«Европа — Азия»

Посвящается Ивану Дыховичному

КРАТКИЙ КУРС,

КАК СНИМАТЬ КИНО В РОССИИ.

Особенно рекомендуется

представителям

компаний «Юниверсал»,

«Двадцатый век Фокс»,

«Сони Пикчерс»,

распускающим слюни

на наш отечественный кинорынок.

Учитесь, ннах...!

Все имена, названия и события,

описанные в поэме, — выдумка.

Любое совпадение с реальностью —

случайность, которой так много в жизни.

В самолете Улковских авиалиний пахло старой мочой и новым парфюмом стюардессы. Перед полетом нам было совсем все равно, какой авиакомпанией лететь. Думали, как всегда, в самолете будет пахнуть небом. Ничего особенного. Исполнительный продюсер позвонил. Представился Никитой. Спросил, не желаем ли мы поучаствовать, ведь у съемочной группы есть вопросы и вообще. А нам как раз стало интересно, как это у нас снимаются фильмы. Вот бы научиться! Сказали продюсеру Никите — когда мы должны быть на съемочной площадке?

— В понедельник, — Никита ответил. — Мы ждем вас в понедельник.

— Пусть будет понедельник.

— Тогда улковские авиалинии.

— Тогда, Никита, улковские авиалинии.

Сами того не подозревая, мы обрекли себя на это страшное путешествие. Как и все путешественники, в пути мы лишь хотели найти то, чего нет, — и заодно потерять то, что у нас уже есть. Най-ти-потерять, най-ти-потерять — в таком радостном ритме билось наше сердце... Но этот кукарекающий ритм сломался, как только мы вошли в самолет.

И дело было не только в фирменном запахе. Самолет еще не загудел, а в салон уже вышел пилот. Он представился пилотом и сказал, что в знак особого уважения к пассажирам, рискнувшим перелететь из Екатеринбурга в Петербург, он сам покажет все, что нужно делать в самолете.

— Главное, — сказал пилот, махая руками в сторону запасных выходов, — согласитесь с мыслью, что мы можем преодолеть земное тяготение. Есть пассажиры, которые мысленно не смиряются с тем, что мы можем оторваться от земли. И даже в небе такие вредные пассажиры продолжают сомневаться. Вот тогда наступают настоящие проблемы. Эти пассажиры своей отрицательной энергией создают помехи на радаре и усиливают метеорологические фронты. И никакие кульки для блевания и жилеты со свистками тут уже не помогут.

Пилот стал свистеть в свисток, для отпугивания акул, а потом предложил всем перестать сомневаться, и пока заводятся пропеллеры и разогревается мотор, он порекомендовал пассажирам молча вспомнить, что кому плохого они сделали в течение своей жизни.

— Нам всем так не хватает времени оставаться людьми, когда мы там, на земле... Я предлагаю вам задуматься об этом здесь, на небе... вы заплатили немалые деньги за билет, и ничего, кроме вонючего туалета и ужасной еды, вы не получите... Я предлагаю вам то, что не купишь ни за какие деньги! Задуматься... это дорогого стоит.

Никто не мог вызвать милицию, так как пилот включил что-то, что глушило мобильную связь, поэтому всем пришлось задуматься. Сам пилот задумался вслух и сознался в том, что продал свою тещу в сексуальное рабство.

— Это мне друг помог, прораб... Их СМУ заказ получило от испанских инвесторов, хотя какие они... просто от сутенеров... — Пилот по громкой связи истово поведал всем, что для организации платного сексуального досуга испанцам понадобились наши смувские бытовки. — Родя, прораб, списывал их и продавал испанцам, а они уже ставили бытовки в наиболее горячих эрогенных точках Земли, где теперь и вкалывает моя теща! Этим летом вы можете встретить ее в Румынии, на трассе между городами Тиргу Мюреш и Клюж Напока. Ее фамилия Рводер, звать Тина. Когда-то была журналисткой... если кто собирается этим летом в секс-туризм по Румынии, передавайте ей от меня привет и извинения, она, может, на радостях обслужит вас бесплатно! В принципе, я одну ее профессию поменял на ту же самую, и она всегда мечтала мир посмотреть... думаю, мне это простится, тем более мы с ее дочкой наконец-то счастливы! И вам всем я желаю счастливого полета!

Пилот выключил микрофон, хлопнул дверью кабины, самолет загудел и тронулся. Мы сидели мокрые от страха. В этот момент мимо нас покатилась стюардесса Софья с табличкой на правой груди «Софья» — и тележкой, полной всякой всячины: съедобной и аперитивной. Я поймал ее за колготки, притянул к нашим сиденьям и предложил никуда больше не катиться. А брат уже открыл чипсы «Принглс» и стал угощать Софью. Не открывая рта, она захрустела чипсами, и мы полетели.

Да, мы забыли представиться. Олег и Владимир. Братья Пресняковы. Мы написали пьесу «Европа — Азия». А потом киносценарий. Его стали снимать. И вот мы полетели на съемочную площадку.

— Зачем мы полетели?!! — кричал брат, все еще находясь под впечатлением от срыва пилота.

