«Путешествие во тьму»

Элейн Каннингем

Звездные войны

Новый Орден джедаев 10

Путешествие во тьму

Перевод: сайт коллективных переводов Notabenoid.

Редакция: Lover of Peace.

Лучи восходящего солнца выглянули из-за кромки планеты Миркр, заставив ее обширные северные леса вспыхнуть ярким зеленым светом. Из космоса планета казалась столь же цветущей и пышной, как Йуужань'тар, давно потерянный родной мир из легенд йуужань-вонгов.

Два вонга стояли у иллюминатора на корабле жреца, погруженные в созерцание раскинувшегося внизу пейзажа. Один из них был высок и худ, со скошенным лбом, резкими, аристократическими чертами и шрамами, свидетельствующими о многочисленных актах преданности. Эти знаки и затейливый тюрбан на голове означали, что он жрец высокого ранга. Его спутник был моложе и коренастее, и казался настолько мощным, что сразу нельзя было заметить границ между оружием, доспехами и носившим их воином. Он сразу привлекал внимание, оставляя неизгладимое впечатление изощренного живого оружия. Выражение его лица было мрачным, и существовала в нем какая-то напряженность, постоянная готовность к действию — даже сейчас, когда он стоял в почтительном внимании.

Жрец поднял трехпалую руку и указал на простиравшийся внизу пейзаж.

— Рассвет — прекрасная смерть гибельной ночи, — произнес он.

Харрар повторил известную пословицу, но, когда он смотрел на планету, в его глазах светилось настоящее почтение. Молодой воин дотронулся двумя пальцами до лба в набожном жесте, но его внимание привлекали не столько светящиеся леса Миркра, сколько бушующее над ними сражение.

На фоне зеленого мира висел камень из черного йорик-коралла, отсюда казавшийся размером с кулак. Этот стареющий корабль-мир — дом для сотен йуужань-вонгов, их рабов и слуг-симбионтов — казался не более чем безжизненным куском скалы. Но когда корабль жреца приблизился, Харрар смог различить признаки боя, кипящего вокруг корабля-мира. Крошечные коралловые истребители роились и жалили подобно огнемошкам, плазменные шары метались в безумном, неустойчивом ритме. Если жизнь была болью, то корабль-мир был весьма жив.

— Наше прибытие своевременно, — произнес жрец, взглянув на воина. — Эти молодые джиидаи еще раз подтвердили, что будут достойны жертвоприношения!

— Вы правы, ваше преосвященство.

Сказано было вежливо, но отвлеченно, как будто воин уделил словам мало внимания. Харрар повернулся, оценивающе и пристально посмотрел на своего спутника. Разногласия между кастами жрецов и воинов росли и ширились, но он не мог различить ничего плохого в Хали Ла.

Сын мастера войны Цавонга Ла занимал высокое положение. Естественный серый оттенок его кожи с трудом различался под многочисленными черными шрамами и татуировками. Плащ командующего держался на крючках, вживленных в плечи. Также он имплантировал себе шипы на локтях и костяшках пальцев. На лбу у него торчал короткий толстый рожок — он трудно вживлялся, и это был знак, что его хозяин действительно достоин уважения.

Харрар знал, что ему оказали честь, назначив этого многообещающего воина в его военный эскорт. Это его насторожило, но и заинтриговало. Как истинный жрец Йун-Харлы, богини обмана, Харрар наслаждался играми обмана и противоборством стратегий. Его старый друг Цавонг Ла был мастером многоходовых тайных планов, и Харрар ожидал не меньшего от молодого командира.

Хали повернулся и встретил внимательный взгляд жреца. Воин смотрел почтительно, но прямо.

— Могу ли я говорить откровенно, ваше преосвященство?

Харрар начал сомневаться, верно ли поступил Цавонг Ла, отправив сына к жрецу Обманщицы. Откровенность — это слабость. Весьма вероятно, ведущая к гибели.

— Тут вам следует положиться на мнение мастера войны, — посоветовал он, скрывая предостережение под кажущимся согласием.

Молодой вонг кивнул.

— Цавонг Ла поручил вам принести в жертву близнецов-джиидаев. Успешное приживление его последнего импланта все еще находится в руках богов, и он избрал вас своим посредником — вы совершите жертвоприношение, которое обратит на него их благосклонность. Кого уважает мастер войны, того и я почитаю.

Он опустился на одно колено и склонил голову в почтительном поклоне. Сам Харрар думал о другом, но Хали Ла, похоже, удовлетворил его ответ. Он поднялся и снова устремил взгляд на корабль-мир.

— Тогда будем говорить откровенно. Оказалось, что война идет вовсе не так, как мы ожидали. Возможно, даже не так хорошо, как докладывает Ном Анор.

Харрар нахмурил покрытый шрамами лоб и глянул на собеседника. Сам он сомневался в йуужань-вонгском шпионе. Но Ном Анор обладал чином исполнителя, и его не так легко критиковать.

— Такие слова находятся в опасной близости к измене, мой молодой друг.

