«Горелый пирог»

Артём Хворостинский

Горелый пирог

Рванули, радостно хватая воздух, турбинные двигатели, и горизонт озарило новое светило научного прогресса. «Дзынь! Дзынь! Дзынь!» – безбожной трелью ахнула гидродинамическая электропечь. Как после залпа новой партии ракет, в кухню ворвалась взъерошенная дамочка, явно чувствующая себя лишней среди злобно смотрящей на нее массовки сковородок и кастрюль.

– Ах, как же так? Опять пирог пригорел. Глупая печка, что ж ты готовишь так плохо? Наши инженеры старались, на работе сидели допоздна, а ты, ты…

Звали дамочку Лилей Зоевой. Она была хорошей женой, любящей, и только по праздникам гуляющей среди мужских обществ. Ее алые кудри трепетно развивались, даже от легкого дуновения ветра. Одета была по моде, всегда искрила среди своих подруг новыми лоскутными платьями, нежными блузками, отливов бархатной лагуны, и утончающими юбками, что дарили Лили фигуру «песочные часы», которая так нравится мужчинам. Да, я думаю, что она замечательный человек для посиделок в парке и, любуясь тлеющим закатом, с ней даже можно поцеловаться. Но сейчас не об этом…

Из открытой электропечи выпал жалко почерневший яблочный пирог. Первая помощь была бесполезна, пострадавший погиб в заточении огненной темницы.

– Лили, я почувствовал запах гари? Что случилось? Все в порядке?

– Издеваешься? Яблочный пирог вновь сгорел. А я старалась, следовала рецепту покойного дедушки, как он учил: взболтать смесь яиц с сахаром, добавить муку с яблоками, все это залить в готовую формочку, поставить в духовку и ждать сорок минут.

– Ничего страшного, любимая, все равно надо на вкус попробовать. Айда сюда!

Захватил жадными руками сгоревшего бойца толстопузый Август Зоев, муж Лили. В молодости он был невероятным красавцем, но неподалеку открывшаяся булочная сформировала дивизию «Большеротой саранчи», в которую не побоялся вступить наш приятель Август. Повезло, что до перевоплощения он уже был женат на Лили, иначе женился бы на нежных французских круасса́нах. Поэтому проигрышный вид пирога его не остановил. Взяв большую ложку, он зачерпнул всю внутреннюю сладость выпечки и тут же засунул в рот, жадно причмокивая.

– Ну как, дорогой? Вкусно, или сахарку не хватает? – сжавшись, спросила хозяйка.

– Превосходно! – заорал булочный мастер, уничтожая молекулы джема на ложке, – неси ещё, больше мне надо, больше! И сына позови, пусть насладится творением.

В этот момент послышался скрип лестницы, но ее ступеньки в забвении благодарили неведомую сущность, что спускался не глава семьи, уплетающий пирог на кухне. После нескольких звучных шагов из-за стены появилось рыжее, все в веснушках, отважное лицо юноши лет пятнадцати.

Это был Гриша Зоев. С виду был обычным худощавым подростком, бегал со сверстниками, мало увлекался ученостями разными и жил, будто завтра не наступит и будущее еще впереди. Типичный ребенок, что сказать. На отца он совсем не был похож: взгляд амбициозный, уши навострены, и все тело полыхает энергией будущих свершений маленького Наполеона. Отчасти отцовский юношеский запал и был схож с сыном, но время и окружение многое изменило в судьбе школьного красавца.

– Кого я вижу! Гриша, здравствуй, здравствуй, давно тебя не видел! Сидишь вечно в своей комнатушке, журналы листаешь, про супергероев каких-то талдычишь… Не надоело еще баловство свое? А? – поперхнувшись пирогом, лепетал отец, – я-то в твои годы столько девок перецеловал, когда твою-то увижу?

– Пап, это никакое не баловство. Супергерои есть. К нам приезжает их ассоциация в эту среду, они выбирают себе двух добровольцев на обучение, – недовольно бурчал Григорий.

«Хм, пирог выглядит ужасно, однако на вкус говорит муж, что превосходный… Нет уж, так никуда не годится! К чему внутренняя начинка приготовленного, если внешне он похож на унитазный ершик? Ох уж этот дед, на голову собрал мне бед,» – думала Лили, сидя на стуле и потерянно скребя кафель ногами.

– Супергерои? Приезжают? – диким хохотом разразив бедных тараканов под холодильником, вопил Август. Немного отдышавшись, он продолжил: – Ряженые клоуны нынче в моде? Помню батя мне рассказывал про таковых. С башмаками, как два пулемобиля высотой, комбинезон пёстрый, будто ковер-самостил, и нос красный, словно DAY-OT…

– Хватит! Если тебе не нравится что-то, то можешь и не говорить об этом! – вспылил Гришка и ушел обратно наверх.

– Стой! Пирог то ты не попробовал! А, ну да черт с ним, мне больше достанется. «Хм, в среду говорит… Хм, среда – это когда? Точно! Это ж завтра! Будем ждать чего нового, может и правда вновь что-нибудь смешное да принесет потехи ради,» – радостно размышлял отец, что сын опять увидит чем-нибудь.

