«Василий Недайкаша. Агент под псевдонимом Жук»

Олег Ракитянский

Василий Недайкаша. Агент под псевдонимом «Жук»

Книга написана по материалам (неполным) оперативного дела № 7246 «Недайкаша Василий» Службы внешней разведки Украины, находящимся в открытом доступе (интернет: "http://szru.gov.ua/index_ua/index.html%3Fp=5524.html". Приложение № 1).

События, о которых пойдёт речь, относятся к середине 30-х годов. В качестве главного героя в них представлен бывший начальник 1 секции 2-го разведывательного отдела Главного штаба Военного министерства Государственного центра (Правительства) Украинской Народной Республики в изгнании (ГШ ВМ ГЦ УНР) — НЕДАЙКАША Василий Денисович.

Недайкаша Василий Денисович

Василий Денисович родился в 1896 года в селе Глодоссы Херсонской (ныне Кировоградской) области Украины. В годы Первой мировой войны служил в царской армии, отличился в боях, дослужился до звания поручика. Весной 1918 года создал и возглавил в родном селе так называемый отряд «Вольного казачества», установивший самостоятельную власть в местной округе и не подчинявшийся Центральной Раде в Киеве. Спустя год, в июне 1919 года, со своими «вольными казаками» вступил в армию батьки Махно, а через 3 месяца перешёл в действующую армию Украинской Народной Республики и продолжил службу в 5-й Селянской дивизии.

Карта УНР 1919 год

В ноябре 1919 года по приказу генерала УНР Ю. Тютюнника вернулся в родное село и во главе отряда казаков организовывал крестьянские восстания против «белых» и «красных». В последующем руководил своим отрядом до 1921 года. После поражения «освободительного» рейда Ю. Тютюнника по территории Украины осенью 1921 года на протяжении нескольких лет находился на нелегальном положении и продолжал осуществлять различного рода криминальные (бандитские) «мероприятия» по борьбе с большевистской властью в районах Херсонской области.

В 1925 году поредевший отряд В. Недайкаши, преследуемый частями Красной армии (РККА), был вынужден бежать на территорию Польши. Вместе с Василием оказались за границей и два его брата — Пётро и Порфирий. Тогда же он попал в поле зрения разведывательной службы УНР, которую возглавлял полковник Н. Чеботарёв. Располагая значительным «боевым» прошлым, Недайкаша Василий согласился продолжить борьбу за «независимость» бывшей державы в рядах украинской разведки. С целью создания разведывательных резидентур и сколачивания очередных повстанческих банд в течение 1926 и 1928 годов переходил на территорию Украины. Тогда же предпринимал пытки по созданию антибольшевистского подполья в Одесской и Херсонских областях.

Справившись успешно с порученным делом, в 1929 году Недайкаша Василий был назначен помощником начальника разведки 2-го Отдела генерала В. Змиенко (земляка Недайкаши В.Д.). С этого времени он являлся первым заместителем В. Змиенко и в его отсутствие докладывал материалы деятельности разведки и контрразведки 2-го отдела (далее — 2-й Отдел) президенту УНР (головному атаману — Андрею Левицкому), а также 2-му отделу Главного штаба войска польского (разведывательному), выступавшему в роли куратора и спонсора украинской спецслужбы (далее — «Двуйка»).

О том, что правительство УНР во главе с С. Петлюрой, а после его убийства летом 1926 года в Париже — А. Левицким находится на содержании санационного (авторитарного, диктаторского) режима Ю. Пилсудского, знал ограниченный круг стран-соседей, но догадывались многие.

Змиенко Всеволод Ефимович

Так, в 1933 году Польша субсидировала правительство УНР на сумму 500 000 злотых в год. К примеру, некоторые статьи таких расходов: начальник Главного штаба ВМ УНР генерал В. Сальский получал 1500 злотых, В. Змиенко — 750 зл., В. Недайкаша — 550 зл., генерал П. Шандрук (руководитель 1-го отдела ГШ) — 650 зл.[1]

Кроме этого, существовали различные закрытые статьи расходов на функционирование структур правительства УНР в изгнании. В частности, семья покойного головного атамана С. Петлюры ежемесячно получала 2000 франков (около 170 долларов)[2].

Левицкий Андрей Николаевич

Понятно, что эти деньги беглым украинцам-петлюровцам надо было отрабатывать не только и не столько политическими, дипломатическими пассажами и реверансами. Для Польши тех лет наиболее приемлемой формой «благодарности» за пребывание на её территории правительства и десятков тысяч бывших интернированных солдат армии УНР было участие данного контингента в планировании очередного вооружённого похода на Украину в контексте общей подготовки стран Запада к войне с Советским Союзом. Значение Польши в этой подготовке было приоритетным. Поэтому правительство СССР и спецслужбы страны с середины 20-х годов рассматривали Польшу как главного противника на западном направлении.

