«Лампада глинская. Старчество в современном мире»

Лампада глинская. Старчество в современном мире

Святое Православие — правильно славящее Бога — многогранно, глубоко и широко, как и сама наша жизнь. И как бы мы ни старались представить его — оно не будет раскрыто до конца. Разве можно уяснить все тайны нашего бытия?! А Святое Православие и есть сама Жизнь!

Православие можно рассматривать с разных сторон: и со стороны вероучительной, и литургической, канонической, исторической, культурной, социальной, и со стороны духовной жизни. Последнее, пожалуй, имеет первостепенное значение, так как, по мысли святоотеческой, вобравшей в себя всю полноту Истины, правота веры достигается через святость жизни — чистота богословия зависит от чистоты жизни. Если нет последнего — не будет и первого.

Эти суждения приводят к одному выводу: должно свой взор обратить на великих — святых мужей Церкви Христовой и через изучение их подвига познать и то, что есть Святое Православие. Патерик и есть сборник житий с духовными наставлениями выразителей благочестия.

В предлагаемом читателю труде автор следует — и по духу и по букве — «Глинскому патерику» (добавлений к Патерику немного), составленному и написанному схиархимандритом Иоанном Масловым, доцентом Московской Духовной Академии, магистром богословия († 1991), с которым тесно связана и жизнь автора (отец Иоанн был и моим учеником по Московским Духовным Школам, а затем и официальным оппонентом на защите моей докторской диссертации). Патерик издан в 1997 г. заботами Партии Народного Согласия и её лидера академика Николая Васильевича Маслова.

Хочется надеяться, что данное изложение будет полезным читателю, как оно было и есть полезно и для самого автора.

Время изучения Патерика проходит в постоянном молитвенном общении с Глинскими подвижниками (к ним принадлежит и отец Иоанн), что давало силы довести дело до конца. Автор верит, что они видят наши немощи и предстательствуют за нас. Потом он не только говорит «Вечная память, но и: «Молите Бога о нас!»

Помолись и ты читатель!

Константин Скурат

Старец-духовник

Глинская пустынь — «это школа Христова, это одна из светлых точек на земном шаре, в которую, дабы войти, надлежит умалиться до Христова младенчества».

Архимандрит Макарий (Глухарев), основатель Алтайской духовной миссии.

Из мужских обителей — лучшая Глинская, где и чин богослужения благолепнее, и более находится старцев, разумеющих силу и сладость жизни духовной.

В конце 1999 г. в граде Москве была опубликована книга «Свеча Богу. Московский старец протоиерей Василий Серебренников (1907-1996)», как дар любви и благодарности доброму пастырю его духовных чад. Характеризуя этого истинного служителя Божия, настоятель храма святителя Николая в Сабурове протоиерей Василий Бабурин пишет на страницах сей книги так: «Бывало придешь к отцу Василию за каким-то советом. Он лежит больной: вокруг немного книг. Придёшь, он примет, как всегда, ласково, и, стоит только с ним посидеть, даже ничего не спрашивая, на душе становится легко и радостно. Иногда ничего говорить не надо, а только посидеть рядом с ним — и уже всё ясно и понятно. Какое-то излучение от него шло, теплота духовная, поэтому достаточно было просто побыть рядом, чтобы всё получить: и утешение, и умиротворение, и разрешить вопросы, ничего не спрашивая»1.

Открываем другую книгу, изданную немного раньше и ставшую уже хорошо известной читателю, — «Глинский патерик» схиархимандрита Иоанна (Маслова), — находим то же свидетельство о настоятеле Глинской пустыни (1943-1958) схиархимандрите Серафиме (Амелине): «Когда старец в последние годы болел и ему трудно было говорить, то ради его святых молитв многие, лишь побывав в его келлии и даже не сказав ни слова, получали благодатные дарования, уходили утешенные, исцелённые душой. Просившиеся к нему во время болезни уверяли келейника, что не будут беспокоить отца настоятеля своими вопросами. Они стремились хоть недолго побыть возле благодатного старца... Рядом с ним отлетало всё ненужное, наносное. Человек становился самим собой и получал редкую возможность видеть себя как бы со стороны, таким, каков он есть. Каждый сам ощущал свои грехи и невольно приходил к искреннему раскаянию»2.

Почему в начале данного сообщения приводятся эти два свидетельства? Потому, что в них, как в фокусе, как в сердце сосредоточилось всё, что относится к рассуждению: кто такой есть СТАРЕЦ-ДУХОВНИК.

