«Пермские этюды»

Алексей ИВАНОВ

ПЕРМСКИЕ ЭТЮДЫ

«…но прозреем от черной полоски земли»

Пермский период

У природы свой чет времени. Век для нее — это срок жизни звезды от газопылевого облака до взрыва сверхновой. Год для нее — это геологическая эпоха, за которую планета успевает изменить свой лик. Секунда — период полураспада, охватывающий по человеческим меркам историю цивилизации. Наш людской год ей — как ничтожный квант времени, вроде как нам — срок оборота электрона вокруг протона. Миллиарды лет существования нашей планетарной системы природа даже не задумывалась о человеке. И вдруг — Пермский период. Как удар колокола. Именно тогда появились кордаиты — предки наших хвойных деревьев. А на их стволах впервые отпечатались годовые кольца. Словно бы мысль о будущем человеке проснулась у природы в Пермский период, и она внесла людей — авансом и самой мелкой строчкой — на страницу своего космического календаря.

Пермский период был открыт английским геологом Родериком Импи Мурчисоном в 1841 году во время его путешествия по Уралу. Этот период, слои которого на всех геологических картах мира имеют светло-коричневую окраску, назван Мурчисоном в честь нашего города. Это единственное русское название геологического периода. Пермский период продолжался около 140 миллионов лет и закончился примерно 285 миллионов лет назад. По порядку он идет шестым после Кембрия, Ордовика, Силура, Девона и Каменноугольного периода. Пермью кончается первая геологическая эра — Палеозой. И за Пермью начинается глухой и беспросветный кошмар Мезозоя — чудовищный тупик эволюции, ошибка природы.

По крайней мере дважды в истории нашей планеты континенты, которые дрейфуют по ее поверхности, точно исполинские плоты, сходились вместе, образуя Пангею — единую землю. В середине Каменноугольного периода на юге планеты материки срослись в пра-материк Гондвану. А на том месте, где сейчас находится Урал, плескалось теплое, мелководное, полное жизни Пермское море. На дне его обильно росли кораллы, выстраивая целые острова — рифы. Порою эти рифы смыкались в длинные цепи, вроде современного Большого Барьерного рифа.