«Фарсалия, или Поэма о Гражданской войне»

Марк Анней Лукан

ФАРСАЛИЯ

или

ПОЭМА О ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ

КНИГА ПЕРВАЯ

КНИГА ВТОРАЯ

КНИГА ТРЕТЬЯ

КНИГА ЧЕТВЕРТАЯ

КНИГА ПЯТАЯ

КНИГА ШЕСТАЯ

КНИГА СЕДЬМАЯ

КНИГА ВОСЬМАЯ

КНИГА ДЕВЯТАЯ

КНИГА ДЕСЯТАЯ

ПРИЛОЖЕНИЯ

ОТ РЕДАКЦИИ

В кровопролитной битве, развернувшейся в 48 г. до н. э. на полях Фарсалии, фессалийского города северной части древней Греции, закончилась борьба Цезаря и Помпея полным поражением последнего. Для современников это была борьба двух больших политических деятелей за власть; в действительности же сражение под Фарсалом являлось столкновением двух враждебных сил, политической гранью, отделявшей старый сенатский Рим от нового, «императорского». Республиканский принцип, уходивший в историю, сменялся отныне принципом монархическим, диктатурой Цезаря. В Фарсальской битве искали выхода те внутренние противоречия, какие задолго до того обозначились в Римском государстве. Уже давно боролись друг против друга две силы, обнаружившиеся впервые со всей определенностью к началу первого века до н. э. в кровавой, неслыханно жестокой борьбе Мария, вождя демократических слоев Рима, и аристократа Суллы, защищавшего интересы римских оптиматов, представлявших сенаторское сословие. Марианцы искали выхода из крайнего обнищания обездоленных низов Рима и мелкого крестьянства Италии, а оптиматы старались удержать свое господствующее положение путем сохранения выгодного для них старого, прочно установившегося режима сенатской республики. Победителями на первых порах вышли оптиматы, но борьба продолжалась дальше, в новых, видоизмененных формах, но столь же упорно. Гражданская война не прекращалась, и под Фарсалом друг против друга стояли все те же непримиримые противники: верхушечные слои общества, цеплявшиеся за старый, выгодный для них принцип республики, и обездоленные народные низы. Помпей был представителем оптиматов, но стремился, как и Цезарь, к единовластию. Цезарь в борьбе против Сената опирался на народные массы. После же победы Цезарь становится на путь примирения с аристократией.

Когда через четыре года после Фарсала Цезарь был убит в результате политического заговора, то преемники его абсолютной власти не решались, а может быть и не могли упразднить республиканские учреждения разом, и римский Сенат, постепенно все больше и больше терявший свое значение, продолжал существовать до самых поздних времен римского государства.

Создание римской монархии, разумеется, не могло вывести античное рабовладельческое общество из социально-экономического кризиса, одним из внешних проявлений которого как раз и был переход от республики к империи.

Сенатская аристократия, состоявшая из крупнейших землевладельцев и рабовладельцев, в первой половине I в. н. э. находилась в резкой оппозиции к императорам. Основные сведения о том периоде дошли до нас из кругов, близких к сенату. Поэтому в характеристике каждого из римских императоров после эпохи Августа особенно подчеркивался безудержный произвол власти и ее глубокая нравственная распущенность. Самой, пожалуй, страшной фигурой среди неограниченных владык тогдашнего Рима была в изображении этих авторов фигура Нерона. Против Нерона начали рано создаваться в римском обществе политические заговоры; в результате одного из них — заговора Пизона — был казнен молодой, двадцатипятилетний поэт Лукан. Сохранившаяся до наших дней его поэма «Фарсалия» исполнена юношеского протеста против принципов единодержавия,

И хотя за свободолюбивыми лозунгами римских аристократов-республиканцев скрывались узкоклассовые, реакционные устремления, поэма Лукана сослужила службу тем силам, которые боролись за победу освободительных идей на рубеже XVIII—XIX столетий.

Акад. И. И. Толстой

МАРК АННЕЙ ЛУКАН И ЕГО ПОЭМА О ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ

В первые два века нашей эры три крупнейших римских писателя — Лукан, Тацит и Ювенал — были пламенными врагами деспотизма римских императоров.

От всех этих писателей до нас дошло большое литературное наследство. Произведения Тацита и Ювенала неоднократно переводились на русский язык и хорошо знакомы широким кругам читателей. Сравнительно меньше известна русскому читателю поэма Лукана о гражданской войне между Цезарем и Помпеем, или «Фарсалия». Это единственное дошедшее до нас произведение Лукана. На русский язык «Фарсалия» переведена более ста лет тому назад (в 1819 г.) С. Филатовым, причем этот перевод был сделан прозою и не с латинского, а с французского языка. Таким образом, перевод Л. Е. Остроумова — первый полный перевод поэмы Лукана, сделанный с латинского языка и притом стихотворным размером подлинника.

