«Кружевная принцесса»

Людмила Штатнова

Кружевная принцесса

В маленьком городке на самом краю большого королевства тихо доживали свой век муж и жена. Большое королевство платило им за их долгий безупречный труд не очень большую пенсию, потому что они никогда не занимались решением трудных государственных задач, и от их мнения в жизни королевства никогда ничего не зависело. Детей у них не было, поэтому муж и жена нежно любили друг друга, а ещё жена любила фисташковые пирожные с черносливом, а муж любил читать еженедельную газету "Королевские ведомости", пить крепкий кофе и слушать музыкальную радиостанцию "Моё почтенье…". Денег на такие излишества, конечно, не хватало, и муж занимался с соседскими ребятишками арифметикой, а жена вязала из белоснежных ниток кружевные салфетки. Получали они за это совсем немного, потому что вокруг них жили такие же незаметные небогатые королевские подданные, но к очередному празднику Рождества старики сумели собрать достойное угощение и порадовать друг друга милыми подарками. Под маленькой ёлочкой, живой и пахучей, муж обнаружил чудесные наушники для своего приёмника, а жена — яркий пакетик с круглыми мотками белых ниток: тонких, шелковистых и блестящих, как рождественский снег. Нитки были очень высокого качества, наверное, дорогие и привезённые издалека! Старики расцеловались и растрогались до слёз, в который раз за свою долгую жизнь…

После бокала искристого вина, взаимных пожеланий и чая с пирожными, жена задремала в своём кресле, загадав про себя счастливый рождественский сон. Ей приснилось, что она, молодая, бредёт по тёмному городу и улица впереди неё вся испещрена цветными пунктирными линиями, как будто следами от праздничного фейерверка. Но, на самом деле, это были пёстрые нити для вязания, которые мешали ей идти, и она раздвигала их руками, пыталась перешагнуть, но нити пружинили, как тонкие резинки и больно хлестали по пальцам. "Лео!" — привычно позвала жена мужа, потому что привыкла во всём полагаться на него. "Моё почтенье, если не шутишь!" — ответил чужой голос, и жена, вздрогнув от неожиданности, проснулась…

Яркий пакетик с нитками шлёпнулся на половицы, и клубки с лёгким шелестом раскатились по комнате с такой быстротой, что бедная женщина растерялась и больно свернула шею, пытаясь уследить за ними. "Сон в руку!" — удостоверилась она и тихонько, чтобы не разбудить мужа, отошла в неосвещённый угол комнаты, в котором, как ей показалось, собрались непослушные клубочки. Но в этом углу их не оказалось! Женщина взяла плошку с догорающей свечкой и опять, стараясь не скрипеть половицами, направилась вдоль стен, заставленных тяжёлой мебелью. "Да куда же они все разом запрятались?" — подивилась она про себя. — "Этого не может быть, потому что не может быть никогда!" — женщина решительно направилась к столу, потому что была, как и любая хозяйка, в меру практична, и не впадала по пустякам в истерику. — "Вот он, пакетик, — лежит у кресла, и я отчётливо видела: все клубочки покатились в одну сторону! Значит, надо немножко отдохнуть, зажечь новую свечку и начать искать сначала…" — женщина улыбнулась загадочной рождественской сумятице, потёрла поясницу и качнулась в сторону кресла…

— Осторожнее, мамочка, ты меня сомнёшь! — раздался девичий голосок, и хозяйка, увидев на кресле, в колеблющемся отсвете, светлую, как паутина, фигуру, — мягко осела на полосатые половички в глубоком обмороке.

"Матильда…" — услышала женщина родной голос дорогого Лео, и знакомые тёплые пальцы мужа коснулись её лица. — "Проснись, у нас для тебя сюрприз!" Женщина сквозь дрожащие ресницы увидела близко-близко лицо мужа, расплывшееся в такой благостной улыбке, что она даже подумала: а не на другом ли они уже с ним свете?

— Помоги мне, — слабо отозвалась женщина и, только реально ощутив под собой уютное кресло, открыла, наконец, глаза.

В комнате было светло, потому что горели все лампы, имеющиеся в наличии, даже ночной светильник. В центре, прямо под люстрой стоял муж, а рядом с ним дивно улыбалась Матильде изумительная девочка, сотканная из белоснежных ниток, кружев и прочих волшебных переплетений рождественской пряжи. Короткие, до уровня плеч, обвязанные крючком пряди волос топорщились, как макаронные спиральки, а из-под неровной чёлки сияли, как искристый снег, раскосые глаза с пушистыми ресницами.

— Матерь Божья! Царица Небесная! — перекрестилась женщина, но уже вполне разумным взглядом рассмотрела на ажурном платье у девочки знакомые узоры из "Пособия для ручного вязания".

— Здравствуй, мамочка! Меня зовут Кружена! — сказала девочка кружевным голосом, взглянула на Лео, и торжественно добавила: — Поздравляю тебя с праздником Рождества!

— Спасибо, родная! — ответила Матильда и на слове "родная" вытерла слезу, потому что почувствовала на сердце сладкую боль. — Я так рада тебе!

