«Сумасшедший творец»

Сумасшедший творец (fb2) - Сумасшедший творец [ЛП] (пер. Анастасия Вий) 246K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Кларк Эштон Смит

Кларк Эштон Смит

«Сумасшедший творец»

Clark Ashton Smith

«Schizoid Creator» (1953)

В частной лаборатории, которую доктор Карлос Морено построил, оснастил и содержал благодаря доходам от своей психиатрической практики, шли последние приготовления к опыту, едва ли укладывавшемуся в рамки современной науки. Инструкции доктор выписал из старинных колдовских книг, которые завещали ему предки, навлекшие на себя отеческий гнев испанской инквизиции. Согласно скандальной семейной легенде, остальные предки подвизались в рядах оной.

В конце длинной, заставленной оборудованием комнаты он расчистил участок пола, оставив на нём лишь огромный хрустальный шар, похожий на аквариум. Освящённым ножом, атамом колдуна, Морено заключил шар в окружность и вписал в неё пентаграммы и различные имена Бога на арамейском. Кроме того, на расстоянии нескольких шагов он начертил ещё один, меньший круг, и разрисовал его сходным образом.

Облачившись в чёрный балахон без рукавов и швов, Морено стоял внутри меньшего, защитного круга. К груди и лбу его были привязаны соломоновы печати, искусно изготовленные из нескольких металлов. Единственный свет давала серебряная лампа на подставке рядом, украшенная гравировкой из таких же символов. В расставленных на полу курильницах горели алоэ, камфора и стиракс. Правая рука держала атам, левая — ореховый посох с сердцевиной из намагниченного железа.

Подобно доктору Фаусту, Морено задумал призвать Дьявола. Правда, для несколько иной цели.

Долгие усиленные размышления о загадочных тайнах мироздания и разнице меж добром и злом в итоге привели Морено к поразительно простому выводу.

Возможно, полагал он, есть лишь один Творец — Бог, который изначально был милостив. Тем не менее всё свидетельствует о том, что параллельно существует злое творческое начало, Сатана. Получается, Бог страдает раздвоением личности и порой выступает как Дьявол — своего рода Джекил и Хайд.

Эта двойственность, утверждал Морено, несомненно, разновидность того, что обычно называют шизофренией. Он твёрдо верил в действенность шоковой терапии при лечении подобных расстройств. Если Бога, когда тот выступает в роли Дьявола, как-то поймать и подвергнуть терапии, такое лечение может принести плоды. И тогда под началом здравомыслящего, избавленного от своей сатанинской половины божества многочисленные проблемы Вселенной разрешатся сами собой.

У стены стеклянного шара, изготовленного за большие деньги специально ради опыта, виднелся электрический аппарат — собственное изобретение Морено. Эта машина была намного сложнее, чем переносные аппараты, обычно используемые в шоковой терапии, и могла выдать мощность достаточную, чтобы одновременно казнить электричеством всех обитателей какой-нибудь государственной тюрьмы. Морено рассудил, что для лечения сверхъестественной личности меньшего не хватит.

Он запомнил древнее заклинание, призванное вызвать Дьявола и заключить его внутри бутылки. Стеклянный шар чудесно выполнил бы роль вышеупомянутой бутылки.

Само заклинание представляло собой кровосмесительный плод греческого, арамейского и латыни. Точное значение текста казалось сомнительным. Он был щедро пересыпан такими словами, как «Элоха», «Тетраграмматон», «Элион», «Элохим», «Садай» и «Саваоф» — святыми и могущественными именами Господа. Пару раз мелькало слово «Бифронс», несомненно бывшее одним из многочисленных имён Дьявола. Но существовал всего один Дьявол.

Морено считал детскими древние представления о демонах, согласно которым ад населяют многочисленные злые духи — каждый с собственным именем, рангом и должностью. Итак, всё было готово. Уверенным, зычным голосом священника, читающего мессу, он приступил к заклинанию. Призыв застал Бифронса в самый разгар фривольной болтовни с чертовкой по имени Фоти. Подобно Янусу, Бифронс был двулик и обладал множеством конечностей. Поскольку Фоти и сама отличалась несколько необычным телосложением, занимаясь любовью, им приходилось преодолевать немало сложностей.

Бифронс начал убирать конечности, выпуская чертовку из объятий.

— Какой-то колдунишка, будь он проклят, только что заполучил древнее заклинание с моим именем. Такого не было вот уж две сотни лет. Однако придётся пойти.

