«Потому что люблю»

Потому что люблю

Виктору Антоновичу Гаю снилась Надя. Впервые после ее отъезда в Новосибирск. Он отчетливо видел ее перед окном своего кабинета, всю в солнечных лучах, со склоненной набок головой, с огромным букетом васильков. Жмурясь от яркого света, она мягким движением руки убирала с лица перепутанные ветром темные, вперемежку с седыми пряди волос и улыбалась так, как могла улыбаться только Надя, — безудержно, заразительно, неотразимо. Потом она открыла дверь и, продолжая все так же покоряюще улыбаться, остановилась на пороге.

Виктор Антонович смотрел на нее и чувствовал, как все живое в нем переполняется счастьем, потому что Надя вернулась! Он уже хотел шагнуть ей навстречу, но зазвонил телефон. Нелепо громко, мгновенно распугав сновидение. Виктор Антонович открыл глаза: сквозь распахнутую балконную дверь струилась утренняя прохлада, откуда-то сверху лился однотонный перезвон тысячеголосого птичьего хора.

…Диспетчер сбивчиво и виновато объяснил, что он не стал бы звонить в такую рань, но из Москвы передали, что вылетает самолет с каким-то генералом, что этот самолет транзитный и в Межгорске приземлится на несколько минут, потому что генерал хочет лично встретиться с ним, то есть с подполковником Гаем, и что он, то есть подполковник Гай, заинтересован в этой встрече, потому как генерал везет ему ответ на письмо, посланное им, Гаем, неделю назад…

Виктор Антонович повесил трубку, откинулся на подушку, хранившую ночной уют и тепло. Еще спать бы да спать! Отнятые ночными полетами силы надо восстановить, потому что и нынешней ночью придется летать с еще более сложной программой и на предельных режимах. Но обстоятельства не посчитались с его планом, надо вставать.

Откинув одеяло, Виктор Антонович включил настольную лампу, опустил на пол ноги. С балкона тянуло прохладой. Не вставая с кровати, сделал несколько движений корпусом и руками, повертел головой. Перечень упражнений утренней гимнастики, вырезанный из журнала, криво висел у кровати: был приколот одной кнопкой. Не найдя в нем ничего подходящего, что можно было бы проделать сидя, Виктор Антонович выпрямился, потянулся и пошлепал босиком в душ.

Вода оказалась неприветливо прохладной: видимо, остыла с ночи, а подогреть кочегары не успели. «Сразу и взбодрит», — подумал Виктор Антонович и решительно шагнул под тугие струи дождика. И тут же почувствовал: сон смыт, мышцы наполнились силой.