В силу данного обстоятельства основная часть деятельности контрразведывательных и разведывательных подразделений аппарата ОГПУ (Объединённого государственного политического управления) СССР при СНК (Совете народных комиссаров — правительство) была сосредоточена на противодействии спецслужбам Польши, накопившим достаточный опыт разведывательной и диверсионной деятельности на территории Царской России и Советского Союза.

Карта Польши 20-30-х годов

Свои первые шаги будущие сотрудники и руководители «главного противника» начинали ещё в ноябре 1908 года, когда по итогам переговоров Ю. Пилсудского и начальника Учётного бюро (разведывательного) Генштаба Австро-Венгрии майора Ронге была достигнута договорённость о начале работы польских революционеров-экстремистов в интересах австро-венгерской разведки через возможности функционирующей агентурной сети под зашифрованным криптонимом «Конфидент-R», состоявшей из 15 представителей польского Союза боевых активистов (СБА — ZWC). Задачи, которые ставились перед поляками, касались, как правило, сбора разведывательной информации и материалов о потенциале русской армии в Польше и на Украине.

К 1913 году эта разведывательная сеть уже насчитывала около 250 человек. Ячейки «Конфидент» имелись во Львове, Кракове и Перемышле, откуда отдельные агенты командировались в Петроград, Москву, Одессу, Ригу, Киев и Вильно. Накануне Первой мировой войны сеть «Конфидент» имела только в российской столице 38 агентов. В сентябре 1914 года в связи с увеличением разведывательных запросов австрийского Генштаба и расширением агентурной сети Пилсудский принял решение о преобразовании ряда подпольных структур в Польскую национальную организацию (ПНО). С целью расширить свои оперативные и политические позиции среди воюющих сторон поляки установили контакт с разведывательными структурами Германии в надежде «отработать» будущую независимость страны в случае победы немцев в войне. В конечном итоге Пилсудский по главе с ПНО подписал соглашение о сотрудничестве с разведывательным отделом 9-й армии, которая вела боевые действия на территории Царства Польского, и стал на регулярной основе через имеющиеся неограниченные агентурные возможности снабжать немцев различной разведывательной информацией[3].

Вскоре Пилсудский при содействии немцев (ставший к тому времени и немецким агентом) создал Партию польский социалистов, а структуру ПНО в сентябре 1914 года переоформил в Польскую организацию войсковую (ПОВ).

В отношении последней необходимо отметить, что её деятельность стала своего рода камнем преткновения для советских спецслужб 20—30-х годов так как, несмотря на все затраченные усилия по её ликвидации, даже после захвата гитлеровцами Польши в конце 1939 года агентурный аппарат ПОВ продолжал функционировать на территории Советского Союза в интересах польского правительства в изгнании. А вскоре был подчинён британской разведке, курировавшей своих союзников.

Как отмечает историк отечественных спецслужб А.А. Зданович: «…Деятельности польской разведки в СССР способствовал ряд обстоятельств.

Во-первых, наличие по обе стороны границы большого количества поляков.

Во-вторых, наличие разведывательной базы в лице поляков, проживающих в СССР, сплочённых на религиозной, националистической и культурной основе. Ориентировочно на территории СССР проживало в те годы (1920-е. — О.Р.) около 3 млн поляков (выделено. — О.Р.).

В-третьих, большое количество поляков имелось среди командного и политического состава РККА, работников партийных органов, в военной промышленности и даже в органах госбезопасности. Многие из них были допущены к сведениям, составляющим военную и государственную тайну. К примеру, на 1923 год 17 % представителей высшего комсостава являлись поляками по национальности. И этот процент лишь ненамного изменился к середине 1930-х годов…»

Как видно, вербовочный потенциал среди 3 млн поляков в Советской России был огромен. Но только им польская разведывательная служба, представленная 2-м отделом Польского Генерального штаба, не ограничивалась. В развернувшейся многолетней схватке со спецслужбами СССР отдельная роль отводилась спецслужбам УНР, которые с 1926 года возглавил генерал В. Змиенко. Причиной такого решения поляков являлся не менее огромный вербовочный потенциал среди украинцев, которые в период с декабря 1917 года по ноябрь 1920 года являлись гражданами самостоятельного, независимого государства УНР, на территории которого проживало около 20 млн человек.

За эти четыре года «независимости» спецслужбы УНР приобрели значительный боевой опыт, наработали связи, отработали схемы взаимодействия с коллегами на Западе и, наряду с другими иностранными разведками, представляли серьезную угрозу безопасности молодой Советской республике.

К специальным структурам УНР следует отнести: