«Пилигрим 4»

Константин Калбанов

Пилигрим 4

Глава 1 Возвращение

Михаил принял клинок под углом, увел его в сторону и тут же контратаковал. Меч прошел по верхней кромке жита, срезав тонкую стружку железной окантовки и дубовую щепу. Казалось острие едва дотянулось до шее противника, но этого оказалось достаточно, чтобы развалить ему глотку. Тот сразу же позабыл о драке, схватившись за разверстую рану, пытаясь сделать вдох и захлебываясь собственной кровью.

Очередную атаку, Романов принял на щит. Положение оказалось неудобным, а потому не до изысков, и защита вышла жесткой. Обрушившийся на преграду удар болезненно отозвался в левой руке, несмотря на поддевку, наруч и кольчугу. Здоровый детина, что тут еще сказать.

Михаил контратаковал щитом. Противник принял ее на свой щит, и тут приплясывающие лошади их развели. Впрочем Романова это не остановило. Мгновение и меч повис на темляке, а пальцы схватились за рукоять метательного ножа. Замах получился не очень, из за болтающегося на запястье клинка. Но и половец был обряжен не в серьезный доспех, а всего лишь в кожу. Так что, тонкое жало тяжелого граненого клинка без труда пробило его, и впилось в тело. Убит или ранен, уже неважно. Этот не боец.

Воспользовавшись мгновением передышки, Михаил привстал в стременах, пытаясь охватить всю картину в целом, и оценить обстановку. И тут же в грудь ударила стрела. Ламеллярный доспех выдержал натиск бронебойного наконечника, рикошетировавшего от вороненной стальной пластины.

Зато самого Романова ощутимо толкнуло в грудь, да так, что он не удержался и опустился в седло. Чтобы удержаться, пришлось натянуть повод так, что верный конь встал на дыбы. Всадник едва не вывалился из седла, но все же сумел и сам удержаться, и с животным совладать.

Впрочем, нет худа без добра. Жеребец отчаянно взбивая перед собой воздух, обрушил копыта на очередного степняка. Тот сумел прикрыться щитом, но в то же время, вместе со своей лошадью повалился в ковыль, тем самым ненадолго обезопасив Михаила с этой стороны.

Как ни краток был миг, но Романов все же успел рассмотреть, что в седле оставалось только двое гвардейцев, сражавшихся в полном окружении. Как и то, что они тщетно рвутся к нему, но силы слишком неравные.