«Привидение из камина»

Валентина Никиткина

Привидение из камина

To our dear Carel

Трубочист съехал по широкой трубе вниз головой прямо в камин.

Хорошо, что камин не топился, и он не обжегся.

Плохо, что в камине были уже сложены дрова, и он здорово ушиб и голову, и руку в плече.

А еще он перепугал мальчишку, который лежал на полу и смотрел по телевизору свою любимую передачу о дикой природе.

Каждый день она рассказывала о чем-нибудь новом и любопытном.

Вчера, например, о жизни обезьян в джунглях.

А сегодня бурые медведи ловили в горной реке лососей, которые шли на нерест. Лососи выпрыгивали из воды, стремясь преодолеть каменную стену высоких порогов, а хитрые медведи ловко захватывали их зубастой пастью и лапами...

Медведи наедались до отвала, а матери-медведицы, не жадничали, подсовывали и подсовывали пойманную рыбу медвежатам, и казалось, после сытной трапезы те росли на глазах...

Мальчишка неожиданно услышал шум, а, увидев в камине голову и плечи трубочиста, сжался и на мгновение замер от страха.

Он вскочил на ноги и вытянулся в струнку — худой, высокий для своих десяти лет, вихры во все стороны, глаза круглые от испуга. Но гордость не позволяла ему крикнуть.

Да и звать на помощь было все равно некого — мама и папа были на работе. Он сжал кулаки и приготовился сражаться!

Трубочист увидел это, хоть и торчал еще в камине вверх ногами.

Такая реакция мальчишки на его неожиданное и шумное вторжение понравилась трубочисту.

У него были две дочери, он их очень любил. Но он всегда хотел, чтоб у него был еще и сын, храбрый и гордый.

Трубочист, извиваясь, как уж, с трудом вывинтился из камина и встал перед мальчиком: молодой, красивый, с белозубой улыбкой и весь с ног до головы черный:

— Хай! — поприветствовал он мальчика, как приветствуют друг друга американцы.

— Хай! — неуверенно ответил мальчик.

— Том! — представился трубочист. — Извини, что я тебя испугал.

— А я — Миша, по-русски! По-здешнему — Майк! Я не очень испугался!

— Ты из России? Давно?

— Больше года...

Конечно, они разговаривали по-английски, потому что это была страна Соединенные Штаты Америки.

Но мальчик уже несколько месяцев занимался изучением языка в школе для детей, чьи родители надолго приехали сюда работать. А недавно его перевели в обычную американскую школу.

Друзья и учителя даже не верили, что Миша-Майк из России: он говорил совсем, как американец, безо всякого акцента.

— Рад познакомиться, Майк! — сказал Том, глядя на него сверху вниз.

От рукопожатия трубочиста рука у мальчика почернела. Он ее вытер о джинсы и поинтересовался, глядя на Тома снизу вверх:

— Ты черный или просто испачкался?

— В саже испачкался. Камин очень давно не чищен! Ну, пока, надо дело закончить! — направился трубочист к дверям.

— Ты на крышу? Возьми меня с собой!

— Давай, если интересно...

Какой мальчишка откажется залезть на крышу?

Во-первых, отсюда далеко видно. И все холмы, холмы кругом, и леса, и ручей, и скалы... (Когда они только приехали в Америку, папа сказал, что это — предгорья Аппалачей).

Во-вторых, трубочист Том, когда работал, насвистывал разные знакомые и незнакомые мотивчики, прямо художественный свист у него получался...

И, в-третьих, Том сразу нашел Майку подходящее и очень ответственное занятие:

— Майк, подержи этот крюк, чтоб опять не соскочил!

Том стоял на железной петле, как на ступеньке. А петля держалась на крюке, зацепленном за трубу. И Миша, он же Майк, придерживал крюк и следил, чтоб он не соскользнул.

— Держишь? — спросил Том.

И, посвистывая, полез в трубу. Но теперь не головой, а ногами вниз.

— Держу! — отвечал Миша-Майк и заглядывал в трубу.

— Тут, кроме сажи, еще и птичье гнездо... — кричал Том из трубы. — Вот камин и дымил.

— Ты его разорил?

— Не огорчайся! Гнездо давнишнее, — отозвался Том, и из трубы на крышу с шуршанием полетел бесформенный комок веточек, перьев, мха.

— А чье оно? — рассматривал Майк то, что осталось от гнезда.

— Лесного голубя, я думаю, — гудел где-то в трубе голос трубочиста.

Потом Том старательно укреплял старые расшатавшиеся кирпичи.

Потом лопаткой, похожей на большущую ложку, сгребал сажу в пластиковый мешок.

Потом опускал в трубу шланг от мощного пылесоса, включал его, и он гудел, как ракета при запуске...

А чтоб Майк не скучал, Том весело подмигивал ему и громко, перекрывая гул пылесоса, сообщал разные сведения о своей профессии.

Или, например, рассказывал, что таких древних каминов, как вот этот, почти уже в Америке и не осталось.

