«Клан. Обрести силу»

Клан. Обрести силу (fb2) - Клан. Обрести силу [calibre 3.40.1] 930K (книга удалена из библиотеки) скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Руслан Ряфатевич Агишев

Руслан Ряфатевич Агишев

Книга 2. Клан. Обрести силу

Аннотация:

Путем проб и ошибок Колин пытается выстроить из аморфного, потерявшего всякую

надежду, клана нечно новое. Он спотыкается, набивает себе и своим товарищам шишки, но

упорно двигается вперед, увлекая за собой все новых и новых гномов и ... людей. А то, что

он помнит из прошлой жизни, стало ему подспорьем в непростом пути к обретению силы

1.

Северные предгорья Турианского горного массива.

Земля клана Черного топора.

Невысокая коренастая фигура с большим мешком за спиной брела по узкой тропинке со

стороны Северного перевала, который в это время года не каждый путник отваживался

пересечь. Еще не старый гном, довольно ловко преодолевал завалы из крупных валунов, свалившихся со скал, видимо, во время недавней бури; перепрыгивал неширокие трещины, змеившиеся поперек тропки.

Судя по тому, как он уверенно находил то и дело прячущуюся дорожку среди хребтов и

каменных пальцев, этот путь ему был хорошо знаком. Чужой в этих местах уже наверняка

бы пропустил многочисленные едва заметные дорожные знаки, выбитые на камне в самых

неприметных местах, и скорее всего сбился с пути и благополучно исчез в одной из сотен

не имевших дна трещин Гордрума.

Гном Кирку по прозвищу Бродяга, действительно, довольно неплохо знал эту тропинку, которая вела через перевал на эту сторону. В его клане Каменной башки, сотни лет назад

оседлавшим Северный перевал, многие слышали про этот самый короткий путь с одной

части Гордрума на другую, но не все решались им идти. Тех же, кто все-таки отваживался, ждал тяжелый почти двухдневный переход, во время которого смельчака поджидали

многочисленные опасности – неожиданно сваливавшиеся на голову валуны и булыжники, жадные поглощающие все на своем пути оползни, ненасытные скрывающиеся до самого

последнего броска хищные звери.

- Где же эта руна? – негромко (в этих местах любой неосторожно вырвавшийся звук мог

привести к смерти) пробормотал, приседая возле невысокой каменной плиты, низ которой

был слегка обтесан рукой неизвестного давно уже сгинувшего во тьме времени мастера. –

Руна Дромхильд… Указывающая на близкий кров…, - не доверяя своим глазам, он начал

водить ладонью по гладкому камню, в надежде наткнуться на выдолбленные канавки знака.

– Вот же он, - удовлетворенно прошептал он. – Значит, до топоров осталось совсем

немного.

Бродяга был, как говориться, перекати-поле и скитался между городами гномов и

ближайшими селениями людей сколько себя помнил. Едва одно его путешествие

заканчивалось и он только переводил дух за кружкой черного пенящего пива в общей

трапезной родного клана, как его снова охватывал зуд дороги. Ему дико нравилось

наблюдать за жизнью в других кланах, людских королевствах… Однако, даже он Кирку

Бродяка не рискнул бы в такое время выбраться из теплых пещер города Каменноголовых

(как нередко за глаза называли гномов из клана Каменной башки) и отправиться в такую

даль.

- А ветер-то разгулялся… Кружит и кружит, - он плотнее запахнул теплый из овечьей

шерсти плащ, за который в свое время отдал крошечный ножик из плохонького железа в

одном из людских городов. – Подгорные боги, видимо, гневаются, - он с тревогой на лице

всматривался в исчезающую в снежном крошеве тропинку. – Да… Есть на что гневаться…

Плохое время настало, - Кирку с тяжелым вздохом поднялся на ноги и с головой окунулся в

почти непроницаемый снежный вихрь. – Плохое… Кхе… Кхе…

Дело, из-за которого Бродяга сейчас рисковал жизнью среди заснеженных вершин

Гордрума, было тайным и знало о нем лишь несколько гномов, так как огласка могла стоить

жизни не только им самим, но и сотням других гномов из разных кланов.

Слова старейшины клана Каменноголовых – седого как лунь Дарина Старого о тайном

поручении даже в эти секунды – секунды тяжелых физических испытаний - звучали в

голове Кирку. «Мир меняется, Кирку… Но это естественный порядок вещей, мой друг.

Страшит же нас другое – страшная поразившая людей и гномов жестокость и злоба, -

тревога звучала в голосе старого гнома. – Да, да, Кирку, эта болезнь не обошла и нас. Она

словно яд незаметно просачивается в нашу кровь, превращая нас в жаждущих крови

хищников, - старик тяжело вздыхал, говоря это. – Мы не должны медлить в час испытаний, ибо от наших действий зависит судьба всего подгорного народа… Кирку, я хорошо знал

твоего отца, и уверен, что с моей просьбой справишься только ты. Тебе нужно добраться до

клана Черного топора и передать главе клана вот это послание, - в руку Кирку лег

скрученный в несколько слоев потемневший пергамент. – Ты должен знать, что здесь, ибо

на кону стоит слишком многое…, - старейшина кивнул на пергамент. – Владыка Кровольд

хочет уничтожить кланы, которые ему не подчинились. Будет много крови, очень много

крови… Среди гномов много несогласных с этим. Мои посланцы скоро будут в кланах

Бронзовой кирки и Рыжебородых… И если все удастся…».

Бродяга почти ничего не видел. Мокрый снег с силой летел ему в глаза, плотным слоем

налипая на кожу и одежду, и делая гнома неповоротливым и неуклюжим. Как на грех, тропинка делал очередной крутой поворот перед спуском к подножию гор.

- Еще немного, - шептал он, сгибаясь в три погибели, чтобы ветер не сносил его. –

Немного, - вдруг правая нога его скользнула на гладкой каменной плите, и его повело к

краю пропасти. - Подгорные боги! Боги…

Гном пытался за что-то уцепиться, растопырив руки и ноги в разные стороны. Однако, тропинка, поверхность которой десятилетиями отполированная дождем и ветром, превратилась в настоящую ледяную горку, по которой его тело неслось вниз с нарастающей

скоростью.

- Боги! – снег набивался в открытый в крике рот, слепил глаза. – А-а-а-а!

На протяжении десятков секунд Бродягу словно легкое перышко несло вниз, кидая на

камни и булдыганы по краям тропинки. Правда, в какой-то момент ужас, сжимавший его

сердце, внезапно сменился практически неземным восторгом от бешенного спуска, огромной скорости, с которой гном несся с самой вершины гор.

- У-у-у-у-х! – орал Бродяга, уже не думая о смерти. – У-у-у-у-у!

Наконец, каким-то чудом гном проскочил очередной торчавший как штык каменный

палец и оказался в свободном падении, которое к счастью длилось не долго.

… Приземлившийся в неглубокое озеро, поверхность которого затянуло тонким еле

ощущаемым льдом, гном отделался лишь синяками и ушибами.

- Благодарю вас подгорные боги, - первое, что сделал Кирку после того как вылез из

озера, это преклонил колено и вознес благодарственную молитву. – Я жив…, - шептал он, с

трудом шевеля синеющими губами. – Жив… Боги… Послание, - обжигающая ужасом

мысль о то, что послание потеряно, ворвалась в его голову. – Боги!

С облегчением выдохнув воздух, Бродяга все-таки нащупал за пазухой тот самый

свернутый пергамент в плотном футляре.

- Хорошо, хорошо, - однако ощущение его было прямо противоположным – нудно болел