Из древних биографий Лукана, имеющихся в списках его «Фарсалии», сохранилось две, из которых одна, неполная, приписывается историку Светонию (70—140 гг.), другая — филологу Вакке, жившему, по всей вероятности, в VI в. Кроме того, обстоятельства, послужившие причиною смерти Лукана, и самая его смерть описаны в «Летописи» Тацита (кн. 15, гл. 48—70).

Марк Анней Лукан родился в испанском городе Кордубе (теперешней Кордове) в конце 39 г. н. э., но воспитывался в Риме, а затем в Афинах. Умер он 30 апреля 65 г. Годы рождения и смерти Лукана — единственные даты, какие можно точно установить; другие же события жизни Лукана точной датировке не поддаются. Лукан был по своему происхождению провинциалом и, согласно римским понятиям, не принадлежал к римской знати, поскольку никто из его семьи не был магистратом в Риме, но, тем не менее, он пользовался всеми преимуществами, какие могли доставить ему богатство и связи. Дядя Лукана — философ Луций Анней Сенека — был одним из самых видных людей своего времени. Будучи сначала воспитателем молодого Нерона, а затем сделавшись — вместе с начальником преторианских когорт Бурром — в сущности негласным властителем Римского государства, Сенека в 56 г. получил звание консула. Лукан рос и воспитывался под руководством Сенеки, единственный сын которого умер еще в детстве.

Будущий автор поэмы о гражданской войне получил самое тщательное образование. Преподавание в то время начиналось с изучения литературы и завершалось в школе «ритора» — профессора риторики. Согласно свидетельствам, которые сохранились в биографии Лукана, приписываемой Вакке, Лукан с самого начала своих занятий обнаружил удивительные способности, опередил своих сотоварищей по школе и сравнялся даже со своими учителями. Лукан в совершенстве владел и латинской и греческой речью. Он прошел и основательную философскую школу под руководством философа-стоика Корнута, у которого обучался и сатирик Персий[872].

В своих декларативных высказываниях стоики учили о полном равенстве людей без различия их социальной принадлежности — рабов и свободных. Однако эти их положения были лишены какой-либо политической заостренности, поскольку основные интересы стоиков были чисто идеалистическими, и внимание их обращалось исключительно на внутренний мир человека. Согласно основному принципу стоиков, рабу ничто не мешало чувствовать себя «свободным», т. е. быть мудрецом; раб не нуждался ни в каких внешних условиях для своего блаженства, богач же часто являлся «рабом» своих страстей.

Во второй половине II в. до н. э. философия стоиков проникает в Рим, где она видоизменяется, приспособляясь к идеологическим запросам римской знати. Во времена Лукана стоическая философия пользовалась исключительным успехом у представителей высшего римского сословия, идеализировавшего старые римские республиканские традиции и благоговевшего перед своими легендарными предками, жертвовавшими всем, вплоть до собственной жизни, для блага родного государства. Эта философия, проповедовавшая настойчивость в исполнении долга и подчинение личности тому, что является с точки зрения стоической морали должным и необходимым, питала оппозиционные настроения сенаторского сословия, которые в конце правления Нерона (в 65 г.) нашли свое выражение в заговоре Гая Кальпурния Пизона. В этом заговоре принимали участие видные сенаторы и связанные с ними начальники преторианцев.

В поэме Лукана часто слышны отголоски стоического учения, соединяющегося с риторикой, которой она, можно сказать, пропитана.

Лукан начал писать и опубликовывать свои произведения — и в прозе и в стихах — очень рано; поэтому вполне понятно, что в его произведениях весьма сильны были школьные навыки, которые он постепенно, однако, преодолевал: его поэма живо и ярко воспроизводит историческую действительность и теснейшим образом связана с жизненными интересами римской оппозиции Нерону.

Из дальнейших фактов биографии Лукана нам известно, что он женился на Полле Аргентарии, которая была и молода, и красива, и добродетельна, и умна, и богата[873].

Некоторое время Лукану покровительствовал император Нерон, бывший всего на два года его старше. Нерон увлекался литературой и музыкой и стремился прославиться не только как музыкант, но и как поэт. По свидетельству Светония[874], он впервые в Риме учредил периодические состязания, по греческому образцу, троякого рода, повторяющиеся через каждые пять лет: музыкальные, гимнастические и конные. Он назвал их «Нерониями». На этих-то состязаниях Лукан выступил с «Похвальным словом» молодому императору. Сохранилось известие, что Лукан был вызван Нероном в Рим из Афин, куда он, по всей вероятности, отправился заканчивать свое образование, и, по своем возвращении, был возведен в звание квестора (несмотря на то, что еще не достиг требуемого для этого возраста) и был принят императором в интимный круг друзей, а также получил звание жреца коллегии авгуров.