«Вулканы над нами»

НОРМАН ЛЬЮИС

Один из наиболее выдающихся представителей английской художественной прозы, Норман Льюис стал романистом сравнительно недавно. Журналист и этнограф, он объездил десятки стран различных континентов и хорошо известен в Англии как автор ярких путевых очерков и корреспонденций. Богатые наблюдения и большой жизненный опыт, широта знаний наложили свой отпечаток на все книги Льюиса, в каком бы жанре он ни выступал.

Место действия первого романа Льюиса —„Самара" (1949), как и одного из лучших и зрелых его произведений, „Зримая тьма" (1960), — Алжир. „Одинокий паломник" (1953) рисует сложный узел борьбы в Лаосе. Замечательный роман „День Лисицы" (1955) показывает франкистскую Испанию. „Вулканы над нами"¹ (1957) блестяще изображает обстановку в Латинской Америке 50-х годов. В настоящее время писатель закончил роман о Кубе.

Льюис никогда не пишет с чужих слов. Убежденный реалист, он рисует всегда то, что превосходно знает, глубоко изучил.

Норман Льюис валлиец. Его черные глаза и волосы сразу выдают в нем кельта. Он родился в Англии в 1908 году и прошел нелегкую житейскую школу. Благодаря выдающимся способностям и большому упорству, сын рабочего на ферме, выросший в нужде, пробил себе дорогу к знаниям и глубокой культуре.

Блестящий стилист, Льюис прошел прекрасную литературную выучку. Он рассказывает сам, как, будучи юношей, в дни безработицы зачитывался русскими классиками —Тургеневым и Чеховым, Толстым и Горьким. В последующие годы Льюис увлекся Хемингуэем. Влияние этого писателя на Льюиса ощутимо в его творческой манере.

Во время второй мировой войны Льюис был в рядах британской армии. Длительный срок пребывания в Сицилии не прошел для него даром. Получив как военный доступ к секретным архивам, Льюис собрал богатейший материал, который лег в основу его исследования тайного общества Мафия и связи Мафии с международным фашизмом. „Почитаемое общество", вышедшее в 1964 году, произвело в Западной Европе настоящую сенсацию.

„Вулканы над нами" —один из лучших романов Нормана Льюиса. Дарование его как художника-реалиста выступает здесь особенно отчетливо. Книга увлекает силой правды, тонкой и в то же время беспощадной сатирой.

События, нарисованные в романе, почти документально воспроизводят контрреволюционный переворот в Гватемале, осуществленный при прямой поддержке США в 1954 году. Картина жизни в стране непосредственно после переворота показана с той же необыкновенной точностью. И вместе с тем образы, созданные автором, настолько типичны, что действие могло происходить в любой другой стране Латинской Америки.

Одна из самых больших удач автора в романе — сатирический образ Элиота — представителя американских монополий, крупного агента „Юниверсал Коффи Компани. Блестяще справившись с задачей сатирика в изображении характера и деятельности этого „тихого американца" и фашистской диктатуры марионеточных правителей— ставленников США, Льюис не ограничился в романе одним обличением. С большим драматизмом показывает писатель положение местного населения — индейских аборигенов, жестоко эксплуатируемых и цинично истребляемых пришельцами. Он рисует трагическую картину жизни и гибели индейцев в „асептических" резерватах Элиота, но рисует и другое — медленно тлеющий протест, из которого неминуемо должен разгореться мощный пожар народного гнева.

Всеми образами романа автор показывает глубину понимания изображаемых процессов. Название книги, раскрытое в тексте, имеет символическое значение. Какова бы ни была сила реакции, победившей в стране, как бы хитроумны ни были методы американской колонизации, вулканы над Гватемалой далеко не потухли. Писатель дает почувствовать силу народного гнева, грозящего, как вулкан, извержением.

В романе поражает сочетание острой сатиры и строгой документальности, тонкого лиризма и большого драматизма. Лейтмотив его — пафос назревающего, набирающего силу протеста, пафос национально-освободительной борьбы.

В. ИВАШЕВА

ИЗДАТЕЛЬСТВО

«ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА»

МОСКВА

НОРМАН ЛЬЮИС

ВУЛКАНЫ НАД НАМИ

РОМАН

«Вы говорите, что воды вулкана
снова грозят обрушиться на город.
Я приказываю вам не отчаиваться.
Разве не грозят вулканы над нами
тем, кто населил Новую Испанию?»

(Из послания архиепископа
мексиканского в 1541 году в
алькальдию древней гвате-
мальской столицы Альмалон-
га, после того как город был
разрушен потоками воды, из-
вергнутой вулканом Agua.—
Bibliografía Mexicana del Sig-
lo XVI.)

Я уже две недели сидел в мексиканской тюрьме в Мериде, когда однажды утром тюремный надзиратель просунул мне в камеру номер «Герольдо де Юкатан» с огромными заголовками на первой странице, возвещавшими о готовящейся революции.

В Гватемале ждали вторжения из соседней страны и вслед за тем государственного переворота. Об этом сообщалось не в виде предположения, а как о заранее решенном и несомненном факте, как о бое быков или крупном футбольном матче, скажем, команды Гвадалахары против Мехико. Примерно через неделю, писала газета, военные части поднимут восстание и будут поддержаны гватемальскими эмигрантами и иностранными добровольцами, которые вторгнутся в Гватемалу с юга. Обсуждая истинные поводы для новой революции и ее шансы на успех, автор статьи не скрывал сарказма. Это меня не удивило; газета была левого направления

и симпатизировала Вернеру, нынешнему правителю Гватемалы. Сам Вернер называл себя прогрессивным либералом, но почти все считали его красным, и к тому же самого неистового толка.

Значит, и для Вернера ударил час. Если вы попросите меня назвать сразу, не раздумывая, латиноамериканского диктатора, которому удалось умереть у себя на родине и в собственной постели, я не сумею вспомнить ни одного. Они приходят к власти, чтобы расчистить путь для иностранных капиталов или обеспечить этим капиталам сохранность, после чего обычно начинают хозяйничать в стране, как в своей собственной вотчине. Они беспечально живут под охраной вооруженных головорезов, произносят громкие речи, принимают парады, но в один прекрасный день, когда они меньше всего об этом думают, становятся мишенью для пуль (я не считаю тех немногих, кто бежит за границу и доживает там свой век, окруженный презрением). Когда диктатор перестает быть диктатором, весь мир узнает о награбленных им сокровищах, о гаремах из юных наложниц, о подлогах и мошенничествах, о кровавых застенках. Новый властитель, пришедший на смену старому, повествует в это время с очаровательной улыбкой о реформах, которыми он собирается осчастливить страну.

С Вернером получилось несколько иначе.