Кто такой старец-духовник

«Кормчий духовный», «добрый кормчий», «ходатай к Богу», воздевающий «за нас руки» к Нему наставник в нашем переходе «моря грехов», дабы победить «Амалика страстей»; «искусный врач», который режет надменное сердце «уничижением» и извлекает «из него весь смрадный гной»; путеводитель, равноангельский муж, — так говорил в VII столетии игумен Синайской горы преподобный Иоанн Лествичник, обращая внимание на то, каким должен быть духовный руководитель. Это наставление великого аввы той святой Горы, обитель которой с древних пор и до сего дня сохраняет теснейшее единство с Матерью всех Святых Церквей — Церковью Иерусалимской, нашло своё полное выражение и в учении подвижников нашей Святой Православной Русской Церкви.

По определению Глинского патерика, старец-духовник — это духовный вождь. Вся его жизнь направляется «к одной цели — спасению своей души и душ ближних». Своим богопросвещенным словом он врачует «язвы страждущих», согревает любовью и утешает участием, разделяет «скорбь и горе», дает «отраду и духовную поддержку» (670). Его молитвами врачуются и раны духовные, и болезни телесные. Его советы побуждают к духовной жизни, к ревностному — святому прохождению своего служения не только мирян, но и носителей священного сана, в том числе и иерархов (670). Это — спутник, сопровождающий своих духовных чад в Царство Небесное (686).

Служение старца — это служение не от людей, а от Бога, от небесного призвания. Так, в Патерике повествуется, как сам старец иеросхимонах Макарий († l864) рассказывал настоятелю обители о своем призвании к духовному руководству. «Лежу я, как теперь, утомленный и немощной... Явился мне Ангел Божий и сказал: «Принимай народ». Теперь я не могу противиться и должен исполнить волю Божию». После этого чуда было дано благословение на приём приходящих и аввой монастыря (250). Старцу Макарию было и еще видение, в котором он узрел повеление Божие не отказывать в духовном руководстве и женщинам. «Я вас не принимал бы, — говорил подвижник монахине, — да мне было видение. Вижу, будто иду в церковь по монастырю, и около меня летает множество ласточек. Они садятся и на руки, и на плечи мне; я их беру в руки и одуваю. После того будто возвращаюсь из церкви и на голове несу крест, а на крышах монашеских келлий грачи каркают на меня». Отец Макарий истолковал это видение так: ласточки — это нуждающиеся в духовном совете женщины, несение креста — тяжесть духовного руководства, каркающие грачи — недовольные тем, что в мужском монастыре, отличающемся строгостью, беседуют на духу и с женским полом (250-251).

Старец имеет великие дары Божии — совет и мудрость, или мудрый совет. Это те дары Святого Духа, которые исчислял еще в Ветхом Завете один из славных пророков — Исаия (См. Ис. 11, 2-3). О только что упоминавшемся старце Макарии сказано: слово его не отличалось «блеском красноречия, но оно проникнуто было мудростью, свыше исходящей», проникнуто «духовным рассуждением, которое святыми отцами признано выше всех добродетелей» (251). О рассуждении в Патерике имеется весьма важное свидетельство, которое показывает, что оно, то есть рассуждение, есть и дар Божий и приобретается усилиями свободной воли человека. Приобретается же рассуждение, — читаем в Патерике, — «не иначе, как постоянным общением с человеком, имеющим этот дар. Так некто спросил великого старца: «Авва! Как могу я приобрести дар рассуждения?» и получил такой ответ: «Иди и прилепись к такому человеку, имеющему рассуждение, от него и научишься рассуждению» (349). А это значит (если делать логический вывод), что старчество есть и проявление действия благодати Божией и заслуга человека. Так оно было, так оно и есть: будущие старцы воспитывались, духовно возрастали, находясь вблизи своих великих учителей, впитывая их богопросвещенные слова и взирая на их жительство — ученики старцев становились, по милости Божией, сами старцами. Так старцем стал и отец Иоанн († 1991) — ученик великих схиархимандритов Серафима (Амелина) († l958), Андроника (Лукаша) († l974) и Серафима (Романцова) († l976).

Старцы точно определяли внутреннее состояние людей, хотя и встречали их впервые. Видя человека, они начинали рассказывать его жизнь и называть самые сокровенные его грехи. Духовник Глинской пустыни иеромонах Варсонофий (XVIII-XIX вв.), — читаем в Патерике, — «имел от Бога такую благодать и чистоту сердечную, что провидел все внутренние тайные помышления приходивших к нему за советом» (109). А старец схимонах Архипп († l896) предсказывал перемены в жизни братий, время их кончины, «предупреждал несчастья и падения» (483). Дар провидения и «проникновения в тайники человеческих сердец удивлял многих и побуждал всецело отдаться руководству» старца. У посетителей «появлялась уверенность, что старец лучше их знает, в чем они нуждаются и что им полезно» (733).