«Рабство нашего времени»

Лев Николаевич Толстой

Рабство нашего времени

Вы слышали, что сказано: око за око и

зуб за зуб (Мф. V, 38, и Исх. XXI, 24).

А я говорю вам: не противься злому. Но

кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати

к нему и другую (39).

И кто захочет судиться с тобою и взять у

тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду

(40).

И кто принудит тебя идти с ним одно

поприще, иди с ним два (41).

Всякому просящему у тебя давай, и от

взявшего твое не требуй назад (Лк. VI,

30).

И как хотите, чтобы с вами поступали

люди, так и вы поступайте с ними (31).

Все же верующие были вместе и имели все

общее (Деян. апост. II, 44).

И сказал Иисус: вечером вы говорите:

будет ведро, потому что небо красно (Мф.

XVI, 2); и поутру: сегодня ненастье,

потому что небо багрово. Лицемеры!

различать лицо неба вы умеете, а знамений

времени не можете (3).

Взявший меч от меча погибнет (Мф. XXVI,

52).

Система, по которой действуют все народы

мира, основана на самом грубом обмане, на

самом глубоком невежестве или на

соединении обоих: так что ни при каких

видоизменениях тех принципов, на которых

Лев Николаевич Толстой

Рабство нашего времени

Вы слышали, что сказано: око за око и

зуб за зуб (Мф. V, 38, и Исх. XXI, 24).

А я говорю вам: не противься злому. Но

кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати

к нему и другую (39).

И кто захочет судиться с тобою и взять у

тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду

(40).

И кто принудит тебя идти с ним одно

поприще, иди с ним два (41).

Всякому просящему у тебя давай, и от

взявшего твое не требуй назад (Лк. VI,

30).

И как хотите, чтобы с вами поступали

люди, так и вы поступайте с ними (31).

Все же верующие были вместе и имели все

общее (Деян. апост. II, 44).

И сказал Иисус: вечером вы говорите:

будет ведро, потому что небо красно (Мф.

XVI, 2); и поутру: сегодня ненастье,

потому что небо багрово. Лицемеры!

различать лицо неба вы умеете, а знамений

времени не можете (3).

Взявший меч от меча погибнет (Мф. XXVI,

52).

Система, по которой действуют все народы

мира, основана на самом грубом обмане, на

самом глубоком невежестве или на

соединении обоих: так что ни при каких

видоизменениях тех принципов, на которых