— Может, напишем книгу... Увидим, как снимают кино, и научим всех тех, кто будет читать эту книгу.

— Чему научим?!

— Снимать кино!

Я точно уверен, это не сложно — снимать кино. Особенно глядя на то, какие фильмы идут теперь в кинотеатрах. Просто надо знать, как и что говорить людям на съемочной площадке. А те, кто заявляет, что кино снимать не каждый может, что надо долго учиться и все такое, они просто боятся за свое место, чтобы другие не стали снимать и зарабатывать!

— Снимать кино научить нельзя, так же, как и рожать детей. Надо просто решиться, а там уже как попрет.

— А вот по книге можно научиться и рожать, и снимать кино! Ведь книга не учит, она просто предлагает!

Мы преодолели наш страх, свыклись с запахом, а когда вслух стали придумывать обзывательства для исполнительного продюсера, то совсем уже повеселели! В общем, «Европа — Азия». Хотите научиться снимать кино?..

— Или просто отдохнуть по пути на работу...

— Испытать сексуальное возбуждение?

— Да, точно, в книге будет полно скользких тем... будет песня, которую можно петь на юбилеях, если выучите текст...

— Такая будет книга!..

— Не книга! Поэма!..

По шоссе в ободранном дорогом платье с большой плюшевой игрушкой в руках бредет девушка. Ее догоняет ветер. Он как бы проходит по девушке, на миг поднимая ее волосы и пытаясь отобрать игрушку. Девушка спотыкается, но упорно идет вперед. Ветер отступает. Девушка продолжает свой путь. На полной скорости ее сбивает «Копейка». Плюшевая игрушка подлетает в небо, — на горизонте — стела «Европа — Азия». Титры.

Режиссер фильма по имени Иван. Но нас это не испугало. Даже наоборот. Мы видели один его фильм. Он снял кино про машину. Про отечественную машину. Это очень смело, потому что в России все чуханят отечественные машины, а он не побоялся и снял про нее полнометражный фильм! Отчаянный Иван. Десперадо, как говорят иностранцы. Нас тоже иногда называют десперадо. Наши подружки из летнего кафе «Шамхор», когда мы приходим попить разливного пивка на День Десантника в узбекских халатах на голое тело. Так вот, однажды Иван Десперадо позвонил нам. Вернее, не нам, а нашему приятелю Жене, чей телефон мы всегда даем в Москве, чтобы нас никто никогда не нашел. А кстати, наш приятель Женя — мувер. Это такая профессия, когда человек за деньги организовывает вам переезд. Или офиса, или квартиры. Муверу пофиг. Он все упаковывает и перевозит. Женя все круто перевозил. Он в нашем Екатеринбурге популярнейший мувер. Дорогой. Но был один секрет в его роскошном образе жизни. Перед тем как все перевезти, Женя устраивал в этом помещении отвязные вечеринки. Тоже за деньги, только уже за другие. Хозяева офисов и квартир даже не подозревали, что когда Женя просил несколько дней на переезд, часть этих дней уйдет на то, что в этом помещении вдруг замутятся вертепы и бордельеро! И вот на одной такой мега Ё-бург пати нас и застал звонок Ивана Десперадо! Я как раз тогда вышел на импровизированную сцену офиса одной риэлторской компании, подлежащей переезду. Я вышел в белых шортиках и красной бандане, на босу ногу, и запел песню, что все мы чемпионы. Мой брат завыл, и все вокруг стали играть в стадион «Уэмбли», а одна из гостей даже не смогла сдержать звонкий пук удовольствия, так ей вдруг стало хорошо! И вот подходит Женя и сует мне трубку, а там такой серьезный голос из другого мира, мира московского барокко Рублево-успенского шоссе.

— У вас есть сценарий?

— Зашлетесь. Я хочу по вам кино снять.

— На электронную почту. У меня адрес простой. Иван точка Иван точка Иван точка Иван точка Иван точка Иван точка...

Мы не дослушали, потому что это было бесконечно, но выслали наш самый любимый киносценарий, потому что тоже десперады. И он дошел, представляете, и все завертелось!

Трасса Екатеринбург — Москва.

Салон автомобиля. День.

По шоссе едет иномарка. За рулем мужчина средних лет в белой рубашке и синем галстуке; управляя машиной, он отвечает на звонок по мобильному телефону.

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Ке-ке?

МУЖЧИНА. Ой... б... Да, да... как, что у тебя...

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Ке-ке, я в капсуле!

МУЖЧИНА. В какой капсуле?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. В аромо-капсуле! Але, Ке-ке?! Я в косметическом салоне, — лежу в аромо-капсуле!

Мужчина достает из бардачка предметы женского туалета, выбрасывает все в окно. Из-за поворота навстречу ему на бешеной скорости выносится автомобиль, мужчина с трудом успевает вывернуть руль так, чтобы избежать аварии. Испуганным взглядом провожает машину-убийцу.

МУЖЧИНА. Да... да... Так, в капсуле, и как там?

ЖЕНСКИЙ ГОЛОС. Меня обмотали пленкой и положили на полчаса...

МУЖЧИНА. Лучше бы навсегда...