«Make love not war!»

Make love not war! (fb2) - Make love not war! 34K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Вероника Батхен

Вероника Батхен

MAKE LOVE NOT WAR!

_{Сказка-письмо}

Это было давно, почти десять лет назад, в одной жаркой стране. Той стране, о которой мечтали представляя ее, как Сталкер — янтарные пуговицы на кофте матери, — благословенным чудом, раем среди олив, осыпанным манной небесной. Со дня на день ждали войну (как оказалось впоследствии — самую благополучную из прошедших, если можно так сказать о войне). И среди тысяч и тысяч, летевших к огню в утробах железных птиц, была семья, с которой и начнется эта сказка. Мама — обычная столичная еврейская мать-одиночка, решившая спасти чад своих от грядущих погромов и голода; младшая дочь — очаровательная семилетняя разбойница; старшая — шестнадцатилетняя — стихоплетка, художница, влюбленная — что еще можно сказать о девочке в шестнадцать лет. Как ее звали — любое имя из звучных и круглых, кончающееся на «А», подойдет ей как шкурка к банану! В стране девочку ждал жених — мальчик, красивый как юный Давид и умный как пробковое дерево — но где ж вы видали умного влюбленного семнадцати лет от роду? Почему жених — если еврейские дети из хороших семей, не вкусившие запретного плода, чувствуют зов пробудившейся плоти, они называют это любовью и естественно собираются в брак.

Итак, семья долетела удачно, не потеряв багажа, не имея проблем с таможней, насладившись чудесным — в три дня — переходом из зимы в лето и вместе с другими была поселена в шикарной гостинице на берегу ласкового моря.

Ах, это море — прямо под окнами — холмистый пляж, усеянный роскошными ракушками, золотистый песок — по такому наверно ступал караван патриархов, шум прибоя, таинственный запах белых ночных цветов, стройные пальмы, неодобрительно качающие зелеными, аккуратно причесанными головами… И как же чудесно было гулять по этому пляжу с молодым и красивым — лучшим на свете — женихом. За долгие три месяца разлуки он вытянулся и загорел, еще длиннее стали его роскошные черные кудри, еще хуже — стихи, посвященные девочке — стройной лани, бегущей по горам бальзамическим.

Вокруг говорили о войне, химических атаках, мобилизации, местные жители — даже дети не расставались с противогазами в неудобных толстых коробках… Куда там единственное, что огорчало влюбленных — обилие зрителей, злостно хихикавших и выкрикивавших непонятные комментарии к их неумелым, но таким сладостным поцелуям.

Первые двое суток даны были на обустройство, на третий день мама жениха явилась с официальным визитом — помочь в освоении города и наконец-то познакомиться с семьей будущей невестки. Куча вопросов — как доехали, что видели, что успели попробовать; нет, апельсины кубиками не выращивают; да, постельное белье и электроприборы можно продать очень выгодно; ни в коем случае не берите ссуду в банке — не расплатитесь; ах, эти местные не могут спокойно пройти мимо русской женщины… В общем мамы сразу нашли общий язык и вполне друг другу понравились.

Для младшей оказалась припасена кукла Барби, приведшая ребенка в полный экстаз; маме невесты презентовали неведомый доселе гель для душа; саму невесту одарили тоненькой золотой цепочкой (десять долларов в арабской лавочке). Хозяйка в ответ выставила на стол бесценные для эмигрантов деликатесы — черную икру, черный хлеб и настоящее свиное сало. После пиршества была предложена экскурсия в местный супермаркет — вы там даже вообразить себе не могли подобную роскошь двадцать шесть — специально считала — сортов сыра! О фруктах даже не говорю сами увидите.

Девочка, переглянувшись с мальчиком от прогулки отказалась — новые кроссовки по жаре — так ужасно вчера стерла ногу. Мамы вздохнули — что с них взять, со шлимазлов. Но до супермаркета десять минут неспешного хода, а дети слишком молоды, чтобы заниматься глупостями — особенно в такую жару. К тому же все равно поженятся… Короче ведите себя хорошо, через час вернемся. Мамы взяли за руки младшую и отправились на экскурсию в мир буржуазной роскоши.

Влюбленные впервые за три дня остались одни — без ехидных зевак, без настырной малышки, чуть что кричавшей на весь этаж дразнилку о женихе и невесте, без печальных вздохов будущей тещи, которую мальчик, надо сказать, боялся — узнав о перспективе свадьбы она почти всерьез обещала отходить новобрачных солдатским ремнем с хорошей пряжкой… Они сидели на огромной кровати типа «сексодром» (правда такого слова они еще не знали), полные желания и абсолютно не имеющие понятия о способах его осуществления. Поцелуй, другой, третий — так, чтобы губы наутро распухли. Его волосы, жесткие и душистые, ее кожа — бархатная, как щечка персика…

Как чудесно изучать лицо губами, открывая изгибы и впадинки, щекотку ресниц, соленый пот у виска… И осмелившись, опьянев от близости тела, мальчик повел ладонь вниз, по нежной шее девочки, дальше — к откровению маленькой плотной груди еле скрытой под влажной футболкой. Замерли — оба — прислушиваясь к себе и друг к другу — внимая первой нотке симфонии неведомой тайны.

