«Олимпиец. Том II»

Осколков Артур

Олимпиец Том II

— Пап, а ты знаешь, сколько раз бьется сердце кита?

Император что-то задумчиво промычал в ответ, не отрывая глаз от папки с документами. Затем, перевернул страницу и только после этого посмотрел в сторону дочери.

— Прости, дорогая. Что ты сказала?

Невысокая девочка закатила глаза. Впрочем, она сделала это молча. В свои одиннадцать девочка прекрасно понимала, что любое внимание от отца — это уже редкость. И злиться на него по пустякам как-то глупо.

— Сердце кита, пап. Сколько ударов в минуту?

Последний раз Император слышал о китах, когда Агелай, его начальник по безопасности и правая рука, положил ему на стол доклад о китобоях в Атлантическом океане. И было это два года назад.

Не очень полезно.

Тогда… Мужчина честно попытался прикинуть.

Киты — млекопитающие, а не рыбы. Им нужно выныривать на поверхность, чтобы дышать, но при этом они долгое время способны проводить под водой. Это и огромное тело подразумевает замедленное сердцебиение.

Для человека норма — это шестьдесят-девяносто ударов в минуту. Значит, для кита…

— Я бы сказал… От двадцати до пятнадцати.

Девочка довольно ухмыльнулась. Затем неспешно потянулась и привычным жестом убрала длинные светлые волосы за ухо. И все это время хитро поглядывая на отца.

Специально тянула время, короче.

«Красавица растет» — неожиданно для себя отметил правитель Великий Эллады. «Вся в мать. Лицом и характером».

Мужчина вообще очень любил свою младшую дочь и всячески ее баловал. Именно поэтому девочка была единственной, кому позволялось находиться с Императором во время его работы в кабинете.

Тем более, что она его не отвлекала. Наоборот, глядя на маленькую оторву, мужчина буквально-таки отдыхал душой. А когда ты управляешь могущественной сверхдержавой… Без морального спокойствия никуда.

— Ну что? Близко? — спросил он у довольной дочери. — Или не очень?

Улыба на лице девочки стала еще шире.

— Вообще ни разу. Девять, — наконец не выдержав вскрикнула она и даже подпрыгнула на месте от возбуждения. — Девять в минуту, представляешь?

Мужчина задумчиво посмотрел на дочь.

— Знаешь, ты бы так в школе училась. А то нынешний дневник вгоняет меня в тоску.