«Всё ещё о нефти?»

Всё ещё о нефти? (fb2) - Всё ещё о нефти? 384K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Шимшон Бихлер - Йонатан Ницан

Шимшон Бихлер

Йонатан Ницан

ВСЁ ЕЩЁ О НЕФТИ?

1. Треугольник конфликта

Различные анализы современных конфликтов на Ближнем Востоке сильно отличаются. Они варьируются от широкой национальной истории до изложения фактов отдельных разногласий. Они опираются на различные аналитические конструкции и отражают разные идеологические точки зрения. Они полагаются на реализм, чтобы подчеркнуть государственные интересы, выравнивания и конфликты; на либерализм, для того чтобы подчеркнуть рынки, торговлю и группы интересов; на марксизм, для того чтобы подчеркнуть эксплуатацию, зависимость и империализм; а также на постизм, чтобы преобразовать конфликты и их причины в культурно-этнический и расистский коллаж из разлагаемых «текстов». Они используют эти взгляды, мнения и догмы для того, чтобы критиковать и осуждать, рационализировать и морализировать, прогнозировать и вырабатывать стратегию.

Однако в основе этого большого разнообразия лежит простая треугольная схема. Независимо от их конкретных теоретических предпочтений и идеологических наклонностей, все анализы, исходят из: (1) внешнего вмешательства, (2) культуры и внутренней политике и (3) дефицита.

Внешнее вмешательство. Аналитики международных отношений склонны делить историю иностранных вмешательств в регионе на четыре периода: (I) период до Второй мировой войны, (II) послевоенный период до распада Советского Союза, (iii) эпоха неолиберальной глобализации до недавнего финансового кризиса и (iv) новый период растущей многополярности. Принято считать, что иностранное вмешательство на Ближнем Востоке усилилось в XIX веке. С падением османского владычества и ростом европейского империализма прямые колониальные захваты поделили регион среди ведущих европейских держав. Это разделение закончилось после Второй мировой войны. Колониализм распался, и в условиях противостояния сверхдержав, заменяющee межимпериалистическую борьбу, конфликты с участием посредников (proxy conflicts) заменили необходимость прямой оккупации. Распад Советского Союза в 1990-х годах снова перетасовал карты. Ранее биполярный мир стал однополярным, и эта однополярность, утверждают эксперты, позволила Соединенным Штатам начать агрессивную кампанию по смене режима, чтобы продвигать демократию и сделать Ближний Восток безопасным для бизнеса. Но эта эпоха тоже, похоже, подходит к концу. Соединённые Штаты уже не те, что были раньше. Их хронический дефицит по счёту текущих операций, растущий долг, спад доллара и недавний финансовый кризис, а также неудавшиеся военные интервенции привели к растущим вызовам со стороны Китая, Индии и новой России, а также со стороны вооружённых неправительственных организаций в различных уголках мира. Эти центробежные силы создают периферийные вакуумы, в том числе и на Ближнем Востоке, которые должны заполнить местные мини-державы, такие как Иран и Турция, и боевики, такие как ИГИЛ и «Хизбалла».

Культура и внутренняя политика. Проблема здесь заключается в воинственных племенных традициях региона, этнических различиях и религиозных военных действиях, а также в том, как эти культурные политические черты отличаются от остальных, в основном западных обществ. Восточные знатоки, аналитики и деконструктивисты исследуют то, как культурная несовместимость порождает конфликт на Ближнем Востоке, а также более широкое «столкновение цивилизаций», особенно между исламом и Западом. Некоторые утверждают, что культурно-политические агрессивные черты региона глубоко укоренены и поэтому их трудно изменить, другие же думают, что их легко задушить или наоборот взрастить в зависимости от обстоятельств и целесообразности.