И, новым звуком, отбросившим их в разные стороны, перехватившим дыхание, незнакомым и страшным — из радио на стене завыла сирена. Ритмичный и заунывный металлический крик, голос войны, заставляющий вздрагивать стекла. Они сидели, схватившись за руки, молча — что дальше. Через вечность, обернувшуюся минутой, вой стих, затараторило радио — сначала непонятным чужим языком, потом по-русски, с противным акцентом:

— Воздушная тревога! Воздушная тревога! Атакован район Гуш-Дан! Всем одеть противогазы! Подготовить антидот! По возможности спуститься в укрытие! Не покидать убежища до отбоя! Ждать сообщений штабов ПВО! Ждать сообщений!

Сначала шок, потом паника — мамы и маленькая там, на улице, что с ними!

— У них нет противогазов! Вдруг, гады, пустят химические ракеты! Хватать сумки, бежать вниз искать! Ни в коем случае — сами накроемся и никого не спасем! Умоляю, возьми противогаз — попробуй мамин! Не лезет, видишь — голова большая. Тогда я тоже не одену — умрем вместе! Как Ромео и Джульетта! Не вздумай реветь увидишь, все обойдется! Если они в супермаркете — там должны быть укрытия! Одень свою маску, ну! НИ ЗА ЧТО! Блин, смотри — летит!

Они подбежали к огромному — во всю стену — окну. По темному небу медленно ползла яркая точка. Может самолет? Нет, они меньше! А красивая, зараза! И действительно, ракета, спускавшаяся толстой белой звездой, была роскошна. — Бежим на балкон смотреть! Ты что, ума решился, — нас же убьет! Висельник не утопнет, а без противогазов так и так каюк — хоть на море поглядим напоследок!

Стук захлопнутой двери, оттенивший глухую пустоту коридора, обитого мягкой зеленой тканью, узкая пожарная лестница — не оступись! — два этажа вверх, до четырнадцатого — на крышу не пойдем, я боюсь высоты — нашла, чего бояться. Крохотный балкончик с шершавым полом — девочка выскочила босиком и не замедлила ободрать пятку. Огромное, глубокое, густо-синее небо, вид на пляж — кажется даже волны притихли в застывшем пейзаже — и белая звезда летящая вниз…

— Вот тебе, бабушка и Армагеддон! Хорошо, хоть не атомная бомба. Знаешь, когда эта дрянь рванет мы разницу не почувствуем. Я тебя люблю! Я тебя тоже — и бабочка кстати летит! По морде схлопочешь! Оставь, помнишь в «Далекой Радуге» жизнь следует прожить так, чтобы не тратить последние минуты на слова «дурак», «подлец», обращенные к самому себе… Смотри туда!

Наперерез белой звезде двинулась вторая. Неторопливо, даже вальяжно они ползли навстречу друг другу. Ближе, еще. Столкновение, яркая вспышка — и небо успокоилось. Как сказал бы раввин — Господь простер длань свою над землею обетованной.

— Сбили! Наши сбили! Урра!

Девочка повисла на шее у мальчика, плача от счастья. Мальчик обнял ее, гордый собственной смелостью. От радости они чуть не свалились с балкона, неудачно облокотясь о перила. Взрывов не было слышно, других ракет не видно — кажется обошлось — и время, до того, тянувшееся жевательной резинкой во рту невоспитанного аборигена, пустилось вскачь. Сколько прошло до сигнала отбоя — а черт его знает. Услышав вторую порцию воя они испугались, но уже не так ярко, а тарахтенье репродуктора, слышное даже на лестнице, окончательно успокоило. Медленно и торжественно они спустились вниз, в комнату девочки. Пережитое — что естественно — вызвало жуткий голод. Девочка накрутила бутербродиков на скорую руку, поставила чайник. Через четверть часа вернулись перепуганные родительницы. Охи, вздохи, объятия. Чтобы даже в сортир без противогаза ходить не смели, паразиты! Слава те, господи, миновало…

Что было дальше? Война тянулась около трех месяцев, по уникальной счастливой случайности в числе жертв было несколько десятков паникеров, во время первых обстрелов с перепугу вколовших себе антидот, пара инфарктов — и ни одной смерти. К сиренам быстро привыкли, хотя и ждали каждую ночь химическую атаку. Роман девочки и мальчика завершился в свой срок, как завершается почти каждая первая любовь — они жили долго и счастливо, не видя друг друга в глаза. Впрочем, суть не в том.