«Бесконечная любовь»

Елена Махова

Бесконечная любовь

В далекие-далекие времена, когда не было ни зла, ни зависти, где-то в маленьком уголке неизвестного пространства жили четыре стихии: Земля, Воздух, Вода и Огонь.

Земля завораживала изобилием растений, играющих всеми цветами радуги и маленькими существами, которые разговаривали на неведомом нам языке. Воздух наполнял пьянящим ароматом цветов, лесов, трав, которые приносил неугомонный ветер, единственный кто обладал свободой и никому не починялся. Вода, ласкающая своими, то ледяными, то горячими прикосновениями, словно мать, заполняла спокойнодрейфующие озера. Наполняла моря и океаны, превращая их в бесконечно сверкающие зеркала, которым не было равных в своей завораживающей глубине и чистоте. Вода заставляла пробивать себе путь по каменистым и непроходимым ущельям, нести свои воды, образуя высокостатные водопады.

И только Огонь, когда-то принесенный Прометеем, был вынужден оставаться в замкнутом пространстве. Его страсть и пыл наполняли теплом и светом все уголки неизведанного пространства, где обитают четыре стихии. Ему было запрещено выходить на волю из своей обители, чтоб не натворить бед. Огонь грустил и вспыхивал при каждом дуновении ветерка, приносящего ему глоток свободы и волшебные минутки, снимающие оковы одиночества.

Каждая стихия могла наслаждаться свободой и открывать в себе всё больше и больше таинственных даров, на которые они были способны.

Земля любила своего младшего брата за теплоту души, за свет приносящий радость, но она боялась его пламени, боялась обжечься и нанести себе ущерб. Красота дороже горячих, любящих объятий своего брата.

Вода тоже не особо жаловала своего братца и неохотно общалась с ним. Её потоки закипали, как только она соприкасалась с Огнём. И ему приходилось охлаждать свой жар, жертвуя своим общением и исчезая, прячась за стенами, в которых ему суждено было быть на веки вечные.

«Ярко Земля пестреет

И капли росы блестят,

А я одиноко блуждаю,

По каменистым стенам оград!

Воздух, брат мой, надежды,

Скажи, что творится в миру?

Когда из оков злосчастных

На волю я попаду?»

Ветер наполнил обитель, воздуха дал глоток, прижал своего братишку и тихо, шепнул на ушко:

«Ты успокойся, братишка,

Я помогу, не грусти!

И мы с тобою, поверь мне,