«Свеча (ЛП)»

Свеча (ЛП) (fb2) - Свеча (ЛП) [The Candle-ru] 304K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Рэй Брэдбери - Генри Каттнер

Рэй Брэдбери, Генри Каттнер

Ray Bradbury, Henry Kuttner

Свеча

The Candle (1942)

При иных обстоятельствах лишь праздное любопытство сподвигло бы Жюля Маркотта задержаться перед витриной скобяной лавки, однако сегодня его душу переполняло леденящее чувство безысходности и гнева. Ничего не оставалось, как только пялиться на блестящие стальные штуковины со стволами и спусковыми крючками и раздумывать, способна ли пуля в самом деле положить конец всем его тревогам.

— Глупости, — буркнул Маркотт своему лохмато-бородатому отражению в стекле.

Пронизывающий ветер гулял по улице и пробирал до костей, парализуя разум; плотно сжатые губы Жюля посинели и дрожали.

В тревожном белом сиянии уличного фонаря на витрине поблескивала беспорядочная груда металлических безделушек, украшений и оружия. Как символично, угрюмо подумал Жюль. Вся его жизнь — такая же свалка никчемного ржавого хлама, пустая и бессмысленная.

Он пригляделся наваленному в кучу старью. Револьверы, фитильные ружья, мушкетоны, люгеры, обрезы дробовиков, дамские пистолетики — чего тут только не было.

— Неплохая штука, — задумчиво пробурчал Маркотт, прищурив тёмные глаза и сгорбив под пальто худые плечи. — Прицелиться как следует — и в яблочко. — Он покачал головой. — И провести остаток жизни в тюрьме? Нет, так не пойдёт. Ничего не исправлю, а себе сделаю только хуже.

Он крепко выругался и уже было отвернулся от витрины, как вдруг заметил нечто необычное. Его темные брови приподнялись на бледном костлявом лице.

В самом центре окна прямо посреди металлического хаоса возвышалась голубая свеча в виде стройной обнажённой фигуры длинноволосой девушки.

Увидев такую диковинку, да еще в столь неподходящем месте, Жюль Маркотт разом позабыл о своих супружеских неурядицах. Некоторое время он любовался ею, недоумевая, зачем это хозяин неряшливой скобяной лавки поместил эту изящную вещицу среди вороха гвоздей и пистолетов.

Свеча выступала на передний план, оставляя оружие в тени. Казалось, она уже горит, пронизывая все пространство; ровное чистое сияние лилось в окно, словно лаская нежным пастельным светом лицо Жюля. Она не была зажжена, но светилась будто изнутри.

От свечи веяло безграничным спокойствием. Фигурка стояла прямо, но поза её казалась расслабленной и умиротворенной. Совершенная невозмутимость лица напоминала о Будде, сидящем на цветке лотоса, и эта безмятежность сулила многое. Отдохновение от забот и… что-то еще. Неуловимо зловещее. Изнутри фигурки исходил и другой свет, недоступный разуму Жюля. Он перевел взгляд на оружие, затем на свечу и снова на оружие.

Даже в эту минуту любопытство взяло верх над всеми иными чувствами. Любопытство и чувство прекрасного. Едва сознавая, что делает, Жюль потянулся к ручке двери. Та повернулась на скрипучих петлях и, впустив его, захлопнулась с жалобным стоном.

Жюль тут же забыл о своей жене Хелен. Перед ним предстало нечто непостижимое, чего хотелось коснуться и, возможно, даже купить. Чудесная свеча заполнила пустоту в его душе. Свеча сулила — как такое возможно? — лучшее решение, чем оружие.

Из мрачных недр магазина в темной нише за прилавком появился хозяин.

Двух столь непохожих людей пришлось бы ещё поискать. Маркотт был высокий, бледный, худощавый брюнет, а этот — пухлый румяный коротышка. Беззубый и носатый, с копной седых волос над большими ушами.

Старик молча приблизился, причмокивая губами, покачивая головой и вытирая руки о грязный рабочий халат, который топорщился на его округлом животе. Среди царящей кругом пыли, ржавчины и теней выглядел он уж слишком беззаботно.

— Так что же, сэр? — спросил он весело. — Сдается мне, вы возьмете либо пистолет, либо свечу!

Он пару раз остро глянул на клиента. Синие глаза толстяка отнюдь не лучились добросердечием, какое он пытался выказать; напротив, в них угадывались настороженность и холод. Жюль сразу невзлюбил этого напористого типа, странноватого и излишне порывистого.

