«Благолюбие. Том 1»

Благолюбие. Том 1

Благолюбие или собрание боговещанных глаголов и наставлений богоносных и святых отцов, взятых из всякого богодухновенного писания и доступно изложенных преподобнейшим монахом Павлом, основателем монастыря Пресвятой Богородицы Благодетельницы и нареченным в ее честь Благолюбивым

Рукопись была закончена в 1054 году.

В конце XVIII века ее обнаружил преподобный Макарий Нотара, епископ Коринфский, в монастыре Кутлумуш на Святой Горе Афон, и впервые напечатал преподобный Никодим Святогорец, отредактировав и обогатив ее богословским комментарием, в Венеции в 1783 году

перевод с древнегреческого в четырех томах

По благословению священноигумена монастыря Параклита архимандрита Тимофея

Предисловие к русскому изданию

Сегодня дух мира, как никогда прежде, старается отдалить человека от Бога. Православная же церковь между тем переживает небывалый расцвет своего духовного учения, которое разгоняет густой мрак мирской лжи и помогает обманутым, сбитым с истинного пути нынешним потомкам Адама возродиться и стать настоящими сынами Божьими, призывает их припасть к неиссякаемым прохладным и спасительным источникам Святого Духа, который обильно изливается из писаний и самой жизни отцов и святых нашей Церкви и утоляет жажду и голод людей, обнищавших правдой.

Тем самым Господь по Своему замыслу нашего спасения проявляет заботу о нас и управляет дела таким образом, что на наших глазах происходит необычайный подъем издания и распространения святоотеческих трудов, популярных сборников повестей, рассказов, назиданий, изречений и удивительных случаев из жизни святых и мирян.

К таким душеспасительным собраниям, богатым отеческой мудростью, принадлежит и «Благолюбие», составленное в XI веке константинопольским монахом Павлом, основателем (ктитором) монастыря Пресвятой Богородицы! Евергетиды (Благодетельницы). Это произошло в последние времена знаменитой династии македонских самодержцев (867–1056), когда, особенно после смерти императора Василия II Болгаробойца[1], появились первые признаки упадка могущественной Византии. Неумелое руководство правителей поставило великую многонациональную христианскую державу на грань катастрофы, тем более, что в это время с востока на нее наседали сельджуки [2], а с запада – норманны.

Между тем невероятный подъем наблюдался в литературе и искусстве, а также в жизни церкви, чье духовное сияние достигло высшей точки, несмотря на страшные церковные и политические последствия трагического раскола 1054 года, т.е. отделения католического запада от Богочеловеческого Тела Христова.

Достоин изумления и исключительный в те времена расцвет монашества, которое привлекало в свои ряды многочисленные души из всех пластов общества. Их притягивал блеск великого монашеского центра Латры (у селитряного озера) в западной части Малой Азии и на горе Олимпе в Вифинии, где действовали десятки монастырей и неисчислимое множество скитов и келий пустынножителей, которые только позднее, где-то к середине XIV века в результате турецкого нашествия начнут постепенно пустеть. Эта эпоха – вершина нынешней монашеской республики на Афоне, которая с 1046 года стала называться Святой Горой, где засверкало созвездие монастырей, таких, как Великая Лавра, Ивирон, Ватопед, Ксиропотам, Каракалу, Есфигмен, Ксенофонт, Зограф, Дохиар, Филофей и другие. Большинство из них дожило до наших дней, и теперь их число на Востоке и в Греции достигло ста восьмидесяти.

Одновременно новые центры создаются и в богатом монахами Константинополе (монастыри Святого Георгия, Человеколюбивого Христа, Всемилостивой Богородицы и Богородицы Перивлепты и т. д.) и еще множество других в глубинке (скит Метеоры в Фессалии, монастыри Дафнии в Аттике, святого Иоанна Богослова на острове Патмосе). Истинным представителем этого монашеского расцвета был и монах Павел, основатель монастыря Пресвятой Богородицы Благодетельницы под Константинополем и составитель «Благолюбия». О его жизни сохранились самые скудные сведения. Известно только, что он родился в богатой семье в Константинополе и получил великолепное образование. В июне 1049 года, загоревшись любовью к Богу, он оставил мир, родителей, богатство и, выйдя за ворота крепостной стены имперской столицы, поселился в двух милях от ворот Силиври[3] и там предался великим аскетическим подвигам. Ради совершенствования своих трудов он упорно собирал материалы и изучал накопленный монашеский опыт стяжания добродетелей. Ему удалось составить обширную библиотеку трудов своих любимых великих подвижников и святых отцов. Вокруг него стали собираться братья. Первым присоединился к нему Тимофей (это произошло в сентябре 1049 года), который стал игуменом и его последователем, а затем и другие. То, что поначалу многим казалось полным безрассудством, довольно быстро превратилось в великолепный монастырь в честь иконы Божией Матери Благодетельницы, а сам его основатель удостоился именоваться в Ее честь Евергетиносом, или Благолюбивым.

