«Самый трудный километр»

Ирина Кирпичникова

Самый трудный километр

ЮНЫЙ ДРУГ!

Что ты делаешь, когда едешь в метро? Читаешь книжку или разговариваешь с приятелем?

Только, наверное, не смотришь в окно… Считаешь, что там, за стеклом, ничего удивительного не увидишь.

И всё-таки я тебе предлагаю посмотреть хотя бы однажды, где мчится поезд. Между станциями «Лесная» и «Площадь Мужества» ты тогда обнаружишь красный тоннель. Такого нигде в мире больше нет.

Он необычен не потому, что выкрашен в красный цвет. Здесь, под землёй, когда-то произошла жаркая схватка со стихией. Тут сражались сотни и тысячи отважных людей: рабочих, инженеров, учёных.

И одержали победу!

В этой книжке я расскажу о некоторых из них.

Красный тоннель — памятник их мужеству и самоотверженному труду.

Рисунки И. Урусова　

ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР

— Алло! Управление? Говорят с двести тринадцатой. В шахту прорвалась вода! Авария!

Это прозвучало как сигнал боевой тревоги.

— Есть пострадавшие?

— Нет. — Голос в трубке несколько охрип. — Пока нет…

— Должно быть, скважина лопнула, и только, — сказали из управления.

— Да нет же! Земля в шахте поплыла! Это — плывун!

— Сейчас выезжаем!

Уже через несколько минут с разных концов города к шахте мчались машины: аварийные, пожарные, санитарные, легковые.

А НАКАНУНЕ БЫЛО ВСЕ СПОКОЙНО…

Только Дед уходил со своей бригадой на другую шахту и прощался с двести тринадцатой. Вот и все события.

Вообще-то его имя — Михаил Григорьевич Тихоно́вич. Но все упорно зовут Дед.

А он вовсе не старый, вовсе не седой и вовсе не сгорбленный. И даже наоборот: стройный, подтянутый, черноволосый.

Дедом его прозвали, когда появился у него внучок Андрейка. Ни у кого на шахте нет внучонка. А у него вот теперь есть.

Может быть, ещё потому так называют, что начальство к нему относится с особым почтением — словно к старейшине.

Может быть, ещё потому называют, что умудрён он во всех шахтёрских делах.