Посетитель медлил с ответом, тщетно подыскивая достойную причину своего вторжения и странного любопытства. Он совсем растерялся.

— Нет, нет, — проговорил он вдруг, запинаясь. — П-пистолет мне не нужен!

— Ну разумеется. — Хозяин подмигнул, качая пальцем. — Конечно, он вам не нужен. С пистолетом слишком много возни. — Толстяк проковылял между прилавками, заваленными гвоздями, дверными ручками и прочими блестящими штуковинами. Тяжело дыша, подошел к окну и осторожно взял голубую свечу пухлыми руками. Затем обернулся к Маркотту и скривился в беззубой ухмылке.

— Раз не хотите пистолет, возьмите свечу. Все мои покупатели выбирают либо пистолет, либо свечу. — Он покачал головой. — В безвыходном положении одни лишь дураки прибегают к помощи оружия.

Он протянул незажженную свечку Жюлю.

— А мудрые люди выбирают её! Держите.

Свеча стояла на круглой увесистой бронзовой подставке с резными узорами в виде головок проказливых эльфов и причудливыми старинными письменами. Схватив её, Жюль тут же ощутил, как тепло уверенности змейкой обвило его руки и проникло в самое нутро. Такое чувство, будто после бушевавшей всю ночь грозы наступил рассвет.

Толстяк кивнул в сторону витрины.

— Дела у меня идут неплохо, — самодовольно заявил он. — Я вовсе не торгую скобяными изделиями для обычных покупателей. Моя клиентура — глупцы и мудрецы. Глупцы попадаются чаще. — Он смачно причмокнул красными губами. — Что же до этой свечи… Стоит вечером зажечь её, — прищурился он, понизив голос, — и она выполнит множество ваших желаний самими разными способами. Как приятными, так и не очень.

Он постучал пальцем по бронзовой подставке.

— Вот письмена…

Маркотт напрасно силился прочесть. Иноземные каракули ни о чем ему не говорили. Он покачал головой.

Хозяин перевел:

«Лишь ступит на порог беда, увидишь свет во мне тогда».

Маркотт напряженно уставился на голубой воск, крепко вцепившись в подставку.

— С чего вы взяли, что у меня беда? — спросил он.

Внезапно по тёмному полу молнией пронесся котенок с молочно-белой шерсткой. Он остановился и принялся играть с полами пальто Маркотта. Не обращая внимания, Жюль слушал хозяина:

— Беда у каждого, кто сюда приходит. Никто еще не купил ни молотка, ни гвоздей, можете мне поверить. Вы, как и прочие, страдаете. Не знаю, в чем ваша проблема, однако она отравляет вам жизнь, и вы хотите выбросить её из головы. Порой приходится что-то уничтожить, и лишь тогда наступает спасительное забвение. А от чего желаете избавиться вы?

Доверия коротышка не вызывал. Маркотт не ответил, но в голове у него отчётливо пронеслось:

«Я хочу убить человека!»

Тени вокруг шевельнулись, сгущаясь вокруг таинственной светящейся фигурки. Котенок, что резвился в ногах у Маркотта, задрал мордочку и уставился ему в лицо зелеными глазищами, будто читал мысли.

Чувствуя, что молчание затянулось, Маркотт задумчиво провёл языком по губам.

— Свеча — не оружие, — произнес он сухо.

— Что может быть смертоноснее поцелуя женщины? — хмыкнул толстяк. — Но многие ли сочтут его оружием? Меж тем, важен только результат!

Жюль встретил его слова недоверчивым молчанием.

— Эта свеча несет гибель, — продолжал хозяин.

— Каким образом? — Жюль с усилием оторвался от гневных мыслей об Элдридже и о Хелен.

— Вечером зажгите свечу, — мрачно ответил хозяин. — Подождите немного, пока пламя разгорится. Затем трижды прошепчите имя того, кому желаете смерти. Означенное лицо тут же перестанет существовать.

Маркотт не спешил верить. Он уже успел немного собраться с мыслями. Слишком просто для правды, не выдерживает света здравого смысла и острого скальпеля логики. Однако проблема с его женой Хелен и Элдриджем, её другом-законником, была непростой и требовала решения.

Он сжал свечу крепче, подбирая слова.

— Откуда мне знать, что свеча сработает? Что в ней за колдовство такое?

— Вы не верите?

— Нет, не верю.

— Что ж, смотрите.

Хозяин чиркнул спичкой. Пламя отразилось в его синих глазах, блеснуло на седых волосах и румяном лице. Он зажег свечу. Подождал немного.