«Играй в свою игру»

Дмитриева Анна Владимировна

ИГРАЙ В СВОЮ ИГРУ

Рассказы Анны Дмитриевой

записал Юрий Зерчанинов

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Я не хочу никого убеждать: играйте в теннис и только в теннис. Когда кто-то всерьез доказывает, что нет ничего прекраснее, чем его любимый вид спорта, мне становится просто скучно. Я могу лишь рассказать все, что знаю про теннис, и как я сама играла в него.

В лондонском Куинс-клабе (Королевском теннисном клубе) есть темно-зеленый зал с необычными стенами — галерею сменяет навес. Тяжелый резиновый мяч гулко отскакивает от этих стен, прежде чем опуститься, наконец, на площадку, выстланную широкими палубными досками. Игроки одеты в белые суконные брюки и вязаные свитеры, а их ракетки напоминают слегка изогнутые лопатки. Таков старый теннис, который уже давно забыт в Европе и верность которому хранят лишь два-три десятка невозмутимых и чопорных джентльменов из Куинс-клаба.

Правила старого тенниса весьма сложны. Когда однажды, играя в Куинс-клабе открытое первенство Лондона, я забрела в этот зал, мне любезно вручили лопатообразную ракетку и указали ту половину корта, откуда следует подать мяч в боковую стенку над последней галереей, но так подать, чтобы затем он ударился о навес и так далее. Я раза два ударила, но непривычно тяжелый мяч шел у меня совсем не туда, куда следует. Почтенные джентльмены сочувственно улыбались, и мне казалось, что каждый из них неизъяснимо горд своим отдалением от нынешней суеты, хотя бы в части тенниса.

Знатоки изыскали истоки тенниса еще в Древнем Риме и даже, как я где-то читала, у египтян. Но совершенно достоверно, что игра в мяч, который перебрасывался ладонями, уже в XIII веке была известна во Франции и называлась: «Жё де пом». В 1480 году Людовик XI распорядился, чтобы мяч для этой игры, который первоначально делался из кусков материи или конского волоса, был покрыт сверху кожей и шерстью.

Надели кожаные перчатки и игроки, затем кто-то попробовал отражать мяч широкой палкой, а в XVI веке появились и первые ракетки, натянутые веревками. В Париже строились специальные залы для этой игры, которые назывались «трипо». Английский путешественник того времени писал, что во Франции больше игроков ладонью, чем в Англии пьяниц.

Но вскоре игра перекинулась и в Англию, где и была названа «теннис». Известно, что в этой игре находили забаву и Генрих VIII, и многие из Людовиков. Имена менее сиятельных теннисистов былых времен историки не поминают.

Первый отчет о теннисном матче поместил в начале прошлого века английский «Спортинг мэгэзин». Этот лаконичный отчет гласил: «Кошелек в 100 гиней разыгрывался в мае 1816 года Коксом, мастером теннисного корта Лондона, и Маркезио, сыном Маркезио, мастером теннисного корта Турина, и был выигран последним после трех дней игры».

Да, в теннис прежде играли на деньги, а теннисные проигрыши даже взыскивались по суду. В первых русских правилах современного тенниса (1895 год), исключающих денежные ставки, имелось тем не менее следующее примечание: «Осложнения встречаются главным образом при игре на интерес и тем самым выходят за пределы нашего рассмотрения».

Эта «игра на интерес» породила и пятнадцатибалльную систему теннисного счета: 15, 30, 45, 60. Сейчас судья говорит «сорок», а не «сорок пять», но еще в конце прошлого века во Франции отсчитывали: «Сорок пять». Просто «сорок» звучит энергичнее и выкрикивается быстрее. Изменение произошло, когда теннисный счет «обесценился» — лишился денежного обеспечения.

Исследуя историю счета очков «на пятнадцать», Борис Алексеевич Ульянов, известный в прошлом московский теннисист и автор многих книг по теннису, приходит к такому заключению:

«Существует счетная система, называемая «шестидесятикратной», возникновение и происхождение которой относится, вероятно, ко временам вавилонской культуры. В этой системе начальной мерой была не единица, а шестьдесят единиц. Система эта служила для измерения углов и счета времени; так в последнем, например, за единицу принимается час (60 минут), а не одна минута. Меньшие величины в ней выражаются дробью по отношению к шестидесяти.

По своему характеру теннисный счет является в основном шестидесятикратной системой, в которой обнаруживается примитивная форма деления целого на четыре части. В ней игра является единицей.