Кружена подлетела к Матильде на своих невесомых ножках и прижалась к её руке своей чуть шершавой щёчкой. Матильда взглянула на Лео, застывшего на том же месте под люстрой с тем же благостным выражением лица, увидела его тёплые глаза, и благодарно кивнула аккуратной седой головой.

И зажили они все вместе — сразу дружно и счастливо! Соседи с пониманием выслушали рассказ стариков, хотя некоторые тайком покрутили пальцем у виска. Из-за своей ажурной невесомости Кружена не могла помогать Матильде в домашней работе, но с удовольствием кружилась по саду зимой, подвязывая ветки кустов пышными бантиками, и летом, расправляя своими тонкими пальчиками лепестки цветов. Ровно в полдень субботнего дня она приносила Лео газету из почтового ящика, а, кроме того, помнила про множество мелочей, которые старики, в забывчивости, распихивали по разным ящичкам, и мгновенно разыскивала для Лео "ближние" и "дальние" очки. Матильда варила ей по утрам кашку из нежнейшего крахмала, а Кружена придумывала Матильде узоры для её салфеточек и распутывала любые узелки на пряже. Лео честно пытался обучить дочку арифметике и чтению, но в её кружевной головке не задерживались подобные премудрости, за то она прекрасно пела и танцевала под любимые мелодии Лео из старого приёмника. "Ну и не надо", — махнули рукой на её не ученость старики, — "для девочки — это не главное!"

Единственное, за что опасались Лео с Матильдой, — чтобы дочь не попала под дождь или сильный ветер, любую непогоду, одним словом, или не была бы примята неосторожным движением. Поэтому, Кружена никогда не появлялась в саду одна, никогда не бывала на улице или в гостях, у неё не было близких подруг, а резкие грубые мальчишки вообще не допускались в дом. Соседи считали Кружену избалованной девочкой, воображулей и привередой, и очень скоро стали называть её "принцессой", потому что в их маленьком небогатом городе такое праздное существование для дочерей было непозволительно. "Как там твоя "кружевная принцесса?" — не скрывая иронии, сочувственно спрашивали они у Матильды при встрече. "Прекрасно!" — искренне отвечала Матильда, и лицо её при этом было озарено такой радостью, что соседи ещё больше начинали ей сочувствовать, потому что были уверены: нежданное счастье стариков — недолговременно. Иначе, почему и другим так же не повезло, чем они, другие, — хуже? Ну, да ладно, это уже, наверное, другая сказка…

Итак, — "Прекрасно!" — искренне отвечала Матильда и была абсолютна честна. Дело в том, что узоры ажурных салфеток, которые придумывала и рисовала крохотными цветными мелками Кружена, были настолько изысканны, неповторимы и необычны, что стали пользоваться огромным спросом, пришлось даже повысить на них цену, потому что Матильда уже не успевала обеспечивать всех покупательниц, и к ней образовалась небольшая, но капризная очередь! Старый Лео перестал давать уроки арифметики ленивым оболтусам, потому что Матильда ему тактично объяснила о необходимости больше времени уделять Кружене, заботясь о её безопасности. Доверчивый Лео серьёзно отнесся к своим новым обязанностям охранника: исправил на калитке сломанную щеколду и периодически обходил сад вдоль ветхого забора, постукивая палкой по неподвижным кустам. Матильда теперь позволяла себе пить чай со своим любимым фисташковым пирожным каждое воскресенье, а на грядущее Рождество они с Круженой надумали подарить Лео, тьфу, тьфу, тьфу, — чтобы не сглазить, новый телевизионный приёмник с дистанционным управлением!

Высокая цена кружевных изделий привлекла состоятельных покупательниц, и постепенно, слава о чудесной кружевнице из провинциального города достигла слуха всех королевских модниц! Но и соседи, как часто случается в маленьких городах, по-своему разумению объяснили всем желающим неожиданное благополучие семьи Лео: " Бедной сиротке дали приют, а держат взаперти; заставляют сутками плести несчастные кружева за плошку картофельной муки!" И мелкие слухи, настоянные на тайной зависти, однажды совсем замутили простые души жителей городка… Оболтусы, не понимающие арифметики, разрисовали старенький забор вокруг дома Лео карикатурными рисунками на хозяина и, кривляясь при виде Лео, выкрикивали чьи-то оскорбительные стишки:

На самом деле, печалилась одна Матильда, потому что только она ходила за покупками и видела, как изменилось отношение жителей к её маленькой семье. Матильда пыталась объяснить своим старым подругам, что Кружена живёт у них, как родная дочка и ни в чём не нуждается, но почему-то даже подруги охотнее выслушивают истории с несчастливым концом и верят только в свои добрые намерения…

И вот однажды возле калитки раздался непонятный треск, шум и над садом образовалось сизое облако. Матильда, забывшись, схватилась за сердце, а верный Лео, с палкой наперевес, первым вышел в сад. Невесомая Кружена выпорхнула за ним, и только на крыльце Матильда успела ухватить её за край белоснежной юбочки.

— Кто там? — попытался грозно выспросить Лео, но голос его был уже недостаточно силён и поэтому показался Матильде неубедительным.