«Борель Золото»

П. Петров

БОРЕЛЬ

-

ЗОЛОТО

Редколлегия:

А. ВЫСОЦКИЙ, А. КОПТЕЛОВ,

С. КОЖЕВНИКОВ, А. НИКУЛЬКОВ,

С. ОМБЫШ-КУЗНЕЦОВ, Н. ЯНОВСКИЙ

Н., Новосибирское книжное издательство, 1960

П. П. ПЕТРОВ

Судьбы писателей, равно как и судьбы их книг, складываются по-разному. Не совсем обычной была жизнь и Петра Поликарповича Петрова, известного сибирского писателя тридцатых годов. Прежде чем стать профессиональным литератором, он был крестьянином и солдатом царской армии, красногвардейцем и партизаном, политработником и газетчиком, одним из руководителей Степно-Баджейской Советской партизанской республики, деятельным по мощником командиров партизанской армии А. Д. Кравченко и П. Е. Щетинкина.

Как-то, уже незадолго до смерти, в одном из своих стихотворений, обращенном к дочери, этот человек сказал о себе в третьем лице:

В этих словах, написанных в необычной обстановке, нет и тени преувеличения.

Петров родился 25 января 1892 года в таежном селе Перовское бывшей Енисейской губернии (ныне село Партизанское Красноярского края). Перовское до революции было центром политической ссылки.

Простой деревенский паренек, окончивший двухклассную школу, рано был втянут в атмосферу политических споров. Он жадно прислушивался к рассказам ссыльных о царе, рабочих и капиталистах. Вскоре в селе под руководством политссыльных возник кружок; в него вошли многие сверстники Петрова и он сам. В Перовском повеяло свежим ветром, по рукам ходили запрещенные брошюры и прокламации. Кружковцы устраивали для односельчан клубные вечера и спектакли. Бывали случаи, когда их струнный оркестр в присутствии тупо смотрящего на сцену урядника лихо исполнял «Смело, товарищи, в ногу».

Именно в эти годы, будучи еще подростком, Петров помог бежать из ссылки революционеру, снабдив его своим, впервые в жизни полученным, паспортом. А когда царская охранка выследила, наконец, этого человека, то Петрова, ставшего к тому времени солдатом, спасла от расправы лишь начавшаяся февральская революция. Позднее об этом эпизоде писатель живо и ярко рассказал в своем романе «Половодье».

Так постепенно революционно настроенная молодежь Перовскою получала политическую, в основном большевистскую закалку, чтобы вскоре возглавить повстанцев против колчаковщины Позднее в ряде своих произведений как прозаических, так и стихотворных писатель с большой силой передает настроение людей своего поколения в канун и в самый разгар революции. Это о себе и своих сверстниках он скажет, что они шли

Два года, с 1915 ро 1917, Петров служил рядовым в царской армии В дни февральской буржуазной революции он начинает активную политическую и революционную деятельность. В марте 1917 года его избирают членом Канского Совдепа. Позднее Петров был делегатом первого и второго Всесибирских съездов Советов, созванных в Иркутске. На этих съездах, в работе которых участвовали делегаты Советов от Тюмени до Владивостока, он дважды избирался в состав ЦИК Сибири — «Центросибирь» В «Центросибири» ему довелось работать вместе с такими прославленными большевиками коммунистами, как Ф. М. Лыткин Н. Н Яковлев, П. П. Постышев и др.

В декабре 1917 года в Иркутске вспыхнуло антисоветское восстание юнкеров. Девять дней лихорадило город. Бои не затихали ни днем, ни ночью. Особенно ожесточенный характер носило сражение за так называемый Белый дом бывшую губернаторскую резиденцию, в которой тогда размешались штаб красной гвардии и Центральный Исполнительный Комитет Советов Сибири. Среди осажденных в Белом доме находились Постышев, Шевцов, Лебедев и другие видные политические деятели и революционеры. Десятки бешеных атак отбили защитники Белого дома, укрываясь в холодном, изрешеченном пулями и гранатами, здании. Вместе со своими товарищами четыре дня держал оборону Белого дома и рядовой красногвардеец Петров. С трудом выбравшись оттуда в разведку, он сразу же примкнул к отряду красногвардейцев и сражался в другом конце города против казаков.

Эта памятная девятидневная эпопея явилась символом стойкости и мужества иркутских большевиков. Пережитое в дни декабрьских боев в Иркутске не раз служило источником творчества писателя. Созданные им в тридцатые годы роман «Половодье» и повесть «Кровь на мостовых» навеяны именно теми грозовыми событиями, непосредственным участником которых ему пришлось быть в эти беспокойные дни.

Декабрьские бои 1917 года явились для Петрова так же, как и для его соратников по борьбе, началом, своего рода прелюдией к последовавшим вскоре драматическим событиям — ожесточенной схватке с белогвардейшиной и иностранной интервенцией на таежных просторах Сибири.