— Твои родители сняли очень старый дом, — кричал он из трубы. — Давно переехали?

— Из прежней квартиры? Уже неделю тут живем!... Нам нравится!..

— В этом доме, наверное, и привидения водятся. — засмеялся Том. — Не воют по ночам — у-у-у?.. — и трубочист завыл, как, по его мнению, должны выть привидения.

— Я не верю в привидения, но если б они и были, я не боюсь их, — хвастался Майк.

— Храбрый парень! А я, хоть и не верю в привидения, все равно их боюсь! — и трубочист весело смеялся и подмигивал Мише-Майку.

Машина-фургончик была у него синяя, блестящая, новенькая! Наверное, Том хороший работник был и много зарабатывал. И сколько в фургончике разного сложного оборудования помещалось, непонятного и интересного!..

— Well, good luck, Mike! — пожелал ему Том удачи, садясь за руль.

— Bye-bye! Пока-пока! — по-американски и по-русски попрощался мальчик.

— Thank you for your help! — поблагодарил его трубочист за помощь и, отъезжая, взмахнул рукой.

Майк с сожалением смотрел вслед.

Ему Том очень понравился. И вот на тебе: только-только познакомились — и тут же расстались!..

Дрова, сгорая, потрескивали, подпрыгивали и рассыпались на алые угли. Языки пламени то твист, то шейк отплясывали. А в трубе гудело, будто орган пел...

— Всю жизнь мечтала посидеть у камина, — сказала мама.

— Это, конечно, приятно, — ответил папа и налил себе пива в большую кружку.

— Том сказал, что наш дом очень старый, и здесь могут водиться привидения, — сообщил Миша-Майк. — Но вы не бойтесь — привидений не бывает, это все суеверия!

— Кто такой Том? — удивились родители.

— Трубочист, мой друг. Мы с ним камин вместе чистили, и я даже на крышу лазил! — похвастался мальчик.

— Ну, сын, ты даешь! Страшно было? — засмеялся папа.

— Ни капельки! — гордо сказал Миша-Майк.

А мама сказала:

— У тебя всегда какие-то странные друзья... В Москве — столяр дядя Петя, в Америке — трубочист Том...

— А что, разве это плохо? — спросил Миша-Майк.

— Совсем неплохо, — сказал папа. — И столяр, и трубочист — настоящая мужская работа...

Вдруг в камине высоко вспыхнуло пламя. Дрова затрещали, как пулеметная очередь. Тонко запело и захохотало в трубе, где-то там, высоко, под самой крышей...

И в дверь постучали.

В дом вошел трубочист Том. За ним его красавица-жена Джессика, а за ней две их дочки — Пэт и Кэт.

— Hi, Mike! — поздоровался Том по-приятельски, как с давним знакомым.

— Hi, Mike! — сказали одновременно Пэт и Кэт.

В Америке почти все “хай!” при встрече говорят. Ну, как в России — “привет!”

А Джессика ничего не сказала, просто улыбнулась.

Оказалось, что Том, после того, как он умылся, точно, белый, но очень загорелый. Видно, загорел на крышах, когда работал!

А его жена Джессика от рождения была черная, точнее сказать, шоколадная.

Кэт в папу — вся беленькая, а Пэт в маму — шоколадная и черноволосая. И, значит, хоть они и были очень похожи друг на друга, а все-таки не близнецы, как сначала подумалось Мише-Майку.

Том торжественно держал красивую большую коробку с горячей пиццей.

Папа и мама улыбались. Они догадались: это трубочист Том и его семья.

— Майкл помогал мне и очень старался! Это его награда! — сказал Том и отдал коробку Майку и хотел уходить. — Well... Bye-bye!

Конечно, их не отпустили, а усадили в гостиной, ближе к камину.

Все ели горячую еще пиццу “Папа Джонс”. Она была очень вкусная — с сыром, с мясом, с грибами и ананасами, и еще с чем-то...

Потом у мамы в холодильнике нашлось мороженое.

Камин весело горел.

Папа рассказывал, что он делает трубы для Спутников. Это очень хитрые трубы: они сбрасывают излишнее и вредное тепло от приборов в открытый Космос. Поэтому Спутники работают долго...

Том интересно рассказывал, как он ухитряется чистить самые разные трубы. Но, конечно, не в Космосе! На Земле.

И они посмеялись и решили: получается — они немножко коллеги, потому что у обоих главное дело в жизни — трубы.

А красавица Джессика и красавица мама с удивлением обнаружили, что работают в одном Университете.

Мама — читает студентам лекции по биологии, а Джессика — лаборантка на кафедре тоже какой-то там “логии”...

А еще у них были совсем одинаковые модные стрижки и на безымянных пальцах совершенно одинаковые колечки с зелеными камушками — значит, вкусы у них были очень схожи!..

Пэт и Кэт были почти ровесницы Майка, ему было десять лет, а им, наверное, одиннадцать и девять. Но какое это имело значение?