218с. : ил. — (Нов. детск. б-ка: Сред. и старш. возраст).
А.Кожевников
Большой термометр на стене Курского вокзала в день похорон Ленина опустился до 29 градусов. Еще недавно ртуть, как синяя жила, доходила до половины термометра; пришли холода, и спряталась она чуть не в самую колбочку, что внизу. Ежился термометр на Курском, ежился Азямка на площади против него. Ждал, придет поезд, и он, Азямка, будет работать. А пока кутался в белый дырявый халат, тот самый, что из Татреспублики привез в голоднее время.
— Ой, бульно хулудна, якши бульно хулудна, — говорил Азямка сам с собой, притопывая бескаблучными опорками. К ним вместо подошв татарчонок прикрутил мочалом валеные обрезки.
Азямка — коротконогий, тяжелый татарский мальчик из деревни Мингер, а прыгал легко в день похорон Ленина в Москве на площади у Курского вокзала.
— Мороз бульно... Мингер шерстяной чулок был, Мингер Азямка лошадка ашал, и тюпла был, мороз не брал… Москвам мороз бульно, — вслух вспоминал Азямка деревню Мингер, сильней топотал, и не путались кривые ноги, обвернутые для тепла старыми рогожами.
Задымилась паром дыра на Курской площади, в которую стекают горячие помои с вокзала. Тяжелым белым туманом заволокло площадь.
— Тюпла будыт, — Азямка встал в пары у ямы. Немного воротило нос запахом, но грело.
— Тюпла, хороша, как Мингер печка... — хвалил Азямка.
У вокзала, как журавли на перелете, выстроились извозчики.
Прошел Волчья Ягода с салазками. Не видел его Азямка из-за пара, но слышал, — так поет один Волчья Ягода:
куда ни пойдет, может жить:
корзинки с вокзала таскает,
и любит «Червонец» курить!...
«Волчья Ягода пришел, вокзал открывать будут».
Азямка подошел ближе к вокзалу. Стрелки на часах над вокзальным подъездом стояли в знакомом положении.
— Поезд скоро придет...
— А, Азямка!.. замерз наш князь?!.. — крикнул Ягода.
— Хулудна, Волчья Ягода, Хулудна, жить ни можно.
— И гулудна... Ашал сегодня? — спросил Ягода.
— Ни ашал, — татарчонок покрутил головой в рваном малахае.
— Кури, тепло будет.
— Экстренный выпуск «Известия», «Правда»... Умер тов. Ленин! — звенел голос газетчика на морозной площади, как в стальном колпаке.
— Разлюли-люляй малина! — крикнул Волчья Ягода.
Газетчик СемкаЛюляй качал головой и вытряхивал ртом слова — звонкую монету:
— «Известия», «Правда». В «Известиях» нет правды, в «Правде» нет известий. Умер тов. Ленин!... Чего тебе, Ягода ?
Комментарии к книге «Компаньоны», Алексей Венедиктович Кожевников
Всего 0 комментариев