«Обыкновенные чудеса»

(Исторический очерк — веселый и поучительный, фантастический по форме и вполне реалистический по содержанию).

Встреча у крепостных ворот

Бисмилля ар-рахман ар-рахим!.. Во имя бога милостивого и милосердного (хоть его и не существует!) поведаю вам — о мудревшие из мудрых читателей периодически литературы! — поразительную историю, приключившуюся недавно в Благородной Бухаре.

… Ранним погожим утром к крепостным воротам Шеих Джалаль подъехал на колченогом коне арабских кровей замшелый старикан в богатых, шитых золотом одеждах, изрядно, правда, потрепанных.

Следом за этим странным всадником к тем же воротам приблизился на семенящем ишачке неприметный человек в чалме и полосатом халате. Некоторое время человек этот, хитро прищурив глаза и поглаживая бородку клинышком, с живейшим интересом наблюдал за старикашкой на престарелом арабском скакуне (старик нетерпеливо ждал, когда же, наконец, распахнутся ворота) и затем произнес:

— Ассалам алеикум, почтеннейший странник! Извините за назойливость, что, глядя на вас, вспомнил я забавную историю моих похорон.

Старик на коне-пенсионере вздрогнул.

— Не пугайтесь, почтеннейший, — продолжал человек в чалме. — Речь идет о моих похоронах, о ваших мы поговорим потом… Так вот, в одном восточном городе весельчаки соорудили мне гробницу, вход в которую украсили пудовым замком. Если учесть, что с трех сторон гробница совершенно открыта, а также то немаловажное обстоятельство, что я вовсе не собираюсь умирать… хе-хе!.. шуточка остроумцев довольно забавна, не правда ли.

Старикан на коне побагровел.

— Да как ты смеешь, бродяга, оборванец, ищущий хлеба, первым заговаривать с нами?!

— С вами? Вы хотите сказать, будто я пытался заговорить одновременно и с вами, и с вашим благородным скакуном. Хм… Кстати говоря, не кажется ли вам, почтеннейший, что арабский скакун ваш давно просится на заслуженную пенсию?..

— Замолчи, презренный обмыватель мертвых. Да знаешь ли, над кем ты осмелился насмехаться?

— Во всяком случае, у меня и в мыслях не было смеяться над пожилым конем.

— Замолчи, нечестивец! Я хочу спросить — знаешь ли, кто мы, мы восседающие на скакуне? Человек в полосатом халате, нисколько не смущенный грубой бранью, улыбнулся.