«Девичий цвет»

Сергей Елис

Девичий цвет

Мышцы ныли от переутомления. Казалось, я не смогу просто подняться с татами. А уж о продолжении спарринга и речи быть не может.

Но насмешливый взгляд сэнсэя жёг затылок, и, кое-как перевернувшись на бок, я, опираясь о колено, смогла встать. Чтобы спустя секунду вновь оказаться внизу. В этот раз с заломленной за спину рукой.

— Достаточно, Куэбэцу.

Меня тот час же отпустили и даже помогли встать. Всё-таки неплохой парень этот Куэбэцу, хоть и помял меня знатно. Даже в тренировочном бою не может быть пощады. Это я усвоила навсегда. С самой первой схватки, когда меня, ещё тогда неоперившуюся ученицу четвёртого кю, поставили против мастера второго дана.

Конечно, тогда меня пожалели и не били в полную силу. Как-никак мой проступок был не слишком тяжёл. Я всего лишь разбила нос одному из хулиганов, что приставал ко мне в школе. Для этого мне даже не пришлось вытаскивать синай из ножен. Хватило и резкого тычка рукоятью моего бамбукового меча.

Вот только сэнсэю очень не понравилось моё поведение. И, чтобы показать мне насколько я не права, используя своё превосходство во владении боевыми искусствами, он применил этот несложный метод. Заставил меня биться с гораздо более сильным противником практически без шанса на победу.

Урок я вынесла. Вместе с десятком новых синяков и царапин. Не спасли даже доспехи. Теперь, прежде чем ответить физически я стараюсь показать обидчику, что он не прав морально. Чаще всего срабатывает. Ну а если, что-то пойдёт не так, всегда есть вариант вернуться к отработке ударов на макиваре. Успокаивает великолепно.

— Послушай Елена, ты сегодня слишком расслаблена. Где твоя концентрация? — обратился ко мне учитель.

Накаяма Сэтори, мой сэнсэй несмотря на свой почтенный возраст, почти 105 лет, ещё мог не только крепко держать меч, но и учить этому прекрасному боевому искусство других. И сейчас, внимательно глядя мне в глаза, он ждал честного ответа. Вот только дать его я не могла.

Причин тому было множество. А самая главная в том, что я не хотела его разочаровать. Слишком уж много учитель вложил в меня. А ведь моя кровь даже наполовину не была японской. Так четверть того, четверть этого. Я вообще удивлена, что меня приняли в ученики к такому мастеру, как Накаяма. Именно поэтому сейчас мне совершенно не хотелось говорить правду о том, что я, возможно, буду бросать занятия кэндо.

— Простите меня Накаяма-сан, я действительно немного устала после занятий в университете. Обещаю, больше такого не повторится.

В какой-то степени это даже не было ложью, ведь скоро я действительно уйду из его школы кэндо. И значит больше таких проколов не будет.

— Тебе нужно больше отдыхать. Попробуй более планомерно выстроить свой график. Помни, что у нас есть утренние занятия и в выходные дни. А сейчас, думаю, тебе стоит закончить тренировку. Организм должен быть сосредоточен, когда получает новые знания. На сегодня ты свободна.

Коротко попрощавшись со мной, он вернулся к другим ученикам.

Что ж, утренняя тренировка хороший вариант, если только не учитывать мой рабочий график. Где именно в это время я нахожусь на ресепшене капсульного отеля. Почасовая оплата, то, что мне нужно. А дальше занятия в университете, после которых уже поздним вечером я оказываюсь валяющейся на татами с вывернутой рукой.

Вот такое у меня отличное расписание.

Правда, я выбрала его сама. Но если быть до конца откровенной, то вариантов особо много и не было. Сидеть у родителей на шее и ждать перемен к лучшему, либо двигаться вперёд, пусть и такими крохотными шажками.

К тому же передо мной всегда есть пример старшей сестры. Которая улетела с Земли на орбитальные колонии и живёт себе там в неге и роскоши. Успевая при этом присылать нашему немногочисленному семейству десять процентов своей зарплаты. Что в принципе обеспечивает нас, как минимум, всем необходимым. Ну, а остальное в общий бюджет приношу я и пенсия отца и матери.

В общем жить можно, хотя и сложно.

С другой стороны, мне грех жаловаться. В многомиллионном мегаполисе, что занял чуть ли не половину Евразийской пустоши, у большинства населения дела обстоят куда хуже.

Занимая голову такими невеселыми мыслями, я переоделась и, кивнув на прощание нескольким знакомым в зале, вышла наружу. Комплекс, где располагалось додзё представлял собой старое здание вокруг которого настроили кучу объёмных помещений из углеродного волокна. Получилось довольно специфически, если не сказать откровенно уродливо. Вздымающийся ввысь небоскрёб почти в сотню этажей облеплен какими-то нелепыми шаровидными наростами блекло-коричневого цвета. Словно его поверхность поразила какая-то паразитическая болезнь. Да уж, современная архитектура не страдает такими болезнями прошлого, как изящность и стремление к прекрасному. Функциональность и дешевизна, вот её новый девиз.