— Правда не может быть изменой, — заявил Хали Ла.

Жрец тщательно взвесил его слова. Духовенство Йун-Харлы, да и некоторые другие касты, обычно произносили эту фразу с иронией. Но молодой воин, без сомнения, говорил искренне.

Харрар постарался придать лицу самое серьезное выражение.

— Объясни.

Хали Ла указал на маленькое темное пятнышко, мчащееся мимо их корабля в космос.

— Это — «Ксстарр», фрегат, доставивший Ном Анора на Миркр.

Жрец наклонился к обзорному порту. Его глаза были не столь остры, как улучшенные имплантами глаза Хали Ла. Он шлепнул ладонью по иллюминатору, и тонкое мембранное веко раскрылось, обнажив прозрачную поверхность. Живая ткань увеличила выпуклость, тем самым обеспечив более четкое изображение и небольшое увеличение.

— Да, — пробормотал жрец, разглядев отличительные наросты и выпуклости на брюхе приближающегося судна. — Если сражение против джиидаев почти выиграно, как докладывает Ном Анор, почему он бежит? Я сейчас же свяжусь с ним!

Хали Ла повернулся к двери и передал приказ Харрара стоявшим там охранникам. Те ударили кулаками в плечи в знак того, что приказ владыки принят к исполнению, и вышли.

Быстрый стук хитиновых ботинок возвестил о приближении подчиненного. Вошла женщина- воин, украшенная кричаще-яркими татуировками зелено-желтых тонов, бережно неся в когтистых пальцах зубчатый предмет. Она поклонилась, показала виллип Харрару и поставила его на маленькую подставку.

Жрец отпустил ее рассеянным взмахом руки и начал поглаживать шар. Внешний слой ушел вовнутрь, и живое существо начало преобразовываться в грубое подобие покрытого шрамами лица Ном Анора. Одна глазница была пуста. Запавшее веко, казалось, слилось с набрякшим синим мешком под глазом. Плэрин-бол, способный плеваться ядом, — некогда отличительная черта Ном Анора — пропал. Очевидно, ему пока не разрешалось заменить его.

Харрар удовлетворенно прищурился. Ном Анор постоянно проваливал задания, но все время перекладывал вину на других, подобно недостойнейшим йуужань-вонгам. Харрар был временно понижен из-за участия в неудавшемся шпионском проекте; Ном Анор же отделался выговором, хотя вина за провал лежала большей частью на его агентах[1]. По мнению Харрара, лицо собеседника служило прямым доказательством тому, что правосудие богов рано или поздно настигнет каждого.

Даже схематичному изображению удалось передать нетерпение Ном Анора, возможно, даже гнев.

— Ваше преосвященство… — начал было Ном Анор.

— Докладывайте, — перебил его Харрар.

Исполнитель прищурил свой единственный глаз, и на мгновение Харрар подумал, что тот откажется отвечать. Полевые агенты практически никогда не отчитываются перед духовенством. Анор молчал слишком долго, дольше, чем надо, чтобы показать жрецу, что он не обязан подчиняться его приказам. Харрар начал опасаться, что подозрения Хали Ла оборачиваются мрачной правдой.

— Вы проиграли?

— Мы понесли потери, — поправил Ном Анор. — Королева воксинов и ее потомство уничтожены. Бежали несколько пленных джедаев, двое из них — с корабля-мира[2].

Харрар посмотрел на Хали Ла.

— На каком корабле сбежали неверные?

Глаза воина расширились, покрытое шрамами лицо на мгновение стало еще ужаснее: он понял. Затем на лице отразилась ярость.

— Спросите, кто летит на «Ксстарре», исполнитель или неверные?

Харрару такое в голову не пришло. Он быстро передал вопрос через виллип.

— Джедаям удалось похитить фрегат, — признался Ном Анор. — Мы преследуем их, и уверены, что захват этого судна станет нашей очередной победой.

Захват. Харрар напрягся, поскольку это единственное слово подтверждало его догадку о том, кто именно из джедаев бежал.

— Захват! — насмешливо повторил Хали Ла. — Лучше превратить оскверненный фрегат в коралловую пыль! Разве йуужань-вонгский пилот захочет сливаться разумом с кораблем, где хозяйничали неверные?

— Несколько джедаев были убиты нашими воинами, — продолжил Ном Анор, не обращая внимания ни на прозрения жреца, ни на презрение воина. — Младший из братьев Соло мертв. Мастер войны будет рад узнать, что Джейсен Соло жив, и он наш пленник.

— Джейсен Соло, — повторил Харрар. — А его сестра-близнец, Джейна Соло?

Молчание длилось так долго, что виллип начал сворачиваться, принимая свою естественную форму.

— Мы преследуем их, — сказал наконец Ном Анор. — Джедаи не смогут управлять «Ксстарром» хорошо или долго.

— Возмутительно, что они вообще на нем летят! — перебил Хали Ла.

Харрар бросил на него строгий взгляд и вернулся к виллипу.