«Сказка о настоящей любви»

Наталия Шлыгина

Сказка о настоящей любви

Аленушка сидела на холодном камне, в темном лесу, возле топкого болота и упорно не желала уходить.

– И правльно, замерзнешь тут, заболеешь… – притворно вздохнула ее старая нянюшка.

– И поцелую… – дрогнул звонкий девичий голосок, – ну и что, что противный!

В руках Аленушка держала с трудом пойманную, а теперь завернутую в полосатый платочек, бородавчатую жабу.

– Деточка моя, не балуй, идем домой, у нас своих женихов полно – каких хочешь, тебе подберем, – старушка уже всерьез забеспокоилась о душевном здоровье своей подопечной.

Но не так-то просто переубедить девушку, от души верящую, что жаба – это заколдованный царевич. Она сложила пухлые губки трубочкой и уже почти поцеловала несчастную, но та в последний момент освободилась из кружевного плена, и, недовольно квакнув, прыгнула на соседнюю кочку.

Платочек спикировал под ноги незадачливой искательнице личного счастья.

– Лови, нянюшка! Все равно не уйдет! – завопила покинутая невеста, но не успела она закончить, как жабу уже поймали, – в прямом смысле, насадили на стрелу. Аленушка еле успела отскочить, чтобы лягушачьи внутренности не запачкали ее «парадный» красный сарафан.

– Царевича убили! – и впечатлительная барышня рухнула в глубокий обморок. Заботливая нянюшка принялась приводить свою любимицу в чувство, но безуспешно – девица картинно возлежала на кочке и ни в какую не желала приходить в себя.

Вдруг из-за ближней елки показалась бобровая шапка, а следом и ее обладатель – добрый молодец весьма привлекательной наружности, одетый по последней моде – в красных сапогах и бархатном кафтане – в общем, при параде.

Царевич (самый настоящий), – в ужасе уставился на пронзенную лягуху.

– Какой позор! – пробормотал он.

– Так я себе невесту никогда не найду!

Тут он заметил лежащую без чувств девушку, которая показалась ему весьма симпатичной, и несказанно этому обрадовался.

– Девица! Ты моя суженая! Стрелу поймала, шкуру лягушачью сбросила и в саму себя превратилась!

И вот уже после первого поцелуя красавица распахнула очи ясные и бодренько поинтересовалась:

– Правда царевич?!

– Правда, царевич! – заулыбался парень и поспешно уточнил:

– Правда, я всего лишь третий сын царя Берендея…

Наталия Шлыгина

Сказка о настоящей любви

Аленушка сидела на холодном камне, в темном лесу, возле топкого болота и упорно не желала уходить.

– И правльно, замерзнешь тут, заболеешь… – притворно вздохнула ее старая нянюшка.

– И поцелую… – дрогнул звонкий девичий голосок, – ну и что, что противный!

В руках Аленушка держала с трудом пойманную, а теперь завернутую в полосатый платочек, бородавчатую жабу.

– Деточка моя, не балуй, идем домой, у нас своих женихов полно – каких хочешь, тебе подберем, – старушка уже всерьез забеспокоилась о душевном здоровье своей подопечной.

Но не так-то просто переубедить девушку, от души верящую, что жаба – это заколдованный царевич. Она сложила пухлые губки трубочкой и уже почти поцеловала несчастную, но та в последний момент освободилась из кружевного плена, и, недовольно квакнув, прыгнула на соседнюю кочку.

Платочек спикировал под ноги незадачливой искательнице личного счастья.

– Лови, нянюшка! Все равно не уйдет! – завопила покинутая невеста, но не успела она закончить, как жабу уже поймали, – в прямом смысле, насадили на стрелу. Аленушка еле успела отскочить, чтобы лягушачьи внутренности не запачкали ее «парадный» красный сарафан.

– Царевича убили! – и впечатлительная барышня рухнула в глубокий обморок. Заботливая нянюшка принялась приводить свою любимицу в чувство, но безуспешно – девица картинно возлежала на кочке и ни в какую не желала приходить в себя.

Вдруг из-за ближней елки показалась бобровая шапка, а следом и ее обладатель – добрый молодец весьма привлекательной наружности, одетый по последней моде – в красных сапогах и бархатном кафтане – в общем, при параде.

Царевич (самый настоящий), – в ужасе уставился на пронзенную лягуху.

– Какой позор! – пробормотал он.

– Так я себе невесту никогда не найду!

Тут он заметил лежащую без чувств девушку, которая показалась ему весьма симпатичной, и несказанно этому обрадовался.

– Девица! Ты моя суженая! Стрелу поймала, шкуру лягушачью сбросила и в саму себя превратилась!

И вот уже после первого поцелуя красавица распахнула очи ясные и бодренько поинтересовалась:

– Правда царевич?!

– Правда, царевич! – заулыбался парень и поспешно уточнил:

– Правда, я всего лишь третий сын царя Берендея…