«По Старой Смоленской дороге»

Евгений Воробьев

ПО СТАРОЙ СМОЛЕНСКОЙ ДОРОГЕ

Повести и рассказы

Я ШЕЛ К ТЕБЕ ЧЕТЫРЕ ГОДА

ФОРМА ОДЕЖДЫ ЗИМНЯЯ

Повесть

С наступлением сумерек погода пошла на улучшение: небо плотно затянуло облаками, они быстро темнели. А вечером выпал снежок, поднялся порывистый ветер и даже по укромному оврагу пошла гулять поземка. Можно поручиться, что ночью звезды не покажутся.

Ветер наотмашь хлестал по лицу, глаза лепило колючим снегом, но такая мелочь не могла испортить Привалову настроения.

Он быстро добрался до землянки, врытой в западную крутость оврага.

Вошел, стряхнул снег с ушанки, обмел ею плечи и грудь, повесил шинель на гвоздь и — к печке.

Рослый парень, из новеньких, предупредительно подвинулся. Привалов присел на корточки и протянул руки к раскаленной печке, едва не касаясь пальцами багрово-сизой жести.

— Погода по заказу, — весело сообщил он. — Наша, разведчицкая…

— А чего развеселился-то? Только волков морозить, — проворчал Евстигнеев. — Мне такая погода не с руки. Если бы ставить свои мины… А разгребать чужие… Снегопад не уймется — миноискатель и вовсе откажет. Много ли угадаешь в сугробе? Я подслушиваю мины только на полметра.

— Там место открытое, взгорок. Сугробам взяться неоткуда.

Привалов отогрелся, залез на хвойную лежанку, попиликал на губной гармошке песенку «Как за Камой за рекой», потом достал старенький планшет — подарок генерала — и принялся за письма.

Он вел обширную переписку. Переписка затеялась осенью, когда Привалов, по его выражению, занял круговую оборону на госпитальной койке в Лефортове, а «Комсомольская правда» напечатала очерк «Охотник за „языками“» и поместила снимок. Привалов снялся при всех наградах, непослушный чуб, белозубая улыбка — парень хоть куда! В очерке упоминалось, что Привалов холостой, и был указан номер его полевой почты.

Автор и не подозревал, как своим очерком он осложнит работу полевой почты. Привалов давно вернулся к себе в батальон, а вдогонку шли толстые пачки конвертов и треугольников: девицы присылали свои фотографии.

Обычно письма заканчивались присказками, прибаутками, вроде: «Жду ответа, как соловей лета», «Вспоминай порою, если этого стою», «Лети с приветом, вернись с ответом» и т. д. Ткачиха из Вичуги даже стихами выразилась: