«Сосуд Апокалипсиса»

Савва Градинар

Сосуд Апокалипсиса

Глава 1

Безымянные дети

Яркие солнечные лучи проникли в спальню, разгоняя тёплым светом призраки снов, от которых я всё никак не хотел уходить. Множество красочных образов, видения дальних мест мест затягивали меня всё глубже в сон разноцветным водоворотом.

— Джек! Ты проснулся? Завтрак готов! — раздалось снизу.

Сонливость тут же растаяла, и я сел на кровати. Завтраки пропускать нельзя, ведь мама в последнее время очень старается сделать побольше вкусностей. Скоро ведь обряд инициации, придётся покинуть родное гнездо и отправится в мир. Вот она и хочет порадовать и немного чаще проводить со мной время.

Немного грустно иногда смотреть на маму и сестёр, ведь скоро мы расстанемся, но всё же они хотят, чтобы я исполнил свою мечту. Хотя старшая иногда глумится, что не возьмут меня в герои и я останусь в деревне как и она.

У меня с детства мечта стать настоящим героем. С малых лет я горел мыслью помогать людям и защищать их от зла, вдохновленный подвигами Яра Светоносного, победившего в одиночку орду демонов и принесшего мир в наши земли. С семи лет взялся за меч, стал понемногу изучать сложные потоки магии. Я не был гением в этом, как некоторые мои одногодки, но всё же старался и усердно работал.

Быстро надев штаны и рубаху, я побежал по лестнице вниз, чуть не столкнувшись с Мартой. Старшая сестра покрутила пальцем у виска. Она всегда такая рано утром, ворчливая, словно старая сорокалетняя дева.

— Ещё даже имя не получил, а уже носится сломя голову по дому, словно за бесами гоняется, — сказала она мне вслед.

Вот злыдня, любит про имя напомнить. Всех детей в деревне, до шестнадцати лет, зовут Джек или Джеки, если девочка. Имя дают на обряде инициации, когда с помощью магии старейшины деревни пробуждают истинный дар будущего героя, который рос вместе с ним всё это время. До обряда нас окликают по фамилии в основном, хотя если в одной семье много детей иногда возникает путаница. Моя очередь получить имя должна быть через месяц. Так что пока что я всего лишь Джек Гринан.

— Это не я гоняюсь, это ты, сестра, как спящая муха ползёшь, — сказал я, и едва увернулся от маленькой молнии, сорвавшейся с рук сестры.

— Эх, везёт тебе, что я сонная, — зевая сказала Марта.

Я хотел что-нибудь ответить, но тут нога моя онемела, и я чуть не упал с последней ступеньки носом в пол, едва удержавшись за деревянные перила.

Сверху раздался довольный смешок и звук закрывающейся двери в комнату сони. Значит всё таки попала.

А потом кто-то удивляется, почему у такой черноволосой красавицы с томным взглядом и бледной кожей всё ещё нет жениха. Да кто эту ведьму выдержит у себя дома, чуть что сразу молниями кидается. И это ещё мелочи, неделю назад она мне в комнату телепортировала королевскую лягушку из болота неподалеку. Так эта гадина даже в дверной проём не пролазила, моя комната превратилась в свалку за несколько минут из-за того, что та запаниковала.

И чем я заслужил такую участь? Всего лишь перепутал пирожные и съел её часть. Бррр не завидую мужу Марты.

До стола я шел, волоча парализованную конечность. Пальцы понемногу приходили в себя, отдаваясь по всей ноге неприятным покалыванием.

— О, Марточка снова не в духе. Любишь же ты её с утра побесить, — сказала Джеки, видя как я сажусь за стол.

— Она всегда не в духе. Лучше вообще её не видеть, — пробурчал я.

— А вот это ты зря, ещё соскучиться успеешь по нашей сестрёнке, — рассмеялась Джеки.

Ей было всего десять, но рассуждала она иногда как взрослая. Хотя чаще всего ведёт себя, как обычный ребёнок. Радостный и беззаботный. Она не особо интересовалась героями отдавая предпочтение больше познанию мира. Уже в таком возрасте она знала карту Ландалии лучше меня.

На улице эта рыжеволосая девочка, словно солнце делилась своим позитивным настроем с окружающими. Взрослые, проходя мимо неё, невольно улыбались, а некоторые сердобольные женщины всегда хотели угостить чем-то вкусным.

Многие в деревне уже ждут её инициации, ожидая, что она станет целительницей или даже приобщённной к богам.

Сегодня на завтрак был пышный омлет из яиц птицы акаты. Их разводит дядя Бронкс. Эти забавные птицы с ярко зелёным оперением и непропорционально большими головами считались одной из достопримечательностью деревни. Говорят именно дядя Бронкс сотворил акат, получив подобные способности на инициации. Ходили слухи, что акатовые яйца за пределами деревни на вес золота и подают их только благородным особам из-за изысканного вкуса и полезности.

