«Том 1. Этюд в багровых тонах. Знак четырёх. Приключения Шерлока Холмса»

Артур Конан Дойль

СОЧИНЕНИЯ В ТРЕХ ТОМАХ

Том первый

*

ЭТЮД

В БАГРОВЫХ ТОНАХ

Повесть

ЗНАК ЧЕТЫРЕХ

Повесть

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ШЕРЛОКА ХОЛМСА

Сборник рассказов

Вступительная статья И. ПАНКЕЕВА

Художник С. СОКОЛОВ

© Издательский центр «ТЕРРА», 1995

«ЕСЛИ И БЫЛ ХОЛМС, ТАК ЭТО Я…»

То, что об Артуре Конан Дойле написаны книги — не удивительно.

То, что существуют книги, воссоздающие биографию его героя, Шерлока Холмса, — уникально.

Пальцев одной руки хватит, чтобы перечислить литературных персонажей, известных почти каждому, даже тем, кто не читал самих произведений.

И Шерлок Холмс — в их ряду. Как писал один из биографов Конан Дойля X. Пирсон: «В настоящее время есть еще только три героя в английской литературе, которые занимают такое же место, как Холмс, в умах и речи простых людей с улицы. Любой разносчик угля, докер, корчмарь, любая уборщица поймут, что имеется в виду, когда про кого-то скажут, что он «настоящий Ромео», «вылитый Шейлок», «чертов Робинзон Крузо» или «проклятый Шерлок Холмс». Другие герои, такие, как Дон Кихот, Билл Сайкс, миссис Гранди, Микобер, Гамлет, Миссис Темп, Скрудж и Ловкий Плут и так далее, известны образованным и полуобразованным людям, но эту четверку знает более девяноста процентов населения, миллионы, никогда не читавшие ни строчки из произведений, в которых они появляются».

Но одно дело — знать, кто такой Ромео и что он символизирует, и совсем иное — верить в существование реального Шерлока Холмса. А сотни людей, и сейчас прибывающие в Лондон, разыскивают Бейкер-стрит, чтобы посмотреть на дом № 109, в котором якобы и распутывал сложнейшие дела знаменитый сыщик.

Холмсу писали письма, составлены посвященные ему энциклопедии, а у Раушенбахского водопада даже воздвигнут памятник приверженцу дедуктивного метода. Уж не говоря о клубах имени Холмса и о тех бесчисленных литературных историях, в которых его женят, делают отцом семейства и т. д.

Казалось бы, автор, породивший на свет Божий такого легендарного героя, должен радоваться, почивать на лаврах и продолжать бесконечную творческую «дружбу» со своим персонажем.

Но Конан Дойль одно время был не только раздражен этой независимостью своего героя, а и откровенно признавался: «Подумываю убить Холмса наконец и завязать с этим. Он отвлекает мои мысли от лучших вещей».

Не исключаю, что некоторые читатели воскликнут: «Как?! Разве Конан Дойль написал нечто, превосходящее истории о сыщике, нечто более интересное и увлекательное?»

Именно такая реакция современников и даже бесконечно уважаемой матери (узнав о желании сына покончить со своим героем, она негодовала: «Ты не сделаешь этого! Ты не должен! Не смеешь!») и вызывала у писателя ненависть к собственному созданию. Ведь помимо этого Конан Дойль написал и издал семьдесят книг, которые считал куда более значительными и серьезными — особенно исторические романы, такие, как «Родни Стоун», «Белый отряд», «Смерть Артура» и многие другие.

Для того чтобы понять этот странный, уникальный в своем роде конфликт, давайте проследим биографии обеих сторон, начиная, естественно, с биографии писателя; узнаем, как «встретились» Конан Дойль и Шерлок Холмс, как развивались их «отношения» и почему современник Киплинга и Уайльда, Уэллса и Голсуорси, удостоенный похвал, так и остался в представлении массового читателя лишь мастером развлекательного детективного жанра.

Фамилия Дойлей довольно древняя и известная, она есть в британском «Словаре национальных биографий», и имена далеких предков даже встречаются в романах Вальтера Скотта.

Шотландец по рождению и ирландец по национальности, Артур Конан Дойль родился 22 мая 1859 года в Эдинбурге, в семье художника. Материально обеспечить семью было сложно, и поэтому она существовала «в тяжелой атмосфере бедности». Мать, Мэри Фоли, всю жизнь имевшая на Конан Дойля огромное влияние, прочила ему карьеру священника. Именно поэтому он отдан был учиться в иезуитский колледж Стонихерст.

Правда, двоюродный дед, в честь которого Артуру и дали второе имя — художник и литератор Мишель Копан, — не поддерживал мысль о дальнейшей связи племянника с религией, но все-таки рекомендовал этот колледж для образования: «Его национальный вкус, в котором у меня нет никаких сомнений, и определенная доля выучки в Стонихерсте сделают из него законченного художника и позволят ему, таким образом, занять высокое и почетное положение».