Дефицит. Этой темой занимаются в основном исключительно экономисты. Основное внимание здесь уделяется воде, которой в регионе не хватает, и нефти, которой у неё много. В краткосрочной перспективе, говорят экономисты, общий запас воды и нефти может быть принят как данность, поэтому рост и уменьшение её дефицита зависит главным образом от колебаний спроса. В случае воды спрос берет своё начало на самом Ближнем Востоке, особенно в засушливых или густонаселённых районах, поэтому связанные с водой конфликты носят в основном региональный характер. В отличие от этого, спрос на нефть создаётся в основном за пределами региона, поэтому конфликты, связанные с нефтью, как правило, имеют важное глобальное измерение. В долгосрочной перспективе, однако, предложение тоже меняется. Основное внимание здесь уделяется глобальному потеплению, которое высушивает регион, и Пику Нефти, который неизбежно приведёт к сокращению добычи нефти. Многие сейчас утверждают, что ожидание этих дефицитов, обусловленных предложением, уже усилило напряжённость в регионе и несомненно усилит конфликты и войны.

Конечно, три вершины этого концептуального треугольника, редко рассматриваются в изоляции. Напротив. Как правило, аналитик собирает несколько «факторов» с каждой вершины, объединяя их всех в одну «производственную функцию», чтобы создать более сложный дискурс. Этот синтез очевиден в текущих объяснениях третьей войны в Персидском заливе. СМИ ИГИЛ и контр-кампании его противников подчёркивают религиозную основу конфликта. Но культура — это только часть картины. Уже захватив нефтедобывающие регионы и объекты, ИГИЛ открыто заявляет о своём намерении захватить такие же в Ираке, Саудовской Аравии и других местах. А поскольку права человека и поток нефти находятся под угрозой, у коалиции под руководством США есть достаточно веская причина для начала ещё одной военной интервенции на Ближнем Востоке.

2. Дефицит и цена на нефть

Бдительный читатель может возразить, что эта треугольная классификация неполна. Согласно этой классификации, очень важно говорить о международных отношениях, культуре, политике и дефиците. Но как насчёт капитала? Разве капитализм не управляет нашим миром и не формирует его важные траектории? И если это так, то почему связь между ближневосточными войнами и накоплением редко упоминается в явном виде и редко анализируется эмпирически?

Большинство аналитиков, однако, отклонили бы такую критику как любительскую. Они отмечают, что связь между накоплением капитала и конфликтом на Ближнем Востоке уже заложена в самой концепции дефицита.

2.1 Обеспечение потока нефти?

Согласно общепринятому мнению, как либеральному, так и радикальному, капитал — это экономическая категория, «реальная», «производительная» сущность^[1], накопление которого более или менее тождественно экономическому росту. Для накопления и расширения, говорят экономисты, капиталу нужен доступ к дешёвому сырью, особенно энергии. А поскольку на Ближнем Востоке в настоящее время находится примерно половина мировых запасов сырой нефти, и одна треть её суточной добычи, то в интересах капиталистов и в целом стран-потребителей нефти, обеспечить, даже применяя силу при необходимости, дешевизну, свободный поток и доступность нефти.

С этой точки зрения три эпизода из серии «Война в Персидском заливе», то есть нападение на Ирак в 1990-1991 годах, вторжения в Афганистан и Ирак в 2001-2003 годах и нападение на ИГИЛ в 2014 году, можно рассматривать как часть долгосрочной операции по сокращению нехватки нефти и, следовательно, и является неотъемлемой частью накопления капитала. Официально, конечно, у каждого конфликта есть свои причины. В первом эпизоде оправданием было выбить Саддама Хусейна из Кувейта; во втором, ликвидация Аль-Каиды в Афганистане и избавление Ирака от оружия массового уничтожения; и в третьем, это уничтожение ИГИЛ с лица земли. Но, по мнению большинства аналитиков, существует также постоянный общий знаменатель: необходимость сделать нефть достаточной и недорогой, чтобы капиталисты могли продолжать накапливать и мировая экономика могла продолжать расти^[2].

Обоснование сокращения нехватки является одновременно популярным и привлекательным. Это хорошо сочетается с традиционными мантрами неоклассической экономики, резонирует с международными отношениями и помогает украшать культурные тексты. Мало кто из учёных протестует против этого, средства массовой информации активно рекламируют такие обоснования, а массы любят такие объяснения. В общем, кажется, такое обоснование не вызывает сомнений, за исключением одной маленькой проблемы: оно не соответствует действительности.