«Русское монашество рубежа XVIII-XIX веков: стратегии выживания»

Русское монашество рубежа XVIII-XIX веков: стратегии выживания (fb2) - Русское монашество рубежа XVIII-XIX веков: стратегии выживания 73K скачать: (fb2) - (epub) - (mobi) - Алексей Львович Беглов

В качестве темы встречи и возможных будущих встреч, если даст Бог, они состоятся, я избрал отдельные сюжеты из истории синодального периода.

Предпосылки и первые этапы секуляризации

Если следить за общественными дискуссиями вокруг исторических и церковно-исторических тем последних нескольких лет, то, в основном, они вращались вокруг тех или иных сюжетов или проблем, связанных с историей церкви советского периода. Мне кажется, что таким же общественным вниманием должны пользоваться и ряд сюжетов из истории синодального периода. Такими встречами и беседами я хотел бы привлечь внимание к интересным и важным сюжетам. Таким сюжетам необходимо не только академическое изучение, потому что это может вызвать широкий общественный и церковно-общественный интерес.

Синодальный период или, по определению великого историка русской церкви Игоря Корнильевича Смолича, «эпоха государственной церковности» – очень важный и противоречивый период в истории русской церкви. С одной стороны, русская церковь достигла небывалого блеска, небывалой интеллектуальной и культурной славы. Это золотой век русского миссионерства.

Но, в то же время, – это эпоха сложных и противоречивых процессов, которые крайне осложняли церковную жизнь внутри страны и косвенно или прямо оказались причиной катастрофы 17-го года. Историки синодального периода, работавшие внутри него – в XIX веке, да и современники тех событий, выделяли три направления или стадии огосударствления церкви.

Во-первых, и это наиболее известная, знаменитая часть синодального периода и петровской церковной реформы – ликвидация патриаршества и соборности, соборных институтов и в целом – реформа церковного управления. Она была активно начата Петром Великим, продолжалась при его преемниках и завершилась финальным и логическим процессом, в результате которого органы церковного управления были поставлены под контроль светской бюрократии. Это завершилось в 40-е годы XIX столетия. Это первый аспект – реформа системы церковного управления.

Второй аспект – лишение церкви хозяйственной самостоятельности, что сделало ее достаточно уязвимой перед натиском государства, секуляризация церковных имуществ, произошедшая во второй половине XVIII века.

Третий момент – подчинение государственным интересам, закрепощение государством мелкой, но самой важной базовой церковной структуры – прихода. Это менее заметный элемент становления государственной церковности, но не менее важный, чем первые два. Изучение этих процессов позволяет нам проследить как государство и внешние обстоятельства в целом воздействовали на церковный организм и религиозные институты. Также это дает понять, как церковь адаптируется к этим внешним условиям и находит пути для продолжения церковной жизни, выживания в новых, часто затруднительных условиях.

Жизнь русского монашества XVIII-XIX столетий дает очень яркие, героические примеры выработки такой стратегии выживания. Напротив, история прихода дает нам пример поражения церкви перед лицом внешних обстоятельств и натиска государства, когда предпринятая государством реформа в области прихода, приходского управления, привели к затяжному кризису, который не был разрешен до Февральской революции.

О реформе высшего церковного управления, петровской реформе, ликвидации патриаршества и соборных институтов мы сейчас говорить не будем. Об этом предмете сказано достаточно, есть достаточно обширная литература. Именно этот предмет вызывал наибольшие дискуссии на рубеже XIX-XX веков.

Сосредоточимся на двух других элементах государственной церковности: на секуляризации и ее последствиях, на реформе приходской жизни; а также на вопросе – как русское монашество пыталось выжить в условиях секуляризации.

Понятие секуляризации в нашем случае требует пояснений. Это, прежде всего, отбирание церковных земель, церковных имуществ в собственность государства, в казну. В данном случае мы будем понимать этот термин исключительно в прикладном аспекте, без психологического и философского наполнения, когда секуляризацией называется определенное изменение общественного сознания.

Земельная собственность русской церкви складывалась постепенно, начала появляться еще в домонгольский период, но еще не играла существенной роли для обеспечения церковной экономики. Главную роль в обеспечении тогдашней церковной экономики играла десятина, установленная еще Владимиром Крестителем, поддерживаемая всеми его преемниками.