Мишелю Конану пришлось потом все же доказывать матери Артура, что священничество — не удел молодого человека, что его ум и характер предназначены для иного поприща. В результате совместные усилия двоюродного деда и друга семьи доктора Уоллера привели к тому, что Конан Дойль стал студентом медицинского факультета Эдинбургского университета.

«Конечно, в каком-то смысле можно было сказать, что он хотел быть врачом. Во всяком случае, не было ничего другого, чем бы он хотел заниматься или к чему бы испытывал склонность. Он умеет упорно трудиться, что ж, бог в помощь! Из волшебного Парижа, от цветущих в каштановых кронах уличных фонарей уносится он душой в город посуровее: к своей сероглазой и подслеповатой матушке, к сестрам, трехлетнему брату, отцу, высокой, но согбенной тенью маячащему где-то на заднем плане. И хотя он этого не осознавал, пришел конец его детству» (Дж. Д. Карр).

Именно в университете встретил он Джозефа Белла, Вильяма Резерфорда, Джорджа Бадда, каждый из которых станет затем «частью» Шерлока Холмса. Но — лишь малой частью.

Читать, придумывать и увлекательно рассказывать (при покровительстве матери) Конан Дойль любил еще в школьные годы. С возрастом и жизненным опытом это увлечение развивалось, и, будучи студентом, в 1879 году напечатал первый свой рассказ «Тайна Сэсасской долины». Но главным было не писательство, а подготовка к медицинскому поприщу. Конан Дойль в каникулы предпоследнего года обучения в университете работает корабельным врачом, в 1881 году получает диплом и становится бакалавром медицины, зарабатывает на хлеб врачебной практикой. В 1885 году он защищает диссертацию доктора медицины. Однако чем дальше, тем больше литературные замыслы не дают ему покоя. К тому же посетителей очень мало, и потому времени на писательство предостаточно. Полутора десятков рассказов и романа, написанных к 1886 году, кажется маловато. Но главное — они не удовлетворяют самого автора. И он решает попробовать удачи в детективном жанре.

Долго подыскивал Конан Дойль имя для своего будущего героя. Шернфорд Холмс? Трудно, не запоминается. Еще вариант, еще и еще… Наконец — Шерлок Холмс!

Шерлок Холмс появился в «Этюде в багровых тонах», законченном в апреле 1886 года, и претерпел немело мытарств, прежде чем стал достоянием читающей публики.

Да, именно он — знаменитейший герой!

Конан Дойль посылает рукопись «Этюда» одному издателю, второму, третьему… Наконец повесть берут с условием печатать в следующем году (т. к. «рынок наводнен дешевой литературой») и с выплатой 25 фунтов стерлингов за передачу прав на книгу.

Пришлось соглашаться. В 1887 году «Этюд в багровых тонах» вышел в свет.

Мир не перевернулся от того, что в нем появились Шерлок Холмс и его «вечный фон» доктор Уотсон.

Но, прочтя эту повесть, редактор одного из американских журналов возгорелся желанием получить еще один рассказ о Холмсе. И в 1890 году в «Липпинкотте мэгэзин» печатается «Знак четырех». Кстати, во время переговоров с редактором об этой веши, Конан Дойль познакомился с Оскаром Уайльдом, который с достаточным вниманием отнесся к таланту начинающего писателя.

Начав серьезно писать, Конан Дойль оставляет врачебную практику. Тем более, что «Знак четырех» выходит отдельной книгой.

Один из биографов писателя, X. Пирсон, отмечает: «Идея написания цикла коротких рассказов, объединенных общим героем — Холмсом, пришла Дойлю в голову, когда он читал ежемесячники, которые тогда стали предлагать пассажирам в поездах: «Я просматривал эти разные журналы с обрывками прозы и подумал, что серия рассказов с одним главным персонажем не просто заинтересует читателя, а привлечет к конкретному журналу. С другой стороны, мне всегда казалось, что обычные публикации с продолжением скорее мешают, чем помогают журналу, поскольку рано или поздно читатель пропускает номер и теряет всякий дальнейший интерес. Совершенно очевидно, что идеальным компромиссом был бы постоянный герой, но в каждом номере должен быть законченный рассказ, чтобы читатель точно знал, что сможет читать весь журнал. По-моему, я первый это понял, а журнал «Стрэнд мэгэзин» первый это осуществил». Его агент А. П. Уотт отослал «Скандал в Богемии» издателю «Стрэнда» Гринхору Смиту, которому рассказ понравился, и он посоветовал Дойлю писать целый цикл. Дойл тогда работал окулистом, но так как ни один пациент ни разу его не потревожил, он писал с десяти утра до четырех дня. «В Девоншир Террас, — говорил он, — у меня была комната для ожидания и комната для приема, причем я ждал в комнате для приема, а в комнате для ожидания не ждал никто».

В эти дни окулист-литератор записывает в дневнике, что 10 апреля он Закончил «Установление личности», 20-го — «Союз рыжих», 27-го — «Тайну Боскомской долины», затем — «Пять зернышек апельсина»…

Но критика и публика хранят молчание. За годы жизни в Саутси так много написано! Но ни славы, ни доходов.