В сложной обстановке гражданской войны по-настоящему проявились воля, организаторский талант и инициатива Петрова. Замечательные качества конспиратора, толкового агитатора, преданность революции подняли его на гребень массового народного движения. направленного против колчаковщины. Он выпускает листовки и воззвания, принимает участие в формировании подпольного комитета и. штаба повстанцев, выступает на митингах и издает партизанские листовки и газеты. Оружие бойца и слово трибуна — все было подчинено одной цели: разгрому врага. Много лет спустя в своей «Автобиографии» писатель сдержанно и скупо рассказал «о времени и о себе». «В мае 1918 года, — пишет он, — был командирован в Красноярск по организации Красной Армии. Здесь застал меня чешский переворот. После боев на станции Клюквенной и под Красноярском бежал в свое село. До декабря 1918 года жил на заимках и состоял председателем подпольной организации вплоть до восстания партизан. На первом же съезде в Перовском был избран начальником штаба повстанцев, и в марте 1919 года, когда повстанческое движение разрослось и Перовский отряд соединился с Манским под общим командованием Кравченко, я был избран в объединенный Совет Степно-Баджейской республики, председателем которого работал вплоть до отступления в Урянхайский край (июнь 1919 г.).

В Урянхае и позднее при создании Минусинской республики (июль 1919 — январь 1920 г.) был членом армейского Совета, зав. орготделом его и редактором газеты «Соха и молот»[1].

Можно только догадываться какая кипучая, многогранная деятельность укрылась за этим сухим, почти протокольным перечислением. Вот что говорилось в почетной грамоте, полученной позднее писателем от Реввоенсовета Республики:

«Петру Поликарповичу Петрову Революционный Военный Совет Союза Советских Социалистических Республик за проявленные Вами мужество энергию и решительность в борьбе грудящихся против врагов Социалистического Отечества в должности начштаба Перовского партизанского отряда и Председателя Объединенного Совета партизанских войск Западной Сибири в 1918–1919 гг. награждает Вас к 10-летию РККА почетной грамотой.

Революционный Военный Совет уверен, что и впредь Вы будете идти в первых шеренгах бойцов в грядущих битвах за социализм».

И действительно. Петров до конца дней своих шел в первых шеренгах бойцов за социализм. Иным только стало его оружие. На смену боевой винтовке пришло перо художника.

В боях и походах, в жарких дебатах подпольных собраний и митингов, у костров таежных привалов и на наспех сколоченных трибунах крестьянских съездов мчалась и сгорала молодость. Но одновременно накапливался и драгоценный жизненный опыт, без которого немыслимо призвание писателя.

Отбушевала гражданская война. Вчерашний партизан становится студентом. В 1924 году Петров заканчивает Красноярский институт народного образования и целиком отдается литературе.

Как писатель Петров отличался исключительной работоспособностью и творческой продуктивностью. Литературное наследие его разнообразно и в жанровом и в тематическом отношении. Он писал стихотворения и поэмы, очерки и рассказы, статьи и воспоминания, повести и романы. За десять с небольшим лет литературной деятельности им было опубликовано четыре крупных романа, поэма, пять повестей и десятки рассказов и очерков.

Наряду с произведениями, созданными на материале современности, — романами «Борель», «Шайтан-поле», «Золото», повестями «Переплав», «Рассада» и другими, — писатель много и плодотворно работал над воплощением темы гражданской войны в литературе. Мотивы и образы из личных воспоминаний об этой героической эпохе заняли большое место в его творчестве. Сотни и сотни страниц посвятил он борьбе сибирского крестьянства с колчаковщиной.

В 1927 году выходит из печати его поэма «Партизаны». В свое время эту поэму с трогательной любовью приняли бывшие участники партизанского движения. Она была прочитана 28 февраля 1928 года на съезде партизан Манского фронта. Участники съезда назвали ее «хорошим подарком для партизан Сибири, художественно-правдивым произведением и памятником борьбы манских и минусинских партизан»[2].

И все же поэма «Партизаны» мало удалась писателю. Она получилась растянутой и подражательной. На ритме и стиле ее явственно сказалось влияние «Думы про Опанаса» Э. Багрицкого и в какой-то мере поэзии Некрасова. Недостатки первого своего крупного произведения хорошо видел впоследствии и сам автор, объясняя своей литературной неопытностью и неумением подчинить творческому замыслу богатый фактический материал.

В самом начале тридцатых годов появилась его повесть «Саяны шумят». Это книга для детей, о детях в гражданскую войну. В основу повести с драматическим, стремительно развивающимся сюжетом положены события из знаменитой саянской эпопеи — похода шеститысячной партизанской армии Степного Баджея через Саяны в Урянхайский край (ныне Тувинскую автономную область). Книга, сочувственно принятая в свое время А. М. Горьким, выдержала восемь изданий.