«Застава в степи»

В. Богомолов

Застава в степи

Об авторе и его книге

Владимир Богомолов в основном пишет для детей. Вначале это были книжки стихов для самых маленьких: «Мы строим ГЭС», «Зоосад», «Вовкины слоны», затем — рассказы «Воля», «Бабушкина гвардия», пьеса «Ленька-горнист», а в 1965 году вышла его повесть «Боцман с «Авроры». О чем эта повесть? О юных друзьях совхоза «Трудрассвет», об их учебе в школе и разных интересных пионерских делах. Те, кто читал эту повесть, запомнил непоседу и выдумщика Генку Синицына, рассудительного Саню Морозова, задиристую Леву Тарелкину. Пионерская «Аврора» успешно приходит в Братск, а бывшие пятиклассники переходят в шестой класс. Впереди же — каникулы, лето. Что делают ребята летом? Они снова вместе, снова придумывают много интересного. Они идут по следам коммунаров — зачинателей новой жизни на селе, отдыхают в лагере, помогают своему совхозу. Вот о жизни героев «Боцмана с «Авроры» летом и рассказывается во второй части — «Застава в степи», по которой и названа вся книга.

В. М. Богомолов родился в 1924 году. После школы работал в театре, на радио, в многотиражных и областных газетах. Закончив Высшую партийную школу, В. М. Богомолов несколько лет находился на партийной работе. В марте 1906 года принят в Союз писателей СССР.

Книга первая

Боцман с «Авроры»

Персональное дело

— Знаешь, Сеня, — это форменное безобразие, — сказала Лена Тарелкина после первого урока. Она торопливо перебирала концы своей длинной, тугой косы. — Он позорит весь наш класс. А ты не принимаешь никаких мер.

С Генкой Синицыным последнюю неделю творилось действительно что-то странное. Если говорить, положа руку на сердце, я мог бы узнать все раньше. Но после того, как он в прошлое воскресенье не пришел на финальный матч по хоккею и мы проиграли четвертому «б» с позорным счетом: четырнадцать — семь, я не мог не только разговаривать, даже смотреть на него.

Утром Синицын виновато опустил свои хитрые глаза и, подойдя ко мне, хотел что-то объяснить, но я отвернулся от него, как Брут в древнем Риме отвернулся от Юлия Цезаря. Генка сощурился:

— А еще друг.

— Я тебе больше не друг, — ответил я, отходя к окну.