Когда мы были с Мартой маленькие, то даже делали небольшие сценки за столом, обслуживая друг друга, как благородных, подавая блюда из яиц. Мама хоть и возмущалась, что мы играем за столом, но я видел, что её это веселило.

Прикончив свою порцию, я уже тянулся за добавкой на сковороде в центре стола, как тёплые, слегка полноватые руки обняли меня за шею.

— Эх, и кто тебя будет так кормить, когда ты станешь героем? Будешь едва перекусывать успевать. Может ну его, этот обряд? Потерпи годик, — сказала мама тихо.

— Ну мам, сама же знаешь, что надо, хочется поскорее начать спасать мир, вон старейшина говорил, что демоны снова разбушевались, нужно подкрепление как можно скорее.

В ответ мама лишь рассмеялась, а затем, подойдя к плите, сама наложила мне добавки.

— Старейшина Вагнас видит демонов даже когда ночью бежит в туалет. У него уже лет двадцать демоны бушуют, так что не особо верь старческим бредням. А по поводу инициации я и сама знаю, что ты непреклонен и разумеется нужен этому миру, но можно же маме немного помечтать месяцок до обряда, — подмигнув, сказала она.

Когда завтрак закончился, я пошел мыть посуду и увидел отца во дворе, тот упражнялся с мечом. Учебным, не острым, но в его руках он плясал собственный танец смерти. Отец до сих пор не рассказывал почему так и не стал героем. Лишь пожимал плечами, приговаривая, что так получилось.

— Арен, хватит перед девкам выпендриваться, сходи лучше дров наруби, а то столько сил впустую уходит, — крикнула мама.

— Ничего ты не понимаешь, женщина, настоящему мужику стоит иногда выгулять своё оружие…

— Ты себе боль в спине так нагуляешь, иди уже за дровами, сказала.

Отец что-то проворчал себе под нос, но с мамой лучше не спорить, она и сама может железкой не меньше огреть.

— Джек, ты не забыл, что в кузне работаешь? Я конечно хочу с тобой почаще вот так сидеть, но работу никто не отменял. А ну кышь железки ковать, не хватало, чтобы на тебя жаловаться стали перед инициацией. Ах да, зайди к старейшине после работы, он хотел ещё что-то по магии света показать будущим героям, — сказала мама.

Только тут до меня дошло, что я жутко опаздываю. Даже создавать заклинание полёта времени уже не было, с моими силами оно требовало предварительной подготовки. Поэтому на ходу доедая кусок хлеба я побежал на дым кузнечной печи.

В деревне знают, что вечно геройствовать всё равно не выйдет, вот и приучают не избегать и другой работы, чтобы можно было везде быть при деньгах. Мне выпала помощь в кузне и работа чтеца у старейшины. Денег платили немного, но всё же я получал бесценный опыт. Да и выковать самому себе геройский меч это здорово. Кузнец Пан обещал помочь с этим после ритуала, чтобы я ушёл в мир с самым лучшим мечом.

В кузне стоял уже привычный звон металла. Джек Финрон пришёл в этот раз раньше меня и уже во всю работал над подковой.

— Эй, Гринан, чего это ты сегодня опоздал? Похоже уже не особо хочешь на геройское поприще. Лучше с мамочкой дома посидеть? — сказал рыжеволосый детина и заржал.

Финроны все были такие. Большие, полные, сильные, и зачастую тупые. Но своё отсутствие мозгов они с лихвой покрывали жестокостью к тем, кто слабее их. Когда вместе два или три брата, все остальные Джеки прятались, чтобы не попасться им на пути. Эх, и это будущие герои. Старейшина лишь отмахивался от жалоб на них, говоря, что поле боя изменит их отношения, но иногда и его доводили проказы злополучных братьев.

Один раз я и сам попался в их лапы, словно на пирушку к демонам. Меня тогда всей толпой закинули в реку, а затем обкидывали грязью, пока я не подготовил самое сильное заклинание воды, на которое был способен. Огромный столб воды захватил всю компашку и закинул на середину реки, немного ещё их там покружив. С тех пор они затаили на меня злобу, но пока больше не лезли. В магии они были не так сильны. Но всё могло измениться через неделю, после инициации.

— Да, я задержался, и попрошу прощения у Пана, но я хотя бы не отлыниваю, жалуясь на больной живот, чтобы пойти кидаться камнями в белок, — ответил я, надевая фартук.

— Чего… да я… — замялся рыжий Джек.

Ну всё можно про него забыть на пару часов. Пока он будет пытаться найти очередное оправдание своей лени и скверному характеру, можно успеть выковать пару неплохих заготовок под клинки.

— О, Джек, я уж думал ты не придёшь, задержался же ты, — сказал Пан, заходя в кузню, — Тут работы завались, давай быстрее приступай.

Для кузнеца он был неожиданно худощав, его редкая чёрная борода придавала ему ещё более тщедушный вид, чем было на самом деле. Когда я и Финрон пришли к нему на подработку, то сначала не поверили, как он может вообще поднять молот своей рукой-тростинкой.