— Не задерживайся, — предупредила Фоти, капризно надув четыре губы, две из которых находились на животе. — Если не поспешишь, можешь застать меня за другим занятием.

Недовольный Бифронс пулей вылетел за пределы ада.

Увидев в шаре существо, которое явилось на зов заклинания, доктор Морено опешил и даже испугался. Он толком не знал, чего ждёт, к тому же уделял мало внимания старинным рисункам и описаниям Дьявола, считая их просто суеверным бредом средневековья. Два лица Бифронса поочерёдно распластывались по стенам шара, а тело, руки, ноги и прочие многочисленные конечности судорожно извивались в яростной попытке убежать. Но благодаря толщине стекла и защитному кругу Бифронс был закупорен в шаре столь же надёжно, как джинн, пленённый Соломоном. Вскоре демон смирился и, начав успокаиваться, ненадолго взмыл в воздух, после чего наконец уселся на электрическую машину Морено. Там, будто совсем освоившись, он обвил частью своих конечностей всевозможные электроды с зажимами на концах, торчащие из огромного и сложного устройства.

— Какого чёрта тебе надо? — взревел демон. Стекло приглушило голос, но всё же слышно было хорошо. В тоне явственно звучали гнев и возмущение.

— Мне нужен Дьявол, — ответил Морено. — И, полагаю, это ты и есть.

— Дьявол? — переспросил Бифронс. — Нет, во мне, конечно, много дьявольского, но я не сам Хозяин. Мы бесы, нас легион, как ты знаешь, если читал демонологов. И я вовсе не принц ада, а всего лишь один из подданных, хоть и обладаю собственными силами. Ладно, чего ты хочешь? Денег? Женщин? Сенаторское кресло? Президентство над вашей дурацкой республикой? Только скажи — и я исполню твоё желание. Мне адски не терпится отсюда убраться.

— Тебе меня не одурачить. Я знаю, что ты Дьявол, и кроме тебя, дьявольских созданий во Вселенной нет. Не нужно мне никаких даров. Просто хочу тебя вылечить.

— Вылечить? — поразился Бифронс. — Меня? От чего? Да что ты за волшебник такой?

— Я не волшебник, а психиатр. А зовут меня доктор Морено. Питаю надежду исцелить тебя от демонического начала.

«Этот доктор из сумасшедшего дома небось и сам не в себе», — подумал Бифронс. Он взвешивал свой следующий ход. Направление мыслей выдавал только сардонически изогнутый уголок левого рта.

— Ладно, я Дьявол, — наконец согласился он. — Давай уже заканчивать. Что ты собрался со мной делать?

— Подвергнуть шоковой терапии, — объявил доктор. — Очень необычной, током высокого напряжения. С такой шизофренией, как твоя, лучше способа нет.

— Шизо… что? — проревел Бифронс. — По-твоему, я сумасшедший?

— Позволь объяснить. Я употребляю термин «шизофрения» в его буквальном значении, то есть имею в виду раздвоение личности, а не те многочисленные виды умственных расстройств, которые часто называют этим словом. Я и правда верю, что ты занемогшее божество. Твоя болезнь в том, что ты иногда бываешь Сатаной. Просто хрестоматийный случай двух чередующихся эго. Сейчас доминирует сатанинская половина, иначе бы я не смог тебя призвать. Но скоро мы всё это поправим.

Демон мудро скрыл свой испуг. Надо вернуться в ад как можно скорее и доложить. Сатану явно заинтересует доктор Морено.

— Ладно, давай сюда своё лечение, — велел он. — Что там у тебя?

— Электричество.

Бифронс обоими лицами изобразил смятение:

— О, это очень опасная и разрушительная сила. Ты что, хочешь меня уничтожить?

— В твоём случае исход будет другим, — успокоил доктор тоном бесконечно уверенного в себе профессионала. — Готов?

Бифронс кивнул двумя головами. Морено опасливо покинул круг и прошёл к панели с переключателями на стене лаборатории. Не сводя глаз с демона, он щёлкнул одним из рычагов.

Многочисленные зажимы машины, на которой столь удобно расположился Бифронс, сомкнулись на различных участках его анатомии, приложив электроды к коже. Откуда-то выскочила пара доселе спрятанных и плотно прижалась к его вискам. Морено решительно дёрнул за рубильник, подав полное напряжение, и, всё ещё с опаской, вернулся в защитный круг.