Даже в условиях удельной раздробленности Руси князья продолжали следовать традиции обеспечения церкви за счет десятины. Причем она понималась довольно специфически: десятая часть доходов отчислялась не с доходов верующих или каждого верующего, а с доходов князя. Косвенно это был налог на все население Киевской Руси, потому что княжеские доходы во многом складывались из различных сборов, даней и так далее.

По факту десятина – это церковный налог, который князь собирал для Церкви, но мы будем руководствоваться традиционным определением, в котором князь выделял десятую часть своих доходов.

С конца XIII века, после Батыева нашествия, ситуация меняется существенным образом. В условиях разгрома Руси, ее экономики, государственной власти, князья, естественно, не могли обеспечивать прежний уровень доходов церкви за счет десятины. С этого момента начинает достаточно активно формироваться земельная собственность Церкви.

Этому обстоятельству способствовало то, что именно земельная собственность церковных, религиозных институтов освобождалась от дани захватчикам. Это была не исключительно русская ситуация, а ситуация во всей монгольской империи, все религиозные институты в Индии, Китае, Иране или на Руси освобождались от «ханского выхода», то есть от выплаты дани.

Эти обстоятельства способствовали росту церковного землевладения, под которым подразумевается не абстрактная собственность церкви, а имущество конкретных субъектов. Первым субъектом были архиерейские кафедры, то есть епархии, это был способ финансирования епархиальной структуры на Руси. А вторым субъектом церковного землевладения были монастыри, которые в условиях активного монашеского движения XIV-XV веков становились практически главными субъектами, которые аккумулировали земельные ресурсы внутри русской церкви.

Рост церковного землевладения начинает беспокоить княжескую власть с рубежа XV-XVI веков, когда при Иване III заканчивается формирование территориального и этнического ядра русского государства. Вернее, княжеская власть начинает проявлять интерес к увеличившимся земельным владениям церкви.

Именно Иван III в самом начале XVI века предпринимает первую попытку поставить вопрос – если не о полной конфискации церковных земель в казну, то об ограничении церковного землевладения. Хотя, наверное, Иван III мог бы пойти и дальше, поставив вопрос о секуляризации.

Известный собор 1503 года, на который в качестве группы поддержки секуляризационных начинаний князя были приглашены заволжские старцы во главе с Нилом Сорским, впервые в русской истории поставил вопрос о секуляризации. И хотя тогда она не удалась, и этот вопрос был снят в ходе соборного обсуждения, но с политической повестки дня он не снимался вплоть до второй половины XVIII века и всплывал каждые 50 лет.

После 1503 года следующим раундом подобных секуляризационных заявлений уже царской власти станет 1551 год – Стоглавый собор. Тогда Иван IV Васильевич, еще не Грозный, пытается поставить вопрос об ограничении церковного землевладения, выдвигает соответствующее предложение перед Стоглавым собором. Затем такие попытки имелись в виду правительством Бориса Годунова в конце XVI столетия.

Следующим ярким эпизодом стал 1649 год – Соборное уложение Алексея Михайловича, где учреждается Монастырский приказ, который отобрал судебные полномочия у церкви над ее вотчинами, имениями. Соборное уложение привело к столкновению патриаршей и царской власти в лице Алексея Михайловича и патриарха Никона, породило серьезный клубок церковно-государственных противоречий XVII столетия.

Императорские решения

В начале XVIII века – первая секуляризация Петра, отмененная с учреждением Святейшего Синода. Петр I прекрасно понимал, что ликвидировав патриаршество и соборность, он должен сделать определенные уступки. Ими стала отмена секуляризации, возвращение церкви ее имуществ. Хотя все равно достаточно серьезные потери церковное землевладение понесло уже при Петре.

Еще через 50 лет, в конце царствования Елизаветы Петровны, начинается процесс обсуждения секуляризационных планов, которые реализуются при Петре III и Екатерине II с 1762-1764 года. Секуляризация 60-х годов – финальный аккорд этого длительного процесса подступов российского государства к теме секуляризации церковного имущества.