязательно на этот раз запомню!» — пообещал он сам себе, широко улыбаясь, пока тампон с едко пахнущим раствором охаживал его вновь стиснутые веки.

— Дурак вы, младший лейтенант, при всем моем уважении, — сварливо говорил доктор. — Если бы не ваши глупые нагрузки при таких травмах…