«Плоды пессимистического творчества»

Плоды пессимистического творчества (fb2) - Плоды пессимистического творчества 71K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Владимир Михайлович Шулятиков

Владимир Шулятиков

Плоды пессимистического творчества

«Карр!.. в борьбе с суровым роком

Нам, ничтожным, нет спасенья.

Все, на что ни взглянешь оком, —

Боль и горе, прах и тлен..»

М. Горький (О Чиже, который мал и о Дятле – любителе истины»)

Не раз нам приходилось на страницах «Курьера» отмечать несоответствие общего тона современной беллетристики тому тону, который ныне господствует в жизни. Если бы кто-нибудь вздумал оценивать текущий исторический момент, руководствуясь исключительно материалом, накопленным и накапливаемым в плодах новейшего беллетристического творчества, то он пришел бы к самым неутешительным выводам: подавляющее большинство художественных произведений внушило бы ему такое представление о русской действительности: историческая сцена занята инвалидами, о росте жизни, за неимением надлежащих данных, заключить нельзя; напротив, всюду царят «боль и горе, прах и тленье», и на вратах будущего начертано: «lasciate ogni speranza»… Правда, если положиться на слова одного из критиков «идеалистического» журнала, в последнее время нарождаются в русской литературе «новые» мотивы, некоторые лирические поэты начинают говорить о «радостях бытия»; но и эти поэты, при внимательном рассмотрении плодов их творчества, ничуть не могут заставить отказаться от вышеприведенного пессимистического настроения о действительности: проблески «жизнерадостности», наблюдаемые у новейших лириков, означают не более, как вспышки «Gaigenhumor'a» или «улыбку мертвеца» и о настоящей прогрессирующей «живой» жизни вовсе не свидетельствуют…^[1]

О причинах подобной «трагической» истинности художественной литературы нам также приходилось говорить на страницах «Курьера»: художественная литература находится в плену у «интеллигентного пролетариата». В лице своих характерных «молодых» представителей^[2], начиная с мастеров новейшей психологической и импрессионистической новеллы и кончая декадентами и символистами, она обслуживает интересы названной трупы, эготически настроенной, поглощенной преимущественно вопросами собственной борьбы за существование, стоящей на распутье между «тем и другим» берегом, порой заражающейся квиетическим отношением к жгучим запросам «действительности», не поднимающейся до вершин просветленного общественного сознания. В то время, как темп развития гражданственности ускоряется, широко общественные проблемы выдвигаются на первый план, горизонты будущего проясняются, – литература «интеллигентного пролетариата» обращается к разработке мелких, «будничных» сюжетов, проникается индивидуалистическими веяниями и недоверием к процессу растущей жизни.

Последние, осенние книжки «толстых» журналов доставили немало документов, свидетельствующих о пониженном самочувствии «интеллигентного пролетариата». Остановим наше внимание на трех примерах: мы имеем в виду рассказы: Ек. Летковой «Мухи» («Русское Богатство», октябрь), Александра Кипенева «Метеорологическая станция» (ibid) и М. Арцыбашева «Сумасшедший» («Мир Божий», ноябрь).

Герои названных произведений являются в высшей степени неинтересные персонажи, типичные «серенькие люди», «эгоисты» (par exsellence). Это – товарищ прокурора «Бахтеяров» («Мухи»), наблюдатель метеорологической станции убогий полуинтеллегент Сачков, инженер и доктор, фигурирующие в рассказе г. Арцыбашева.

Все они переживают драму «одиноких людей», и на почве этой драмы вырастают цветы пессимистических настроений.

Бахтияров убедился в неверности своей жены, разошелся с последней: таков ближайший источник его драмы. Семейная катастрофа поразила его настолько, что он совершенно замкнулся в себе, начал «отшельническую «жизнь. Его преследует «скука, даже не скука, а гнетущая тоска, не оставляющая его ни на минуту». Он подавлен сознанием бесцельности и «ненужности» существования.

Находясь в подобном настроении, он посещает своего бывшего университетского товарища Печникова. Печников в студенческие годы подкупил Бахтиярова своей повышенной жизнерадостностью, своим презрением к «разным житейским охам и ахам». «Мы сами создаем свою судьбу, не давать же ей, безглазой, побеждать нас!» – так формулировал тогда Печников основной тон своего самочувствия. И мажорно настроенный юноша был уверен в «счастье», в «победе над всем миром, над самой жизнью»… Но… увы!.. «безглазая» судьба жестко посмеялась над ним и его надеждами. Teпepь Печников – севший «на землю» помещик, ведет малоуспешную борьбу «из-за съестных припасов», всецело поглощен интересами этой борьбы, утомлен ею, постоянно испытывает страх полного банкротства.

Свидание с прежним приятелем усиливает угнетенное состояние «внутреннего мира» Бахтеярова. Его разочарование в жизни теперь выливается в схему определенного пессимистического миропонимания.

Бахтияров возвращается из печниковской усадьбы. Погруженнный в полудремоту, он видит следующую картину: ему чудится, будто по направлению к нему несется громадный шар «неописуемой красоты», – «весь золотой, усыпанный изумрудами, сапфирами, жемчугом»; шар залит «торжественным солнечным блеском»; все на нем «сверкает, переливается и радостно сияет». Это – земля. Она приближается, и Бахтиярову кажется, что он «видит уже не изумруды и сапфиры, а зеленые луга с миллирдами разноцветных точек, причудливые леса всех оттенков, лазоревые волны морей и океанов»… Наконец, шар приблизился настолько, что Бахтеяров «сразу увидел все: и синие волны с седыми гребешками, и горные прозрачные речки с пенистыми уступами, и бурные водопады, и цветшие зеленью луга, и густые тенистые леса с миллиардами восковых чашечек ландышей, и причудливые сады, усеянные алыми и желтыми розами».

Фрагмент закончился. Продолжение — в полной версии книги на ЛитРес.

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY