«Волшебный лунный поезд»

Татьяна Кривецкая

Волшебный лунный поезд

Зима в этом году началась просто замечательно – в начале декабря ударил лёгкий морозец и наш город завалило снегом. Все ребята обрадовались, выбежали на улицу: кто с санками, кто с лыжами, кто с коньками и хоккейными клюшками; начали играть в снежки и лепить снежных баб.

Но радость продлилась недолго – не прошло и недели, как нагрянула оттепель. Пригрело солнце, снег потемнел и начал таять, с крыш потекло. Гулять по такой погоде расхотелось, хотя и было воскресенье.

До каникул оставалось ещё две недели, надо было бы сделать домашнее задание на завтра, но корпеть над уроками тоже не было желания. И всё же я сел за стол и открыл учебник.

За окном весело посвистывали синички и чирикали воробьи, думая, что уже наступила весна. С крыши падали и звонко разбивались подтаявшие сосульки. Этот звон и пение птиц мешали мне сосредоточиться.

Я отложил книгу, подошёл к окну и приоткрыл его. В комнату ворвался свежий ветерок, поиграл с занавеской, пошуршал страницами задачника. Не обнаружив для себя ничего интересного, ветерок вылетел обратно.

Я постоял некоторое время у окна, с высоты третьего этажа глядя на улицу. На нечищеном тротуаре таял снег, превращаясь в грязную кашу. Прохожие месили «кашу» ногами, утопая в ней по щиколотку и отпуская нелестные замечания в адрес нашего дворника. Добродушная лохматая собака радостно носилась туда-сюда и требовала от прохожих подачки. Вот она перебежала через дорогу в маленький скверик напротив моего дома, побегала между деревьями, поискала что-то возле мусорного ящика и остановилась перед стоявшим у одной из лавочек снеговиком.

Точнее, это был не снеговик, а маленький снеговичок. Ребята, которые его здесь поставили, судя по всему, не отличались терпением и трудолюбием, а может быть, просто спешили. Снежные шары, из которых состояло его туловище, были слеплены кое-как, один глаз оказался выше другого, а нос-морковка был повёрнут набок. Вместо приятной улыбки лицо снеговичка было искривлено страдальческой гримасой, было видно, что он не испытывает восторга от своей внешности. Хотя, возможно, такой печальный облик снеговичок имел потому, что тоже начал таять.

Собака обнюхала снеговичка и присела рядом, пристально глядя ему в лицо. Издали казалось, что они разговаривают.

– Гав-гав?– вопросительно произносила собака и замирала в ожидании ответа.

Татьяна Кривецкая

Волшебный лунный поезд

Зима в этом году началась просто замечательно – в начале декабря ударил лёгкий морозец и наш город завалило снегом. Все ребята обрадовались, выбежали на улицу: кто с санками, кто с лыжами, кто с коньками и хоккейными клюшками; начали играть в снежки и лепить снежных баб.

Но радость продлилась недолго – не прошло и недели, как нагрянула оттепель. Пригрело солнце, снег потемнел и начал таять, с крыш потекло. Гулять по такой погоде расхотелось, хотя и было воскресенье.

До каникул оставалось ещё две недели, надо было бы сделать домашнее задание на завтра, но корпеть над уроками тоже не было желания. И всё же я сел за стол и открыл учебник.

За окном весело посвистывали синички и чирикали воробьи, думая, что уже наступила весна. С крыши падали и звонко разбивались подтаявшие сосульки. Этот звон и пение птиц мешали мне сосредоточиться.

Я отложил книгу, подошёл к окну и приоткрыл его. В комнату ворвался свежий ветерок, поиграл с занавеской, пошуршал страницами задачника. Не обнаружив для себя ничего интересного, ветерок вылетел обратно.

Я постоял некоторое время у окна, с высоты третьего этажа глядя на улицу. На нечищеном тротуаре таял снег, превращаясь в грязную кашу. Прохожие месили «кашу» ногами, утопая в ней по щиколотку и отпуская нелестные замечания в адрес нашего дворника. Добродушная лохматая собака радостно носилась туда-сюда и требовала от прохожих подачки. Вот она перебежала через дорогу в маленький скверик напротив моего дома, побегала между деревьями, поискала что-то возле мусорного ящика и остановилась перед стоявшим у одной из лавочек снеговиком.

Точнее, это был не снеговик, а маленький снеговичок. Ребята, которые его здесь поставили, судя по всему, не отличались терпением и трудолюбием, а может быть, просто спешили. Снежные шары, из которых состояло его туловище, были слеплены кое-как, один глаз оказался выше другого, а нос-морковка был повёрнут набок. Вместо приятной улыбки лицо снеговичка было искривлено страдальческой гримасой, было видно, что он не испытывает восторга от своей внешности. Хотя, возможно, такой печальный облик снеговичок имел потому, что тоже начал таять.

Собака обнюхала снеговичка и присела рядом, пристально глядя ему в лицо. Издали казалось, что они разговаривают.

– Гав-гав?– вопросительно произносила собака и замирала в ожидании ответа.