«Астрель и Хранитель Леса»

— Смотри, лопнет мое терпение, — сказал он, зевая. — Вчера тоже мне нагрубил. Твое счастье — не до тебя было. А собираюсь я в сказку или нет, вот уж это тебя совершенно не касается. Ты-то уж, во всяком случае, останешься дома. Мало ли что меня там ждет, а тут еще беспокойся, как бы с тобой чего не случилось. Ведь сам отлично знаешь, это здесь я волшебник, а в сказке я просто человек, как все.

— Тем более я с тобой. — Кот Васька с важным видом вскинул голову. — Умный совет подать, все объяснить, что да как. Пропадешь там без меня, как мышонок.

— Нет, каков нахал! — Волшебник Алеша даже не сразу нашелся от возмущения. — Да чтоб я больше слова не слышал об этом! Останешься дома как миленький! Будешь доставать газеты из почтового ящика и поливать цветы. А если еще раз нагрубишь, смотри, отправлю обратно в рамочку, будешь висеть на стене.

— Ха-ха!.. — развязно начал было кот Васька, но, увидев, как сурово сдвинулись брови волшебника Алеши, благоразумно исчез под диваном. Превратиться снова в нарисованного кота? Нет уж, спасибо! Этого кот Васька боялся больше всего на свете.

Волшебник Алеша поглядел на стол с тайной надеждой, что никакого письма нет, может, просто приснилось, померещилось… Но нет, письмо на тонкой бумаге, почти невесомое, по-прежнему лежало на столе, и залетевший в форточку ветер играл его загнутым уголком.

Кот Васька чем-то гремел на кухне, видимо, пытался зажечь газ и поставить чайник.

«Ни за что не возьму его с собой, — окончательно решил волшебник Алеша, — ну совсем от рук отбился».

Итак, в сказку! Как попасть в сказку — дело известное. Достаточно нарисовать ключ волшебным мелом на любой двери. И все. Потом открой эту дверь, шагни… И вот ты уже в сказке.

Но вот беда: нарисовать ключ на двери можно только один раз. Второй раз нарисуешь — дверь просто не выдержит волшебного напряжения, рассыплется в пыль, в прах.

Итак, какую же выбрать дверь? Волшебник Алеша в задумчивости оглянулся. Он уже побывал в стольких сказках… Пожалуй, все двери в его квартире уже сослужили свою службу. И дверь в ванную, и дверь в переднюю, и даже вот эта дверца книжного шкафа, плотно набитого старинными книгами, с потемневшими от времени корешками.