Зябко передёрнув плечами, я включила обогрев уличного кимоно и быстрым шагом направилась к ближайшей станции магнитки. Как обычно, под вечер местное управление погоды синтезировало грозовые тучи, чтобы провести стандартную очистку городских кварталов при помощи атмосферной жидкости. Раньше это называлось дождём. Сейчас же то, что падало с небес всю ночь могло без проблем разъесть твою кожу, если на тебе не было защитного костюма. Потому все горожане, словно крысы, в тёмное время суток старались особо не высовываться. Конечно, на это влияла и повышенная криминогенная обстановка. Но здесь уже каждый выбирал правила игры для себя сам. Множество благопристойных граждан снимали маску цивилизованности и под покровом темноты творили дикие бесчинства. Разумеется, с разрешения полицейского протектората и только в тех районах, где оплата за патрулирование не была продлена на следующий месяц.

Наконец, я увидела неоновую вывеску магнитки. Светящийся красным, знак указывал на спуск вниз. Оттуда ещё издали повеяло теплом. Похоже, в системе подземных коммуникаций опять барахлили тепловыводящие элементы. Помню, в прошлый раз такая проблема вылилась в нашествие крыс, которые, убегая от адского пекла, заполонили городские улицы. Так что, надеюсь сейчас это просто небольшой сбой.

Пройдя через узкий коридор, исписанный граффити, я оказалась в полутёмной зале, где с одной стороны стояли торговые автоматы, а с другой находились шлюзы, ведущие к общественным капсулам.

Из дальнего края помещения раздались визгливые выкрики и, сменяющий их, идиотский смех. Причём, я не приукрашаю. Действительно создавалось впечатление, что смеётся умственно отсталый. Впрочем, когда издающая эти звуки компания попала в круг света, я поняла, что ошиблась не очень сильно.

Пятёрка непонятного пола маргиналов с ярко-выраженными дешёвыми гендопами явно искала себе приключений в этот вечер. Причём, было видно, что каждый из них уже находился под влиянием каких-либо наркотиков. Вещь, конечно, не запрещённая, но всё же существенно меняющая поведение людей. А если учесть, что у этих «весельчаков» присутствовали генетические дополнения, как минимум второй категории, то воздействие стимулирующих веществ на их мозг было полностью непредсказуемым.

Взять хотя бы того, кто шёл во главе тусовки. Характерный красноватый бугристый вид кожи, говорил о присутствии гена, усиливающего мускульные волокна. Но так как привили его в какой-нибудь дешёвой подпольной лаборатории, то побочный эффект выразился в несимметричном развитии клеток и сращивании их с кожным покровом. Теперь разобрать, где у него пульсирующая мышца, а где обычная кожа было сложно.

У остальных членов компании сложилась та же картина. Где-то глаза слегка светятся, тут понятно поигрались с ДНК ночных животных, другой челюсти сомкнуть не может, клыки выпирают. Ну и специфический запах, круживший еле заметным ореолом, выдавал манипуляции с феромоновыми железами.

Почему и зачем это делалось, вопрос отдельный. У каждого свои представления о красоте, силе, здоровье. Правда, здесь видно сразу, вступать в философские дискуссии никто не намерен. Скорее всего общение после пары вступительных фраз перейдёт в другое состояние. Более близкое. Причём исключительно в физическом смысле.

Собственно, как я думала, всё произошло довольно быстро и сумбурно.

— Ты смотри, что за красавица. А кожа-то какая. Белая, как стиральный порошок. Ещё и «чистенькая» походу. Что она тут забыла?

Начал один из них.

Я стоически молчала. Обвинение в генетической чистоте мне приходилось слышать часто. Причём, я не слишком кичусь своим природным генокодом. Скорее наоборот, мне иногда становится стыдно, что мои родители не смогли позволить себе легальные улучшения для меня. Слишком уж много средств было вложено в мою старшую сестру. И именно из-за её качественного апгрейда, который никак не повлиял на внешний вид, но максимально улучшил физиологическую составляющую вкупе с психологической устойчивостью и приспособляемостью она смогла получить место работника на орбитальных колониях.

Мне же досталось, то что досталось. Дешёвыми дополнениями меня пичкать не стали, а оставили так сказать в первозданной чистоте.

— Ты что глухая, прелесть? Может ещё и немая? Так нам даже удобней будет.

Всё не унимался, начавший говорить, краснобай. Изредка оглядываясь на своих «друзей», он продолжал нести околесицу, которую видимо считал смешной и острой.

В ответ он, конечно, получал жизнерадостное ржание, иногда переходившее в полноценный лошадиный гогот. Однажды я видела старый фильм о мужчинах, что использовали вымершее животное, как способ передвижения. И как раз там конь Джек издавал похожие звуки.