«"Сольются в русском море?"»

Иван ЛАСКОВ

«СОЛЬЮТСЯ В РУССКОМ МОРЕ»?

Открытое письмо А. И. Солженицыну

Александр Исаевич!

Ни перед кем я не преклонялся после того, как на XX съезде миру было явлено истинное лицо «отца народов» - жизнь научила, что нет людей, достойных преклонения. И все же то, что испытывал к Вам, было близко к преклонению.

Но совсем иные чувства вызвало у меня Ваше новое сочинение – трактат «Как нам обустроить Россию».

Скажу сразу: я не буду касаться в этом письме ни Ваших экономических, ни этических, ни иных предложений, «как обустроить Россию». И не потому, что не считаю себя достаточно подготовленным для этого. – Вы ставите вопрос – «как обустроить Россию», а я не русский, и обустраивать ее – не мое дело, у меня своя земля, свой народ, о судьбе которого в первую очередь моя боль и забота. И в этой связи не могу остановиться на том, что Вы понимаете под Россией.

Вы отпускаете на волю двенадцать союзных народов, отказывая в этом украинцам и моим соплеменникам – белорусам.

Почему же? На каком основании?

На том, пишите Вы, что «за вычетом этих двенадцати только и останется то, что можно назвать Русь... или Россия».

Позвольте для начала маленькое отступление.

«Комсомольскую правду» с Вашим трактатом я купил в Москве, возвращаясь в Якутск, где живу 19 лет, из Минска. Я не знаю, слышали ли Вы – российская пресса писала об этом сквозь зубы – что в начале сентября Белоруссия отмечала 500-летие со дня рождения белорусского и восточнославянского первопечатника Франциска Скорины, напечатавшего первую белорусскую книгу на 60 лет раньше первой Московской. На это торжество съехалось белорусы чуть ли не со всего мира. Был там и я.

Однажды, прогуливаясь по Минску с инженером из Риги, мы остановились перед зданием, сплошь увешенным мемориальными досками. Оказалось, в нем жили видные партийные и государственные деятели Дзержинский, Кнорин, Голодед, Червяков, писатели Гартный и Бровка, ученый-механизатор Мацепура. Мы стали обсуждать этот удивительный «иконостас». Вдруг к нам приблизилась пожилая дородная женщина и как-то недовольно спросила:

- Позвольте узнать, откуда вы?

- Я из Якутска, ответил я, - а он – из Риги.

- А почему вы говорите по-белорусски?

- Потому что мы белорусы, - удивился я.