«Исторические записки. Т. IV. Трактаты»

Сыма Цянь

Исторические записки

Ши Цзи

Том IV

О ТРАКТАТАХ

В третью часть многопланового труда древнекитайского историка Сыма Цяня (145 — ок. 86 г. до н. э.) Ши цзи («Исторические записки») входит восемь глав шу — трактатов или описаний, с 23-го по 30-й цзюань (глава) всей истории. В их числе: гл. 23, Ли шу — «Трактат об обрядах»; гл. 24, Юэ шу — «Трактат о музыке»; гл. 25, Люй шу — «Трактат о музыкальных звуках и трубках»; гл. 26, Ли шу — «Трактат о календаре»; гл. 27, Тянь-гуань шу — «Трактат о небесных явлениях»; гл. 28, Фэн-шань шу — «Трактат о жертвоприношениях»; гл. 29, Хэ-цюй шу — «Трактат о реках и каналах»; гл. 30, Пинчжунь шу — «Трактат о сбалансированности [хозяйства]». Этот раздел Ши цзи занимает в шеститомном издании более половины третьего тома, менее одной десятой всего труда, однако содержание его много значительнее скромного объема. В трактатах в сжатом виде даны описания существовавшей в китайском обществе I тысячелетия до н. э., точнее, в последние его века системы обрядов и ритуала и их общественной роли, места и социальной роли музыки, основ музыкального строя и конструкции музыкальных трубок, системы календаря, некоторых военных принципов, верований, космологических представлений и астрологии, состояния рек и искусственных каналов, экономической политики древнего государства. Главы трактатов дают представление об общем уровне науки и техники эпохи Чжоу-Хань, о математических знаниях, связанных с вычислением движения небесных тел и с исчислением размеров музыкальных трубок и календарных дат, знакомят с развитием астрономии, географических знаний, строительного дела и ирригации, плавки металлов и т. д.

Сам Сыма Цянь в гл. 130 «Исторических записок» так определил содержание трактатов: «О достоинствах и изъянах в обрядах и музыке, об изменениях и переменах в музыкальных трубках и в календаре, о военной силе, о горах и реках, о небесных и земных духах, о пределах Неба и человека, о восприятии низкого и постижении перемен [в жизни] — обо всем этом я и составил восемь шу — «Трактатов»» [52, т. VI, с. 3319].

Термин шу ***, имеющий значение «запись, книга, описание», [10] не нов для древней литературы Китая. В значении «запись, книга» он встречается в Чжоу ли, когда в числе материалов, находившихся в руках историографа вайши, упоминаются Сань-хуан, У-ди чжи шу *** *** *** *** *** *** в записи легендарных правителей Китая — они именовались также Сань-фэн *** *** и У-дянь *** *** — хотя их существование фактически еще не доказано. Хорошо известно название древней книги Шан шу *** **** («Книга истории»), в название основных частей которой также включено слово шу. Юй шу, Ся шу, Шан шу, Чжоу шу. Кстати, Сыма Цянь широко использовал этот источник, и, учитывая пиетет историка по отношению к Шан шу, слово шу для названия трактатов вполне могло быть использовано в продолжение этой традиции. Вместе с тем термин шу получил у историка новое содержание: главы этого раздела представляют собой не просто записи событий или речей, а небольшие энциклопедические статьи по отдельным отраслям знаний, по обычаям и верованиям.

В составлении таких тематических подборок Сыма Цянь тоже имел предшественников. Элементы подобных описаний встречаются в трудах философов Сюнь-цзы, Хуайнань-цзы, в Люй-ши чунь-цю, в сочинении, приписываемом Люй Бу-вэю и его помощникам, и т. д.; как пишет Б. Уотсон, «Цянь имел в качестве модели для трактатов известное число коротких текстов или глав больших работ, посвященных сходным сюжетам» [32, с. 115]. Эдуард Шаванн, сдержанно оценивая трактаты, считает, что Сыма Цянь «чаще всего удовлетворялся группировкой по-новому текстов, распыленных в анналах», однако в целом признает, что историк «проявил глубокий и проницательный ум, когда предпринял такую переплавку исторического материала» [27, т. I, с. CLXXIV].

