«Алексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него. Рецензия»

Сергей Овчинников

Алексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него. Рецензия

Начинаю читать, заинтригованный обзором Галины Юзефович (выдержка ниже). Наверное, ожидания завышены восторженным тоном, и я с самого начала жду вау эффекта. А с самого начала на меня наваливается тот самый ежедневный бред, с которым я в плотном контакте и вне всякого чтения. Борюсь с желанием отложить текст и двигаюсь дальше.

Путаюсь в блуждающих ассоциациях героя и буреломе нескончаемых подробностей. Не выдерживаю и засыпаю все-таки в электричке, успев убрать телефон с текстом, чтобы не выронить и продолжить после пробуждения. Интересно, незначащие детали заразны? Не подхватил ли я, часом?

Когда просыпаюсь, продолжать сразу не хочется, но я дисциплинирую себя и заставляю, по крайней мере, подумать о тексте. На ум приходит показавшаяся немного злобной своего рода отповедь самодеятельным литературным образованиям:

«Оказались в похоронной конторе и писатель, и художник. Писатель, а точнее, поэт уже бесконечно долго посещал литературную студию «Строка» где-то в библиотеке на Уралмаше.– Это, по ходу, где у меня жена работает, – сказал Петров. – Она говорит, что так жалко всех этих людей, что там раз в неделю собираются, что хочется заколотить их в конференц-зале и сжечь библиотеку, чтобы они не мучились.»

Может и не отповедь, а наоборот – ностальгический приступ. Так или иначе, чувствительная точка в этом месте у автора даёт о себе знать. Предположу, что не всегда Алексея Сальникова считали уральским самоцветом самородком.

Главный герой – Петров постоянно пользуется автобусами и троллейбусами. Там с ним происходит совершеннейшая дичь, имя которой повседневность. Такая неприметная константа, не сильно влияющая на формулу смысла существования, но занимающая значительную долю в процессе.

Вообще, условный Петров в условной маршрутке претендует на олицетворение экзистенциальной сути современного homo mobili. По крайней мере, по времени, отведенному на это вынужденное занятие. Для кого-то оно сродни медитативному состоянию, для иных – война в кровавой фазе.

А вот ради следующего осознания, стоило книгу эту прочитать в ковидный или пост ковидный период.

Сергей Овчинников

Алексей Сальников. Петровы в гриппе и вокруг него. Рецензия

Начинаю читать, заинтригованный обзором Галины Юзефович (выдержка ниже). Наверное, ожидания завышены восторженным тоном, и я с самого начала жду вау эффекта. А с самого начала на меня наваливается тот самый ежедневный бред, с которым я в плотном контакте и вне всякого чтения. Борюсь с желанием отложить текст и двигаюсь дальше.

Путаюсь в блуждающих ассоциациях героя и буреломе нескончаемых подробностей. Не выдерживаю и засыпаю все-таки в электричке, успев убрать телефон с текстом, чтобы не выронить и продолжить после пробуждения. Интересно, незначащие детали заразны? Не подхватил ли я, часом?

Когда просыпаюсь, продолжать сразу не хочется, но я дисциплинирую себя и заставляю, по крайней мере, подумать о тексте. На ум приходит показавшаяся немного злобной своего рода отповедь самодеятельным литературным образованиям:

«Оказались в похоронной конторе и писатель, и художник. Писатель, а точнее, поэт уже бесконечно долго посещал литературную студию «Строка» где-то в библиотеке на Уралмаше.– Это, по ходу, где у меня жена работает, – сказал Петров. – Она говорит, что так жалко всех этих людей, что там раз в неделю собираются, что хочется заколотить их в конференц-зале и сжечь библиотеку, чтобы они не мучились.»

Может и не отповедь, а наоборот – ностальгический приступ. Так или иначе, чувствительная точка в этом месте у автора даёт о себе знать. Предположу, что не всегда Алексея Сальникова считали уральским самоцветом самородком.

Главный герой – Петров постоянно пользуется автобусами и троллейбусами. Там с ним происходит совершеннейшая дичь, имя которой повседневность. Такая неприметная константа, не сильно влияющая на формулу смысла существования, но занимающая значительную долю в процессе.

Вообще, условный Петров в условной маршрутке претендует на олицетворение экзистенциальной сути современного homo mobili. По крайней мере, по времени, отведенному на это вынужденное занятие. Для кого-то оно сродни медитативному состоянию, для иных – война в кровавой фазе.

А вот ради следующего осознания, стоило книгу эту прочитать в ковидный или пост ковидный период.