«Ночной испуг»

Дхан Мукерджи

Ночной испуг

К пяти годам Кари был уже ростом чуть пониже нашего дома. Мы не приучали его к охоте, потому что сами не занимались охотой на диких зверей. Отец получил работу каменотеса на прокладке шоссейной дороги и дома не бывал по многу недель. А мы с братом целые дни проводили в поле; мы и не думали сделать из Кари охотничьего слона. Кари и без учения был очень смелым, и, когда нам приходилось отправляться глубоко в джунгли, мы всегда брали его с собой.

Англичане, чтобы ехать на слоне, всегда привязывают ему на спину хаудах. Хаудах – это ящик с высокими стенками; внутри этого ящика устраиваются скамейки для седоков. Но хаудах нужен только тем, кто не привык к езде на слонах; им нужны высокие стенки, иначе, когда слон побежит, они свалятся на землю. Им ничего не видно из этого ящика, особенно детям, которые не могут даже выглянуть через край хаудаха. Мы отлично ездили на Кари без ящика.

Однажды вечером мы с братом собрались в дорогу: мы решили поехать проведать отца. Брат положил на спину Кари матрац и крепко-накрепко привязал его веревками, чтобы он не сползал, потому что не слишком приятно соскользнуть со спины слона и угодить ему под ноги.

Затянув потуже веревки, мы улеглись на матрац. Бубенцы мы подняли и подвязали, чтобы они не звенели по пути через джунгли. Мы лежали у Кари на спине и смотрели на звезды. Они казались такими близкими, что хотелось протянуть руку и сорвать их.

Нам не спалось. Мы прислушивались к звукам джунглей. Кари тяжелым облаком катился по лесной тропе. Порой тигр, выйдя из чащи, пересекал дорогу и скрывался во тьме; но Кари не обращал на тигров внимания. Вдруг подле него раздался отрывистый лай, и лисица выскочила из густолесья. Кари остановился и подождал, пока она уйдет с дороги, потом снова двинулся вперед. В лунном сиянии дорога блестела рекой серебра; нам видно было, как над нею с ветки на ветку прыгают белки.

Слоны умеют дремать на ходу. Мы почувствовали, как бег Кари перешел в тихий шаг, и поняли, что он задремал. Что было дальше, этого мы не знали, потому что тоже уснули. Я не могу сказать, сколько времени прошло, прежде чем мы проснулись; я только знаю, что нас разбудил резкий толчок, трубный голос слона и чей-то ужасный рев.

Мы вцепились в матрац и едва удержались у слона на спине, а Кари пустился бежать.

Дхан Мукерджи

Ночной испуг

К пяти годам Кари был уже ростом чуть пониже нашего дома. Мы не приучали его к охоте, потому что сами не занимались охотой на диких зверей. Отец получил работу каменотеса на прокладке шоссейной дороги и дома не бывал по многу недель. А мы с братом целые дни проводили в поле; мы и не думали сделать из Кари охотничьего слона. Кари и без учения был очень смелым, и, когда нам приходилось отправляться глубоко в джунгли, мы всегда брали его с собой.

Англичане, чтобы ехать на слоне, всегда привязывают ему на спину хаудах. Хаудах – это ящик с высокими стенками; внутри этого ящика устраиваются скамейки для седоков. Но хаудах нужен только тем, кто не привык к езде на слонах; им нужны высокие стенки, иначе, когда слон побежит, они свалятся на землю. Им ничего не видно из этого ящика, особенно детям, которые не могут даже выглянуть через край хаудаха. Мы отлично ездили на Кари без ящика.

Однажды вечером мы с братом собрались в дорогу: мы решили поехать проведать отца. Брат положил на спину Кари матрац и крепко-накрепко привязал его веревками, чтобы он не сползал, потому что не слишком приятно соскользнуть со спины слона и угодить ему под ноги.

Затянув потуже веревки, мы улеглись на матрац. Бубенцы мы подняли и подвязали, чтобы они не звенели по пути через джунгли. Мы лежали у Кари на спине и смотрели на звезды. Они казались такими близкими, что хотелось протянуть руку и сорвать их.

Нам не спалось. Мы прислушивались к звукам джунглей. Кари тяжелым облаком катился по лесной тропе. Порой тигр, выйдя из чащи, пересекал дорогу и скрывался во тьме; но Кари не обращал на тигров внимания. Вдруг подле него раздался отрывистый лай, и лисица выскочила из густолесья. Кари остановился и подождал, пока она уйдет с дороги, потом снова двинулся вперед. В лунном сиянии дорога блестела рекой серебра; нам видно было, как над нею с ветки на ветку прыгают белки.

Слоны умеют дремать на ходу. Мы почувствовали, как бег Кари перешел в тихий шаг, и поняли, что он задремал. Что было дальше, этого мы не знали, потому что тоже уснули. Я не могу сказать, сколько времени прошло, прежде чем мы проснулись; я только знаю, что нас разбудил резкий толчок, трубный голос слона и чей-то ужасный рев.

Мы вцепились в матрац и едва удержались у слона на спине, а Кари пустился бежать.