Короли и вельможи XIII — XIV столетий выигрывали и проигрывали большие суммы. Игра шла на крупную монету в 60 су, называвшуюся в обиходе «короной». «Корона» разменивалась на четыре меньших, по пятнадцати су, которые и являлись, очевидно, стоимостью каждого из четырех теннисных ударов».

Так вот, в первом отчете о теннисном матче упомянут Филипп Кокс. Он еще звался Старым Коксом и был лучшим теннисным игроком начала прошлого века. Известно, что 25 июля 1819 года, то есть спустя три года после того, как он проиграл кошелек в 100 гиней Маркезио, сыну Маркезио, Старый Кокс блистательно доказал свое превосходство над чемпионом Франции Шарьером, и только спустя еще десять лет Старый Кокс был разбит, и на этот раз окончательно, другим французом — Эдмоном Барром, который считался величайшим из величайших игроков старого тенниса.

И действительно, до шестидесяти лет Барр не знал достойных соперников, но и в этом почтенном возрасте он не желал расставаться со своею славою и поехал в Лондон — это было в 1862 году, — чтобы в матче из пятнадцати сетов посрамить юного англичанина Томпкинса, который похвалялся, что обыграет его, великого Барра. Их легендарное единоборство длилось пять дней. Когда Барр понял, что на этот раз ему уже не победить, он решил «умереть» на корте, лишь бы не уходить побежденным. На пятый день при ничейном счете матч был прерван...

Мне представляется, что старый теннис походил на рыцарские турниры. Распорядитель, он же маркер, торжественно целовал сетку перед началом игры; в закрытых галереях, взирая на своих избранников, трепетали прекрасные дамы... Да, это была истинно мужская игра.

Но еще в прошлом столетии нашелся человек — майор индийской службы Вальтер Уинкфилд, — который, отталкиваясь от правил старого тенниса, предложил новую игру, доступную как мужчинам, так и женщинам любого возраста. 24 февраля 1874 года майор получил патент на эту игру, названную им «сферистикой».

Площадка для новой игры от сетки к задней линии расширялась, поле подачи, как и в старом теннисе, было обозначено только на одной ее половине. Вначале предполагалось, что «сферистика» столь универсальна, что в нее можно играть и зимой — на льду. И было много попыток играть на льду, но чем лучше игрок владел коньками, тем хуже он играл — надо было не кататься, а бегать по льду на носках коньков. Да и мяч плохо отскакивал ото льда. (В начале нашего века француз Макс Дега пытался играть в теннис, стоя по пояс в воде, но теннис на воде не удался, как и на льду.)

В 1875 году «сферистикой» заинтересовались два ведущих крокетных клуба Лондона, правила новой игры были несколько изменены, и теперь она была названа «лаун-теннис». Дословный перевод: «теннис на лужайке», или «травяной теннис». Этим подчеркивалось, что в лаун-теннис играют на траве под открытым небом. В старый теннис, как известно, играли в залах на деревянном полу. Со временем в лаун-теннис стали играть и на земляных, асфальтовых, бетонных площадках, а затем и на крытых кортах с земляным, деревянным или пластиковым покрытием. Мы не говорим уже «лаун-теннис», а просто «теннис». Но играем по тем самым правилам лаун-тенниса, которые были выработаны почти сто лет назад, после первых уимблдонских турниров сложились окончательно и с тех пор, практически, не меняются.

Первый турнир, с которого исчисляется история современного тенниса, состоялся в июне 1877 года на новых площадках Всеанглийского крокет-клуба в Уимблдоне. В том же году клуб стал именоваться не только крокетным, но и лаун-теннисным. Были построены раздевалки и душ, в которых игроки в крокет не нуждались — после игры им было достаточно вымыть руки. С появлением теннисистов потеряло всякий смысл и клубное правило, которое призывало джентльменов не играть без пиджаков в присутствии дам. А в 1882 году мистер Генри Джонс, руководивший составлением лаун-теннисных правил и оставшийся в памяти потомков как великий оригинал, неизменно ходивший в белом шлеме и с белым зонтиком на зеленой подкладке, потребовал даже, чтобы в Уимблдоне играли только в теннис, а крокет был бы вообще удален.

Первый Уимблдонский турнир собрал двадцать двух игроков и двести зрителей. Второй и третий призы достались спортсменам, прежде игравшим в старый теннис, но первый приз, стоимостью в 12 гиней, а также серебряный кубок, стоимостью в 25 гиней, учрежденный журналом «Филд», выиграл Спенсер Гор, пришедший в лаун-теннис из рекетса. Корт для этой игры не требовал зала с галереями и навесами, а лишь специально размеченной стенки, в которую, чередуясь, игроки посылали мяч.