Монах Павел мирно отошел ко Господу 11 апреля 1054 года, успев оставить после себя великое собрание святоотеческой мудрости, принесшее ему славу, которая выше всяких похвал. Вместе с ним в могилу положили также его умилительную молитву Пресвятой Богородице. С древних времен она включена в церковные службы и молитвословы и называется «молитва молебная ко Пресвятей Богородице Павла, монаха обители Евергетиды, сиречь, Благодетельницах», и читается в конце службы после вечерней трапезы. Из тьмы веков до нас и ныне доносится голос прославленного автора и смиренного аскета Павла, свои подвиги, свои труды и свою жизнь посвятившего Божией Матери, которая заботилась о нем, как нежная Мать. И брат Павел присутствует, живет и поет вместе с нами бессмертные спасительные слова: Нескверная, Неблазная, Нетленная, Пречистая Дево, Богоневесто Владычице, яже Бога Слова Человеком Преславным Твоим рождеством соединившая, и отринувшееся естество рода нашего небесным совокупльшая...

Ученик и последователь Павла Тимофей (1054 – позднее 1067 г.) – тот, кто преобразил первоначальную скромную обитель и сделал ее поистине прославленным монастырем Пресвятой Богородицы Евергетиды и потому рассматривается как его второй создатель и благодетель (ктитор). Он сам написал два устава, ктиторский и служебный. В ктиторском устанавливались правила организации и управления хозяйственной деятельностью, а в церковном – порядок проведения храмовых служб (эти документы хранятся в каталоге под номером 788 в Национальной афинской библиотеке, изданные А. Дмитриевским в Киеве в 1895 году). В них четко регламентируются задачи и деятельность обители и монашеская жизнь.

В Евергетидском монастыре было три храма. Один в честь Спасителя, другой – апостолов и третий кладбищенский, где отпевали и совершались поминальные службы по усопшим братьям. Обширные пространства монастырских стен были расписаны на тему Успения Пресвятой Богородицы. Братия отмечала два главных праздника в году: Успение – 15 августа и День обновления[4] – 29 декабря.

Достойна упоминания и монастырская библиотека. Она начала создаваться довольно рано, сразу после появления ктитора Павла, который передал братии свои собственные обширные собрания духовных назидательных текстов. А его последователь Тимофей организовал в обители мастерскую по переписке рукописей, в которой работали искусные каллиграфы. Он также заботился и о пополнении монастырской библиотеки большим количеством новых рукописных книг (тогда типографий еще не существовало), приобретении священной утвари, икон, мебели, как и обширных земельных угодий для обеспечения братства всем необходимым.

Каждый день в установленное время нищие получали в монастыре питание и пособие. В нем работал и странноприимный дом, в котором была больница, где помощь оказывалась и бедным.

У монастыря было свое подворье, посвященное преподобному Андрею Христа ради юродивому, расположенное внутри крепостных стен Константинополя, в его юго-западной части. Примерно в 1200 году в нем останавливался русский святой Антоний из Новгорода (ум. в 1238 г.) и работал над Молитвословом. На подворье хранилась трость преподобного Андрея.

Монастырь Евергетиды не был ни под церковной, ни под императорской, ни под частной юрисдикцией, он оставался независимым и самоуправляемым. Такое положение ему обеспечила золотая булла, полученная от императора Константина IX Мономаха (1042–1055).

Мужскому монастырю Евергетиды принадлежала еще и женская обитель со строгим уставом, закрытая для мужчин, но не совсем: с благотворительной целью ее могли посещать те, кто был известен своим благочестием и добродетелями, но и то не часто и под присмотром.

Уставная монастырская литургия исполнялась в сокращенном виде по сравнению с той, которую служили в главном храме, т.е. в Софийском соборе Константинополя. Она была приспособлена под нужды монашеской братии. Как ктиторский, так и литургический уставы монастыря Евергетиды отличались уже с начала 12 века от уставов других монастырей на Среднем и Ближнем Востоке, на Черноморском побережье, на Афоне, в Греции и в Сербии.