Современные китайские историки достаточно высоко ставят труд Сыма Цяня по созданию этого раздела «Исторических записок». Сюй Вэнь-шань, например, пишет: «В общем, источники материалов для восьми трактатов были весьма трудно[доступными], в истории к тому же не было сложившихся представлений [об этих предметах], которым можно было следовать. [Сыма Цянь] целиком полагался на собственные наметки и построения, сам создал систему и ткань трактатов, сам собирал материал и из него монтировал и писал главы... Поэтому это был раздел всего труда, который потребовал наибольших усилий [историка]» [41, с. 250]. Ху Пэй-вэй видит в трактатах начальную модель истории культуры [47, с. 36]. Начитанность Сыма Цяня, практическая деятельность его на посту историографа и астролога, реформатора календаря, знакомство со страной и народом позволили ему с одинаковой обстоятельностью и профессиональным мастерством описать и обряды, и календарь, и звездное небо, и систему верований, и экономику [11] страны. В этой всеохватности и состоит его новаторство, его вклад в историю идей и социально-экономическую историю. Тот факт, что форма и содержание трактатов были восприняты историками последующих эпох и трактаты стали неотъемлемой частью большинства династийных историй Китая, получив, как правило, наименование чжи *** — «описания», подтверждает жизненность этого раздела и его значимость для китайской историографии и истории культуры в целом. Трактаты включены в 18 династийных историй из 25, отсутствуя лишь в семи историях периодов Троецарствия, Северных и Южных династий (Хань Юй-шань даже подсчитал, что на долю трактатов во всех династийных историях, включая Цин ши гао, приходится 20,7% всего текста, заключенного в 840 цзюанях [22, с. 197]).

Именно с таких широких позиций и следует, как нам представляется, оценивать в совокупности весь раздел «Трактатов» в «Исторических записках».

ПЕРЕВОДЫ И ТОЛКОВАНИЯ

Опубликованные переводы трактатов с китайского на другие языки сравнительно немногочисленны. На первом месте, безусловно, должен быть поставлен перевод всех восьми шу, осуществленный выдающимся французским синологом Эдуардом Шаванном [27, т. III, с. 2]. Этот перевод, выполненный почти восемьдесят лет назад, по сей день не утратил научной ценности. Перевод трех глав раздела — 28, 29 и 30-й, — осуществленный в 60-х годах американским синологом Бартоном Уотсоном [29, т. II, с. 13-106], рассчитан на массового читателя и поэтому лишен соответствующего научного аппарата в виде комментариев. Существует и ряд японских переводов трактатов, в их числе перевод на современный японский язык, сделанный Отакэ Фумио и Отакэ Такэо, а также переводы Кода Рэнтаро, Ногути Садао и др. Отдельные части трактатов встречаются также в разного рода обобщающих трудах и исследованиях (например, в работах Н. Сванн, Дж. Нидэма и др.). Все доступные нам переводы, естественно, были использованы в настоящей работе.

Как известно (об этом упоминалось в первых томах), число книг и статей о Ши цзи, комментариев и толкований глав «Исторических записок», появившихся на Востоке за сотни лет, а на Западе за последние два века, особенно в нашем столетии, поистине велико; разумеется, трактаты не составляют в этом отношении исключения.

Как и при работе над предшествующими двумя разделами «Исторических записок» (см. тома I и II — «Основные записи», т. III — «Хронологические таблицы»), настоящий перевод основан на двух изданиях: на южносунском издании XII в. [12] книжного дома Хуан-шань-фу — одном из ранних и точных ксилографических воспроизведений Ши цзи, переизданном в 1936 г. в Шанхае, и новом шеститомном издании «Исторических записок» 1959 г. с тремя основными комментариями Пэй Иня, Сыма Чжэня и Чжан Шоу-цзе, подготовленном с современной пунктуацией группой ученых под руководством проф. Гу Цзе-гана При комментировании глав тома широко использовались труд Такигава Камэтаро Ши цзи хуэй-чжу каочжэн («Свод комментариев и критическое исследование «Исторических записок»»), четвертый том которого занимают трактаты (с. 1615-2058) и в котором собраны комментарии многих крупных исследователей Ши цзи в Китае и Японии; труд Мидзусава Тоситада Сики кайтю косе кохо или Ши цзи хуэй-чжу каочжэн цзяо-бу («Сверка и дополнения к своду комментариев и критическому исследованию «Исторических записок»»), содержащий главным образом сведения об иероглифических расхождениях разных списков Ши цзи (Токио, 1947, т. III). Для перевода и толкования ряда глав трактатов использованы также Хань шу в издании Хань шу бу-чжу («История Ханьской династии с дополнительными комментариями») со сводными комментариями Ван Сянь-цяня (Пекин, 1959); труд Лян Юй-шэна Ши цзи чжи-и («Записки о сомнительных местах в «Исторических записках»», изд. 1886 г., кн. 7 и 8); комментарии Ван Мин-шэна (1720-1798), Чжао И (1727-1814), Цянь Да-синя (1728-1804), Цуй Ши (1853-1924), Го Сун-тао (1819-1891) и многих других. Были привлечены и исследованы специальные работы по истории китайской музыки, календаря, астрономии, гидрологии, по экономике, т. е. вся доступная нам литература по основным темам трактатов. Все это позволило лучше уяснить смысл текста трактатов и сопроводить перевод необходимыми пояснениями.

ПРОБЛЕМА АУТЕНТИЧНОСТИ НЕКОТОРЫХ ТРАКТАТОВ