«Однажды зимним вечером»

Николай Мальцев

Однажды зимним вечером

В качестве предисловия

Эту сказку я написал очень давно, в конце 1982-го года, и через четыре десятка лет подправил лишь незначительно. За это время в нашей жизни многое стало другим, и кое-что покажется современному читателю нереальным. Однако поверьте, что тогда и правда дети гуляли одни даже по вечерам, подъезды не запирались, ребятишки бегали по дворам… Впрочем, в сказке это не главное. А Добро и Зло за годы не изменились, хотя желающих выдать одно за другое стало заметно больше.

В субботу, к вечернему чаю, мама затеяла испечь пироги. Она ушла на кухню и принялась месить тесто, а Гена с Мариной вертелись возле неё, изо всех сил помогали и заодно старались стащить сладкой начинки. Маме это скоро надоело, и она сказала:

– Ну, вот что! Если так дело и дальше пойдёт, то вместо пирогов придётся печь булки!

И она поставила блюдо с начинкой на кухонный шкаф, откуда ни Гена, ни тем более Марина его достать не могли. Девочку это, казалось, ничуть не расстроило. Она тут же попросила кусочек теста и принялась мять и тянуть его вместе с мамой. А Гена затосковал. С минуту он жалобными глазами полюбовался на недоступное лакомство, а потом, чтоб себя не расстраивать, отвернулся к окну и стал смотреть на улицу.

Уже темнело. Город сиял фонарями и разноцветными окнами, сверкал огоньками машин. Из парка слышалась музыка – там ярким заревом светился каток. Вокруг него возвышались укутанные снегом деревья, темнел замёрзший пруд, а дальше опять, до самого горизонта, пестрели окна и фонари.

Во дворе было пусто. Ребята постарше ушли на каток, малыши сидели уже по домам. Только рыжий пёс Дружок, который жил в подвале и ел, что придётся, слонялся от скамейки к скамейке.

Гена почувствовал себя таким же несчастным и одиноким, как ничейный Дружок. Он уже пожалел, что соблазнился будущим пирогом и не пошёл на каток вместе с друзьями. Но тут внимание мальчика привлекла большая куча щебёнки, неведомо для чего привезённая в дальний угол двора ещё летом. Сейчас её засыпали снегом, облили водой – и получилась отличная горка. А там, где были ступеньки, из-под утоптанного сотнями ребячьих ног снега торчали маленькие желтоватые камешки.

– Как раз для рогатки! – подумал Гена. – И как же я раньше этого не заметил!