Тем временем в своей комнате лежал убитым маленький мальчик. Пусть ему и было уже 15 лет, однако юношеский максимализм никого не щадит. Противоречия, конфликт с реальным миром, непонимание окружающих – все это переполняло сердце Гришки Зоева.

«Завтра будет важный день, наконец-то я увижу Лорда Банального, это будет чудесно! Он такой замечательный человек – старается, много работает ради всего общества. Настоящий человек технического прогресса!» – мечтал юноша, пока окончательно не уснул…

Утро. Туманное. Но не седое. Под крылом альбатроса показалось льющееся солнечное свечение, только потягивающейся звезды от ранней смены на ночном небосводе. Вот и подъехал школьный GoBall (раньше их, вроде, называли автобусами), пыхтя из стороны в сторону от шумных детей.

Радостное утро для всех, даже для Гришки, который давненько сопел, несмотря на глушащий все будильник. Вдруг, поднимается одно веко. Оно явно чем-то недовольно, но еще до конца не понимает – чем именно. За ним откатывается напарник, понимающий, что товарищ не справляется. И тут просыпается мозг. Искры движутся по всему телу: от эстакады коленных суставов следует резкий полицейский разворот по пальцам ног, огибая хребты пяток, идет возвращение на второй круг по трассе ралли меж мышечных волокон брюшного пресса, и далее к правой руке по горкам дорога ведет в тупик! О нет! Это конечная станция для наших гонщиков!

«Бах!» – дверь комнаты мальчика звучно распахивается, унося порывы ветра далеко к Дону.

– Как же! Проспал! Мам? – истерически кричит Гришка, – сегодня же такой важный день.

С кухни слышится звон падающих кастрюль и терпкие шаги по возрастающей наверх по лестнице.

– Гришка, что случилось? – вопросительно смотрит на него мать.

– Проспал! Пропала моя встреча с супергероями, а я так ее ждал!

Лилия увидела всхлипывания сына и прижала его к себе, впервые позабыв о пироге. Вид плачущих мальчиков всегда вызывал у нее материнскую любовь и сострадание.

– Так, мы еще успеем! Быстро собирайся, одевайся, пока я вызываю пулемобиль. Посмотришь на своих «суперлюдей», я тебя уверяю.

Мальчик был удивлен находчивостью матери и быстро взлетел к шкафу, подбирая школьную одежду на выход. Оделся он значительно быстро, за 5 минут. Его отцу требовалось на это минут 15, не меньше. На улице мальчика ждал пулемобиль, который резонировал окружностями вокруг корпуса. Мать посадила сына в модернизируемую карету и утешила юношу:

– Вот видишь, до звонка еще 3,14 минут. Пулей долетишь в школу!

Не успев поблагодарить мать, Гришка умчался с первоклассным водителем, что хотел побить новый рекорд скорости в этом месяце. Как только сын растворился вдалеке, Лили вернулась обратно в дом, на кухню. Там ее ждал настоящий ад:

– О нет! Ужас! Пирог опять сгорел! Да пропади все к черту!

Пулемобиль ласково подъехал к школе «Новый Спутник», пугая дворовых котов своим ревом. Гришка вспорхнул из транспортного средства и закрыл дверь так громко, что каждый владелец машины почувствовал секундное озлобление. Однако мальчика это не волновало, он летел к своей мечте, которая находилась в этом страшном и ужасном месте – школе. Выбив дверь входную, опоздавший ученик мельком заметил часы и время, что указано на них. «Черт, уже как 3 минуты идёт урок. Я так все пропущу!» – волновался про себя мальчик, пока аппараты подачи газировки в ужасе сотрясались от рвения мальчика. Преодолев еще один олимпийский рекорд, помимо самого высокого прыжка через забор, Гришка находится на финишной прямой, перед ним дверь, еще один момент и… Бам!

Белый свет заполнил все пространство. Мгновенье – ничего не видно. И тут открываются все цвета под призмой действительности, помещение наполняется красками и отливами довольно привлекательных стульев. Еще мгновенье. И уже можно узнать класс, габаритные вещи, фурнитуру изысканную, да что угодно. Но перед Гришкой стоит фигура, что гораздо ярче всей этой палитры радужной. С виду это человек, но какой человек! Явно мужественный и готовый протянуть руку помощи, если потребуется. Это был не кто иной, как Лорд Банальный, герой и борец за людей, их свободу, честь. Он был любимым супергероем влетевшего чертополоха.

Григорий в замешательстве открыл рот, он точно не ожидал увидеть ЕГО.

– Извините за опоздание, Милена Фёдоровна. Можно войти? – смущенно сказал мальчик, а сам давно прокручивал в голове: «Как же неловко вышло, и как раз Банальный здесь! Я не то что фотку не сделаю, меня еще и посмешищем объявят на всю школу! Вот так влип».

– Григорий Зоев, опять ты заставляешь меня краснеть! К нам пришел такой уважаемый человек, а ты даже здесь не можешь проявить…

– Постойте, Григорий Зоев? – качнувшись к Гришке, в непонятном положении застыл гость, – не уходи, останься здесь.