«В чём его обида?»

Максим ГОРЕЦКИЙ

В ЧЁМ ЕГО ОБИДА?

— А где это море?

— Цветами зацвело...

Из детской песни

Было это тогда, когда ему, Лявону, Рыгорову сыну, по фамилии Задума, шел двадцатый год и учился он уже в последнем классе сельскохозяйственной шко­лы. И в этот раз, как и каждый год, приехал он на рождество домой и коротал вольное свое времеч­ко в родной деревушке Темнолесье.

Темнолесье — невелико, всего каких-то там с два десятка хат, так что глушь, можно сказать, из­рядная. История развития человечества поместила его посреди больших лесов и распорядилась так, что первая примета цивилизации — церковь — встала в конце восемнадцатого века верстах в деся­ти (так говорят, но, может и с добрым гаком). Второй знак цивилизации — волостную канцеля­рию в середине девятнадцатого века учредила она в местечке, верстах в пятнадцати. Там же, где канцелярия, в местечке Телепеничах, имеется сей­час и почта, однако время, когда она прочно здесь обосновалась, определить трудно, а то и невозмож­но, ибо и открывалась она, и закрывалась, и пере­водилась в другие места, и снова возвращалась обратно — множество раз. Наконец, уже самый очевидный признак цивилизации — железная доро­га — пролегла от Темнолесья покуда что к началу нашего века в доброй сотне верст.

Стоило бы еще отметить и монопольки, посколь­ку одна синей вывеской красовалась вблизи церкви, а другая, точно такая же,— рядом с волостной канцелярией, точнее говоря, не совсем рядом, а на установленном законом расстоянии. Однако водки можно достать, и сколько хочешь, и в самом Темнолесье, только из-под полы, так что все эти приметы цивилизации пере­числяются главным образом с целью показать, как далеко обретался Лявон Задума от культурной среды и вообще от всяких таких пунктов, где мог бы он повидаться с большим числом и с большим разнообразием людей. Водки же он, вопреки обычаям своих сородичей, вовсе не любит и уж во всяком случае не станет покупать ее в тех монопольках.