«Апокриф Иоанна»

(BG, p. 19) Это произошло в один из тех дней, когда Иоанн, брат Иакова – оба они были сыновьями Заведея, – пришел в храм, и один из фарисеев по имени Ариман подошел к нему и спросил: «А где же твой учитель, которого ты обычно сопровождал?» Иоанн ответил ему: «Он ушел туда, откуда пришел»[1]. На это фарисей ответил ему: «Своим обманом этот назарянин ввел вас всех в заблуждение, наполнил уши ваши (ложью), закрыл (ваши сердца) и отвратил от предания ваших (отцов)».

(20) Выслушав эти слова, я[2] покинул храм и отправился в горы в пустынное место. Мне было очень грустно, и я спрашивал себя: «Как же был избран (xeirotonei=n) спаситель? С какой целью он был отправлен в мир своим отцом, пославшим его?  Кто его отец и что это за эон (ai)w/n), в который мы отправимся? Он сам говорил нам, что этот эон является образом (tu/po») другого нерушимого эона, однако не сказал, что он собой представляет».

Часть первая. Теогония и высшая космогония

1. Высшая божественная триада: Отец, Мать и Сын

Только я подумал об этом, как небеса разверзлись и все творение (kti/si») поднебесное осветилось (21) и весь космос содрогнулся. Я испугался и (упал ниц) и, посмотрев вверх, увидел младенца, который тут же превратился в старца, и весь был окружен сиянием. Я все смотрел на него и не мог постичь это чудо. Возможно ли, чтобы он был (единым), хотя его (внешние) формы в этом свете столь разнообразны. Его вид (постоянно) менялся, и было непонятно, как он мог одновременно иметь один вид (i)de/a) и проявляться в трех формах (лицах).[3]

Он сказал мне: «Что так удивляет тебя, Иоанн? Ты ведь уже знаком с этим образом (i)de/a). Не теряй присутствие духа, ведь я всегда с вами. Я – отец, я – мать и я – сын.

1.1. Первый принцип: Единое, Монада, Отец и Невидимый дух.

(22) Я – вечное Единое, ни с чем не смешанное и ничем не запятнанное.[4] Я пришел научить тебя тому, что было, что есть и что будет, так, чтобы ты познал то, что не явно, и то, что открыто. Я расскажу тебе и о том, кто таков совершенный (te/leio») человек. Подними теперь лицо свое, чтобы ты мог слушать и понимать то, что я открою сейчас тебе, чтобы ты затем поведал об этом тем, кто един с тобой по духу (o(mo/pneuma) и также принадлежит к той же нерушимой расе совершенного человека».

Я ответил, что хочу знать об этом, и он сказал: «Монада (mo/na»), поскольку она единство (monarxi/a) и ничто не правит (a)/rxein) ей, является Богом и Отцом всего, святым единым, невидимым (a)o/rato») единым, пребывающим надо всем, сущим в нерушимом (a)fqarsi/a) и чистом свете, который никто не в силах узреть. (23) Он есть дух (pneu=ma), и не следует думать, что он Бог или нечто подобное, поскольку он более чем Бог. Он есть начало (a)rxh/), и никто не правит (a)/rxein) им, поскольку нет никого, кто был бы до него, а также нет никого, в ком бы он нуждался (xrei/a).[5] Он не нуждается в жизни[6], ибо он бессмертен. Он ни в чем не нуждается, ибо совершенен. Ведь нет ничего такого, что в нем могло бы быть усовершенствовано, так что он во всем и полностью совершенен. Он есть свет.[7] Он беспределен, ибо нет ничего, что могло бы его ограничить, не(рас)судим (a)dia/krito»), ибо нет никого, кто смог бы судить (diakri/nein) о нем, неизмерим, ибо что может измерить его, как если бы оно было до него. (24) Он невидим, ибо нет никого, кто мог бы его видеть, вечен, ибо существует вечно, невыразим, ибо никто не в силах постичь его и рассказать об этом, безымянен, ибо нет никого, кто существовал бы до него и дал ему имя. Он есть необъятный (NH III 5: неизмеримый, a)me/trhto») свет, чистый, святой, неслиянный и невыразимый, совершенный и нерушимый. (Однако) он не совершенство (te/leio»), не благословение, не божественность, но нечто, превосходящее все это. Ибо он не телесен (swmatiko/») и не бестелесен, он не велик и не мал, он не измерим и не сотворен.[8] Никто не может познать (noei=n) его. Он не подобен ничему из существующего, но превыше всего сущего, не (просто) как превосходящее все это, но сам по себе. (25) Он не причастен (mete/xein) эону, и время ничто для него. Ибо если бы он был причастен эону, значит кто-то уже заготовил его для него, и время ему не отмеряно, ибо нет никого, кто отмерял бы его для него.

Он ни в чем не нуждается, и нет никого, кто бы ему предшествовал. Он желает (ai)tei=n) только себя одного в совершенном свете. Он созерцает чистый свет, неописуемо великолепный.

Он вечное единое и то, что является началом вечности, он свет и то, что дает свет, он жизнь и то, то дает жизнь, он благословенен и то, что дает благословение, он гносис и то, что открывает гносис, он благо и то, что является источником всякого блага, – однако не как обладающий всем этим, но как дающий все это в качестве дара, как дар, который дается даром, как безмерный свет.

(26) Что мне еще сказать о нем, об этом непостижимом едином? Все это только образ света. В какой мере я смогу его познать – кто в силах познать его? – в такой мере я расскажу вам об этом.

Его Эон нерушим, неподвижен, пребывает в тишине (sigh/) и существует ранее всего остального. Он начало каждого эона (…)[9] (если вообще что-либо существует кроме него).[10]

Никто из нас не в силах знать свойства (атрибуты) этого невыразимого Единого, кроме того, кто пребывает в нем и поведал нам об этом. Он созерцает себя в своем собственном свете, который окружает его и является тем самым источником живой воды и чистейшим светом. Источник (phgh/) духа вытекает из живой воды света. Он поддерживает[11] все эоны  (27) и весь космос. Со всех сторон созерцает он свой собственный образ, отражающийся в этой воде-свете, которая окружает его.

1.2. Второй принцип: Мысль, Мать, Барбело, Первый человек

И его мысль (e)/nnoia) актуализировалась, вышла из него и появилась перед ним в сиянии света. Она является той силой, которая появилась прежде всего остального. Она есть совершенный и универсальный Промысел (pro/noia), свет и подобие света, образ невидимого Единого, совершенная сила Барбело (девственный и совершенный дух[12]), совершенный эон славы, его прославляющий, ибо она произошла благодаря ему. Она знает его, ибо она его первая Мысль и его образ (матка (mh/tra), все зачавшая, ибо она ранее всего остального)[13]. Она стала первым человеком[14], девственным духом, трижды мужским, трижды сильным (великим)[15], (28) трижды именуемым, трижды рожденным, андрогином, нестареющим эоном, который произошел (prohlqei=n) из этого промысла. Барбело попросила его даровать ей провидение (II 5, 13: pro/gnwsi»). Он согласился, и появилось провидение и расположилось рядом с мыслью (e)/nnoia), которая является промыслом (pro/noia)[16], прославляя невидимое Единое и совершенную силу, Барбело, поскольку они все появились благодаря ей. Затем эта сила попросила даровать ей нерушимость (a)fqarsi/a), и он согласился, и появилась нерушимость и расположилась рядом с мыслью и провидением. И она также прославляла невидимое Единое и Барбело, поскольку появилась благодаря ей. (29) Затем она попросила даровать ей вечную жизнь. И он согласился, и так появилась вечная жизнь и расположилась рядом и славила его и Барбело, поскольку появилась благодаря ей из недр (the coming-forth) невидимого духа.[17] Такова пятерица эонов Отца, которая является первым человеком, образом невидимого Единого. Это – Барбело, Мысль, Провидение, Нерушимость и Вечная жизнь. Такова пятерица андрогинных эонов, то есть десятерица эонов, то есть Отец нерожденного Отца.

1.3. Третий принцип: Сын, единородный и самородный (Аутоген)

И он взглянул на Барбело светом чистым, (30) и она повернулась к нему и породила искру (spinqh/r) блаженного света. Но она не равна ему в его величии. Так возник единородный, тот, кто произошел от Отца, божественный самородный (Аутоген) перворожденный Сын, порождение духа чистого света. Незримый Дух возликовал над светом, который стал существовать, первым явившийся из его Пронойи, то есть Барбело. И он помазал его своим благом (Xristo/», xrhsto/»), и он стал совершенным, не нуждавшимся более ни в каком благе, ибо он помазал его благом незримого Духа, которое он излил на него. (31) Когда он получил (это) от девственного Духа, он восславил святой Дух, совершенную Пронойю, благодаря которой возник. И он (сын) попросил дать еще одного (помощника), Ум, и он (Дух) согласился. Когда же незримый Дух согласился, появился Ум и расположился близ Христа и восхвалил его и Барбело. Все они находились в Молчании и Мысли.

2. Умопостигаемый космос. Плерома и четыре Света (Просветителя)

Невидимый дух пожелал, и его желание актуализировалось и расположилось рядом с Умом и светом, прославляя его. За волей последовал Логос (Слово), ибо при помощи этого Логоса Христос, божественный и самородный, сотворил все (остальное). (32) И вечная жизнь, и его воля, и Ум, и Провидение предстали и восхвалили Невидимый дух и Барбело, ибо они возникли благодаря ним.

И святой Дух передал все совершенство божественному и самородному Сыну Барбело, так что тот предстал перед вечным, невидимым, девственным Духом как божественный и самородный Христос, который был удостоен величайшей славы, поскольку произошел от его первой Мысли, и которого Невидимый дух поставил Богом надо всем, истинным Богом. Он даровал ему всю власть и подчинил ему истину, которая находится в нем, чтобы он мог знать все, что было названо именем, тем, которое сообщается только достойным этого знания.