«Собака»

Глеб Горышин

Собака

Меня не укусила эта собака. Почему — я не знаю. Она могла укусить. Она должна была меня укусить, эта большая собака. Она должна была лаять, припадать к земле грудью и издеваться. Должны были проснуться люди, явиться в окнах, бледнеть, шуметь, вести меня в милицию. Я должен был часто тыкать пяткой в собаку, страдать и, бодрясь, шептать ей: «Ну что ты, ну что?»

Собака отнеслась ко мне просто и мило. Она смолчала. Большая овчарка в саду за забором. Она лишь глядела оранжевым глазом, как я иду к калитке, как волочу ноги, делая вид, что вовсе не иду, а стою и буду стоять, раз так вышло.

Я рвал в саду сирень для одной девушки.

В ту пору еще не было политехнического обучения. Я не ходил на стройку класть кирпичи, а лишь только читал книжки и слушал лекции. Я не знал, куда девать свою силу, и часто делал не то, что надо.

Я был студент, и любил одну девушку, и рвал для нее чужую сирень. Я полюбил ее сразу. Она шла по улице и несла котенка. Котенок высокомерно моргал глазами. Он разрешал себя нести.

— Какой симпатичный котенок, — сказал я. — Он похож на свою хозяйку.

Девушка могла пойти быстрее, могла сказать: «Что такое?», или остановиться, или хмыкнуть носом.

Я уже тогда не любил злых собак. Я не любил людей, которым нужны злые собаки. Я не любил девушек, которые ко мне плохо относятся. Но тогда я об этом не думал и даже не знал. Теперь-то я знаю об этом точно. Может, все дело в той серой собаке в саду? Почему она меня не укусила?

Девушка с котенком сказала мне тогда:

— Это Капля. Очень хорошая кошка. Когда она облизывается, она похожа на вас.

Я пошел рядом с девушкой. Мы легко поговорили. Я узнал ее дом, ее дверь, ее служебный телефон был пять два ноля семнадцать, добавочный сорок два.

Я был рад этой девушке. Она была рада мне. Я полюбил ее за это. Не то чтобы очень полюбил. Просто захотелось что-то доказать и в чем-то возвыситься. Без этого не стоило звонить по телефону, прямому и добавочному. Я пошел в Публичку, налег на книжки и сдал на пятерку политэкономию. Но это было не все. Тренируясь на Малой Невке, я налег на весло, и оно сломалось. Прочное академическое весло марки «Рудер». Силу некуда было деть. Я точно не знал, что надо делать. Тогда еще не ввели политехническое обучение.