«Путешествие из Санкт-Петербурга на Селигер»

Для чтения книги купите её на ЛитРес

Реклама. ООО ЛИТРЕС, ИНН 7719571260, erid: 2VfnxyNkZrY

Сегодня уже трудно сказать, было это или нет, но то, что все сюжеты и герои не вымышлены, это уж точно!

По профессии я — слесарь–сантехник и этот романчик у меня не первый. В своих более ранних литературных опусах я отмечал, что в результате перестройки заработки стали нерегулярными, часто шальными. Да и клиенты пошли не те. Приходишь, к примеру, в квартиру, а там такое… Иногда даже не поймешь, зачем вызывали. Случаи, когда начинаешь путать туалет с ванной или кухней стали типичны в моей профессии. Уже нет у «новых русских» привычных туалетов, нет убогих ванночек и кухонек до 5 м. Часто, очень часто, на вызовах к клиентам приходится надевать тапочки и слова «пожалуйста», «извините», и всякую другую ерунду употреблять вместо мата, т. е. через слово.

Я в жизни кем только не работал. Был и электриком, и плотником, и даже медбратом, хотя образование — 8 классов. Время теперь такое, что даже депутаты, не говоря уж о …

Читатель, извини, сорвалось, вдруг! Сев писать этот роман, дал зарок — ни слова о политике и ни слова из моего родного лексикона. Вместо мата будут вполне приличные слова. Вот и думаю, теперь, а я ли все это написал?

Когда я рассказал о своих мучениях и мытарствах Петровичу — тоже слесарю из нашего ПРЭО, то он посоветовал мне заняться сексом или кончить пить. Пробовал. Ничего не помогает. Если бросаешь пить, то на баб уже не тянет, а если завязываешь с женщинами, то можно просто спиться. Вот и получается, что надо заниматься чем–то другим. Детьми заниматься мне не надо, т. к. всю жизнь ими не занимался, а они выросли и в жизни теперь преуспевают. Жена моя — Катенька — на самофинансировании и хозрасчете. Молодец, еще и мне нет–нет, да и поможет. Вот и выходит, что кроме писательства у меня выбора больше–то и не было. Сейчас все пишут. Пишут ведь не только в туалетах и на заборах?

Помню, попал я как–то в милицию, по–пьянке, и заставили меня написать на работе объяснительную. Написал, а начальник и говорит:

— Да, Зяма, ты прямо как писатель. Складно врешь!

Ну, писатель, не писатель, а слова эти мне в душу запали крепко, т. к. был я тогда почти трезвым. С той поры и пишу. Даже когда нет сил, заставляю себя и уж три–четыре главы за вечер «выдаю» легко.